Жена на выход - Вероника Лесневская

Молча поднялся и направился на кухню, чтобы развести водой препарат, который прописал ей Арсеньев. Когда я вернулся в гостиную, Карина задумчиво сидела, прижав колени к груди и обхватив их руками. Протянул ей стакан с лекарственным раствором.

— Что это? — с подозрением покосилась на меня, но все же взяла стакан.

— Не знаю, на упаковке все на арабском написано, — честно признался. — Но врач сказал, тебе поможет.

— Отравить меня решил? — усмехнулась и приподняла бровь.

— Зачем? Ты и сама с этим прекрасно справляешься! — хмыкнул я, наблюдая, как она делает глоток и слегка морщится. — Как, сильно противно?

— Никак, — бросила коротко и, залпом выпив весь раствор, вернула мне пустой стакан. — Что случилось? Я почти ничего не помню… Только оранжерею, а потом… пуф! — взмахнула рукой.

Некоторое время я молча смотрел ей в глаза, размышляя, сказать правду или все же не беспокоить дьяволенка? Впрочем, она имеет право знать, что произошло. Только собрался открыть рот, чтобы объяснить все, как Карина возмущенно выдала:

— А ну-ка убери со своего лица это страдальческое выражение! — надула губы и очертила пальцем круг возле моего носа. — И расскажи все, как есть! Иначе я за себя не ручаюсь!

— Спокойно, откуда столько агрессии? — примирительно поднял руки и продолжил уже серьезно. — Карина, ты потеряла сознание, мне пришлось отвезти тебя в клинику. А там… в твоей крови обнаружили наркотики…

— Что? — возмутилась она, не дав мне договорить. — Какая чушь! Ты же не думаешь, что я?..

— Конечно, нет, — легонько тронул ее за колено и тут же убрал руку. — Я думаю, что тебе подмешали эту дрянь в доме Амана. Вспоминай, что ты ела и пила?

— То же, что и все! Я же постоянно была рядом с тобой! — воскликнула Карина.

— Не совсем… — нахмурился я, напоминая ей о выходке с оранжереей.

— Что я могла есть или пить в оранжерее? — нервно хихикнула, сразу догадавшись, к чему я клоню, а потом вдруг замерла, меняясь в лице. — Это виски! Аман его целенаправленно тебе в руки всучил! А потом… ну, сам знаешь, — опустила глаза.

— Поэтому он удивился, что плохо стало тебе, а не мне, — медленно продолжил я. — И так странно отреагировал, будто испугался, когда я сказал, что ты якобы беременна…

— Что ты сказал? — закричала Карина. — Ты с ума сошел? Мы же и так погрязли во лжи! Что будет следующим этапом? Обзаведемся воображаемыми внуками? — раздраженно закрыла лицо руками и, сделав паузу, вдруг тихо выдохнула в ладони. — Но с другой стороны…

— Задумалась о наших детях и внуках? Мне уже страшно! — съязвил я, просто чтобы отвлечь дьяволенка, но ее мои слова почему-то огорчили.

— Страшно… — отрешенно повторила Карина и, словно опомнившись, холодно произнесла. — Я имею ввиду другое! Хорошо, что все вышло именно так — и я выпила этот злосчастный виски. Ты сориентировался, увез меня оттуда, все решил… А если бы случилось наоборот? Вряд ли я смогла бы тебя вытащить! И отправил бы тебя Аман в арабскую тюрьму, а мне бы оставалось только сухари тебе сушить, — недовольно фыркнула.

— И ты сушила бы? Для меня? — ухмыльнулся ей.

— Не смешно! Это все очень серьезно! — рявкнула на меня сердито.

— А если серьезно, то больше ничего и никогда не пей из моего стакана! — строго отчитал ее. — Ты говоришь так беспечно, потому что не знаешь, в каком ужасном состоянии была!

— Волновался? — хитро сузила свои красивые глаза, в которых заплясали чертики.

Мягко сказано! Да я за этот вечер растерял все нервные клетки и приобрел пару седых волос! Но вслух этого, безусловно, озвучивать не стал.

— Конечно, волновался! Где я за столь короткое время новую жену на выход найду? — колко бросил Карине, видя, как она со злостью сжимает свои губки.

Ничего не ответив, дьяволенок соскочила с дивана и направилась в свою спальню. Вздохнул, рассердившись на самого себя за то, что опять ее обидел, и кинулся следом. Схватил Карину за запястье и развернул к себе лицом, придерживая ее за тонкую талию. Она уперлась ладонью в мою грудь и, затаившись, недоуменно подняла на меня свои наполненные обидой глаза.

Обещал же себе больше не мучить дьяволенка! Всматриваясь в ее прекрасное, но такое грустное лицо, мне вдруг остро захотелось, сделать для нее хоть что-то хорошее, наконец, освободив от нашей дурацкой сделки.

— Карина, — хрипло шепнул ей. — Ты можешь вернуться домой уже завтра, я забронирую тебе билет на первый утренний рейс…

— Стравинский! — взревела внезапно, а меня передернуло: ненавижу, когда она зовет меня по фамилии, словно чужого. — У тебя фишка такая — посылать меня куда подальше в самый сложный момент?

Я опешил и выпустил ее из объятий. Я ожидал чего угодно, но не такой реакции! Что опять не так? Невыносимая!

— А твоя фишка — притягивать к себе неприятности?! — то ли спросил, то ли утвердил я.

— Я? Неприятности? — возмущенно хватая ртом воздух, кричала Карина. — Да если бы ты не пил, как заправский алкоголик, то Аману не так просто было бы найти твое слабое место! А мне бы не пришлось делать то, что я сделала! — отступила на шаг назад и уперла руки в бока. — Я никуда не поеду, Максимилиан Анатольевич! Я останусь до конца!

— До чьего конца? Это угроза? — выпалил я быстрее, чем успел подумать.

— Расценивайте, как пожелаете! — ехидно бросила Карина, специально обращаясь ко мне на «вы».

Развернувшись, она отмахнулась от меня рукой, и скрылась в спальне. Кажется, если бы не воспитание, то она точно показала бы мне средний палец. Впрочем, я этого заслужил…

А знаешь, я бы тоже хотел остаться с тобой до конца, Карина, на всю жизнь. Да только в нашем случае это невозможно…