Трах! - Мелвин Бёрджесс

Знаете, что такое рай? Я вам расскажу. Это когда ты лежишь на огромной мягкой королевской кровати и, как бы ты не лег, невозможно дотянуться до ее краев! И все вокруг теплое: воздух, твоя кожа, простыни — они тоже теплые и все смятые. Рядом на туалетном столике стоит ледяное пиво, а на простыне возле тебя лежит шоколадное печенье. По телику идет какой-то хороший фильм. Тут дверь открывается, и входит Али Янг, абсолютно голая, если не считать белых носков. И ты смотришь, как с каждым шагом покачивается ее грудь, пока она идет к тебе через всю комнату.

— Ты смотришь на мою грудь? — спрашивает она.

— Да, Мисс, — отвечаешь ты.

Она залезает на кровать, кладет ладони себе под грудь и начинает ее подбрасывать.

— Вжиг-вжиг-вжиг-вжиг! — смеется она и вдруг подбрасывает свои сиськи тебе в лицо, как будто… как будто это просто отличная пара сисек!

— М-м-м! — только и могу произнести я. Вот что такое рай.

— Что? — удивляется она.

— Это великолепно! — счастливо вздыхаю я.

После тусовки у Дино прошла уже неделя.

Она только что оправилась от визита матери, и все стало налаживаться. Иногда по вторникам она хотела заниматься любовью где-нибудь в гостиной: на полу, на столе — да где угодно. Это все, конечно, отлично. Но что я просто обожаю, так это валяться на ее огромной кровати: то я наверху, то она наверху, то я сзади. А потом, когда мы уже потрахались, лежать абсолютно голыми, ласкать ее груди и чувствовать, что в любой момент это можно продолжить. Вот это самое прекрасное!

Али забралась в постель, утроилась рядом со мной и тоже принялась смотреть телевизор. Шел хороший фильм — «Двойники», но сейчас можно было заняться гораздо более интересными вещами, чем пялиться в телик. Я посмотрел на ее грудь и блаженно улыбнулся. Я не отводил от нее глаз, пока она не заметила это.

— Ага, я все вижу! Один-ноль в мою пользу! — Она весело засмеялась, покачивая сиськами.

— М-м-м! — Я потянулся и поцеловал их. Из груди вырвался счастливый вздох.

— Оставайся, — вдруг предложила она.

— О боже, это ты мне? — Я подпер голову рукой. Где-то через час я должен был вернуться назад под родительское крыло, чтобы заснуть на своей узкой маленькой кровати в узкой маленькой комнате в доме, где полно людей и все чувствуют себя одинокими.

— Ну да. Оставайся.

— Но мне надо будет уйти.

— Почему?

— Предки меня ждут домой, понимаешь?

— Позвони им. Скажи, что ты хочешь остаться на ночь у приятеля.

— Да они знают всех моих приятелей, им понадобится номер телефона, на который они будут перезванивать. Да я никогда не оставался у друзей среди недели, а только на выходные.

— Ах, бедняга! — Она улыбнулась мне как-то ехидно, как мне показалось. — Неужели, этот мужчина должен все время возвращаться домой вовремя? Да ладно тебе, Бен! Тебе уже семнадцать, родителям вовсе не обязательно тебя контролировать каждую секунду!

— Ну, хватит уже! — пробормотал я. Я ненавидел, когда она так говорила. И так все было хреново, а тут еще она!

— Возьми и позвони им. Скажи, что ты остался у новенького мальчика из класса. Или — скажи, что это новая девочка! — она одарила меня игривой улыбкой. — Тебе разрешают заниматься сексом? Пожалуй, мне надо будет получить у твоих родителей письменное разрешение на это!

— Не говори глупостей! Давай лучше смотреть фильм.

Я чувствовал, как она на меня смотрит, раздумывая, продолжать или нет разговор в том же духе. Всего несколько минут назад все было ясно: я должен был через час пойти домой, и все тут. И вот мироздание рушится, и все вокруг становится таким зыбким. Я чувствовал себя так, словно соврал. И все из-за нее. Она может вышибить почву у тебя из-под ног, а ты даже не поймешь, что же произошло.

Ну и, скажу по правде, я хотел пойти домой. Я вовсе не хотел проводить всю ночь в ее кровати. Я бы чувствовал себя неудобно.

— Нам надо заниматься этим чаще, — промолвила она, уютно устроившись в моих объятиях.

— М-м-м. — Я обнял ее за плечи.

— Как на счет четвергов?

— Четвергов?

— А почему нет? Если ты не можешь остаться на ночь…

Может быть… Хотя такой вариант меня тоже не устраивал. Возможно, я веду себя глупо. Сначала мне казалось, что это рай, а потом — я хочу скорей улизнуть домой к маме и папе. Вы легко можете назвать меня двуличным негодяем, но дело не в этом: заниматься этим с Мисс было довольно опасным делом. Я просто хотел держать ее на расстоянии. Я лежал и пытался придумать уважительную причину, чтобы не встречаться в четверг. У меня могут быть тренировки, или по телику может идти интересная передача, или просто мне надо делать домашнее задание… Нет-нет-нет! Не годится!

— На самом деле у меня вряд ли получится выбраться.

— Почему?

— Они всегда на меня ругаются: вечно я где-то пропадаю. Сегодня я у тебя, завтра я встречаюсь с друзьями, по воскресеньям я встречаюсь с тобой — в общем, ты и так все знаешь.

Повисла тишина.

— Как будто я должна тебя упрашивать! — сказала она наконец.

Это было что-то новенькое. До сих пор она была очень осторожна, и мы не встречались чаще чем два раза в неделю, а в остальное время практически не виделись. Если бы кто-нибудь о нас прознал, она могла бы потерять работу и пришлось бы поставить крест на преподавательской карьере. Никто и никогда не предложит ей больше место учителя, если выяснится, что она трахается со своими учениками.