Ненавижу (любить) тебя - Дана Алексеева

- В последний раз я видела его с сучкой… - я задумчиво вскинула голову. – Постой, да… Он был с тобой.

Я повернула дверную ручку, чтобы ретироваться, но противный голос Дженнис пронзил мои ушные перепонки.

- Следи за словами, дура! – рявкнула она и начала разговаривать с зеркалом. – Ууу, я собственными руками придушу эту шлюху! Решила позабавиться, я устрою ей райскую жизнь!

Ее необоснованные оскорбления и надуманное всевластие начинают подбешивать. Мое терпение держится на волоске, и водимо, я решила оборвать его в конец. Потому что в следующую секунду я вышла на тропу войны с Дженнис.

- Дура – ты, Дженнис. – обреченно сказала я.

- Че сказала?!

- Че слышала! – в ее истеричной манере ответила я и затрясла головой.

Лицо Дженнис вздулось и покраснело подобно перезревшему томату. Она подошла ко мне и зашипела:

- Я тебя по стенке размажу, ты и пикнуть не успеешь, чертова серая мышь.

Я посмеялась на ее ничтожные угрозы. Пора выбрасывать козыри. Лучшего момента просто не найти.

- Я та, кого ты так тщетно ищешь. Чертова серая мышь увела твоего парня. Ну и кто из на дура, Дженнис?

- Что ты несешь? Ты себя в зеркало видела?! – усмехнулась она на мои заявления. – Мартин бы никогда не посмотрел на тебя!!

- Как видишь, у вас с Мартином разные вкусы. Да, он не только на меня посмотрел, но он еще продемонстрировал, насколько он горяч в постели.  Скажи, а?

Дженнис поверила. И тут же взорвалась. Ее рука хлестко ударила по моей щеке. Больно. Но приятно.

- Чертова шлюха!

Я усмехнулась ей в лицо. Не все время другим страдать от тебя, Дженнис. Познай это чувство унижения.

-Ты для него лишь игрушка! Подстилка на неделю! – визжала она.

- Не сравнивай меня  собой. – проскрежетала я. – Твое время вышло, Дженнис. Советую тебе успокоится и оставить нас с Марином в покое.

Дженнис полетела с катушек. Она запыхтела, как старый паровоз.

- Даже не надейся! – выплюнула она. – Он мой, поняла! И ты недостойна быть рядом  с ним, дешевая игрушка! Я найду на тебя управу, раскрою Мартину на тебя глаза… двуличная тварь!

Ее глаза раскраснелись, ноздри вздулись. Вот-вот взорвется. Мне жаль ее. Мания величия и всевластия затмила ей глаза.

- Мартин не вещь, каким ты его считаешь.  Он сказал мне, что любит, как и я его. Тебе придется смириться с этим.

-Заткнись!!

Я поняла, что нет смысла адекватно разговаривать с неадекватной блондинкой. Бросив сожалеющий взгляд в сторону этой взбесившейся фурии, я повернула ручку двери и молча покинула туалет.

Ревность

Встречи с Мартином стали для меня самыми долгожданными подарками. Сбежав поскорее из универа, я спешу к нему и целую любимые губы. Мартин увозит меня подальше от оживленного кампуса в долину. Мы вновь на месте, которое уже стало «нашим» после прошлого раза.

Я сижу на байке напротив Мартина и не могу оторвать глаз от него. Он безумно красив. Меня манит его шея с татуировкой, и я тянусь к ней. Подушечками пальцев я касаюсь горячей кожи Мартина и замечаю, как  его мышцы дрогнули, почувствовав прохладу.

- Прости, у меня всегда холодные руки,  даже если на улице будет плюс тридцать.

- Давай сюда.

Мартин берет мою руку с шеи и согревает  жаром своих ладоней и теплым дыханием. Он начинает целовать мои пальцы горячими губами, и я закрываю от наслаждения глаза.

- Я соскучился. – шепчет он. – Забирайся под кофту.

Мои руки осторожно проникают ему под кофту, где очень тепло и уютно. Я нащупываю упругий пресс и тут же улыбаюсь. Мне нравятся его кубики.

- Ммм, ты, что заигрываешь со мной? – как хитрый кот промурчал он, когда почувствовал движение рук под кофтой.

- Да. – засветилась я и закусила губу. – Тебе нравится?

- Приятно. – одобрительно кивнул он.

Мои руки принялись изучать  его грудь и получали удовольствие от бархатной кожи Мартина.

- Потом поменяемся? Я тоже хочу их погладить. – брови Мартина игриво взлетели наверх, а глаза стрельнули на мою грудь.

- Хотеть не вредно. – хихикнула я. – Сегодня я изучаю тебя. Конечно, телом девственника тут не пахнет…

Мартин разразился смехом. Его грудь задрожала и передала импульс моим рукам, которые я тотчас убрала в карманы.

- Опыт это не так уж и плохо, Оливия. – сказал он в оправдание, но я насупилась еще больше.

- Да уж, я не сомневаюсь. – съязвила я и отвела взгляд.

- Тебе не к чему злиться или ревновать, теперь я только твой. Весь и полностью. Как и ты для меня.

- Я ревную?! Делать нечего! Просто представила сколько рук еще гладили твое тело и стало жутко неприятно. – поморщилась я.

Мартин поджал губы и аккуратно начал подбирать слова, чтоб не сболтнуть лишнего. А я начала тщательно фильтровать их, желая зацепиться за что-нибудь. Может, это действительно ревность?

- Твои – самые лучшие и самые желанные для меня.

Я проглотила ласкающие уши слова, но продолжила гнуть свою палку.

- У тебя много было девушек? Сколько?

- О, нет… Неудачная тема для разговора. Давай съезжай на обочину, Оливия. – предупредил он меня и одарил недовольным взглядом.

- Я хочу знать. – процедила я, упрямо  стоя на своем.

Мартин накрыл лицо ладонью и мучительно провел ей по всей поверхности лица. Он взял меня за руки. Его  взгляд темно-карих глаз успокаивал, а губы пытались донести мне важные слова:

- Их было много. И я не помню их лиц. Они для меня одинаково безразличны. Я ничего не испытывал к ним, кроме желания поиметь. Ты стала исключением, я …

- Лицо Дженнис ты тоже уже успел позабыть? – перебила я его.

Мартин усмехнулся на мою дерзость. Он качнул головой, оценивая достойного противника, которого не охмуришь красивыми словами.

- Я все ей прямо сказал. Между нами больше нечего нет. Она это приняла.

- Тебе показалось. Она весь универ на уши поставила, желая узнать, кто отбил у нее парня.

- Парня… - посмеялся Мартин над последним словом. – У нас не было таких отношений, чтобы она называла меня своим парнем.

- А как она должна была называть тебя? Друг по сексу? Личный интим-тренер… Кем ты был для нее, Мартин? Ведь она готова убить ради тебя.

- Я не знаю, что она себе придумала. Но я никогда ей ничего не обещал. Она знала, ради чего мы встречаемся. Мне странно, что ты такое говоришь. Надеюсь, она не трогала тебя? Только скажи…

- Нет. – соврала я. – Даже если надумает, то думаю я смогу за себя постоять.