Мой милый доктор - Ребекка Уинтерз

— Джаред! — повторяла Кит снова и снова. — Я люблю тебя, — шептала она в лихорадке поцелуев. — Если бы ты только знал, как я тебя люблю.

— Давай выясним, как, — предложил он, приподняв ее и прижимая к себе.

Кит никогда раньше не влюблялась и не была готова к такой буре чувств души и тела. В охватившей ее страсти она сознавала лишь одно: Джаред обнимает ее и целует так, словно она самая большая ценность на всем свете. Она была счастлива, и ей было необходимо дарить счастье ему.

— Я хотел поцеловать тебя еще в ту первую ночь, — признался он, осыпая поцелуями ее шею и плечи. — Я влюбился в тебя, как только взглянул в твои затравленные зеленые глаза. Я хотел стать тем, кто излечит тебя от страха.

— И ты им стал, — прошептала она, целуя его, впитывая вкус его кожи, аромат его волос.

— Тот медосмотр превратился для меня в мучительнейшую пытку. Врач должен думать только об исцелении больного, а я представлял, что почувствовал бы, если бы обнял твое прекрасное тело. Я готов был нарушить все законы морали и затащить тебя в свою постель. В любой момент я мог бы целовать твои изумительные губы, и ты была бы в полной безопасности.

Его сильное тело дрожало.

— Почему же ты этого не сделал? — воскликнула она.

— Не спрашивай меня, — простонал он, лаская ее спину, бедра и все более, пылко прижимая ее к себе.

— Дорогой… — она обхватила его лицо ладонями. — Теперь моя очередь признаваться. В тот первый вечер, когда ты распахнул на мне пелерину и посмотрел на меня, я бы позволила тебе делать все что угодно. Я со страхом ждала конца осмотра.

— Кит… — потрясенно прошептал он.

— Это правда. Никогда бы не поверила, что смогу почувствовать такое. Послушай, я была охвачена ужасом, мне пришлось бежать. И вдруг — надо мной возвышается невероятный мужчина. Он трогает мое тело и волосы, ласкает и, сам того не понимая, возбуждает меня. Мое тело превращается в одно пылающее желание… которое, между прочим, ни на секунду с тех пор не утихало…

Джаред судорожно вздохнул.

— Я был охвачен таким же желанием, оно сводило меня с ума. В тот день, когда ты плакала на моей кровати… Кит… — его голос дрогнул, — я не раздумывая обнял тебя. Я просто ничего не мог с собой поделать.

Она едва не задохнулась от нахлынувших чувств.

— Джаред, я чуть не поцеловала тебя тогда. А та ночь в мотеле? Ни за что не поверишь, скольких усилий мне стоило не постучать в твою дверь. Я готова была молить тебя о любви, хотя думала, что тебе нужна Люси.

При упоминании этого имени он замер и удивленно посмотрел Кит в глаза.

— Мне никогда не нужна была Люси.

— Теперь я это знаю. И никогда больше не стану думать о ее чувствах к тебе.

Он нахмурился.

— Что случилось?

— Она пришла ко мне на работу. Извинилась. Короче говоря, она решила, что мы должны подружиться, раз уж нам предстоит стать родственницами.

Кит снова приникла к его груди.

— Слава Богу, что я отправил Люси в Калифорнию и привел в порядок ее мозги. Если бы не она…

— Не надо больше об этом, милый. Теперь мы вместе, и только это важно.

— Кит, выходи за меня замуж.

— С удовольствием, только поскорее.

— Завтра, — прошептал он, пряча лицо в ее волосы.

Кит удовлетворенно вздохнула.

— Я так рада, что ты это сказал. Я не хочу ждать.

— Как насчет шикарной свадьбы, которую устроил бы твой отец?

— Джаред… Если бы наши родители были живы, если бы у Люси и Лоры не было сейчас проблем, я бы не желала ничего другого. Но сейчас — ради, наших близких — я хочу скромную церемонию.

Она едва успела закончить свою речь, как Джаред снова целовал ее.

Через несколько минут у него возникло новое предложение:

— Как насчет церемонии в нашей фамильной церкви?

— Неужели надо спрашивать?

— Первым делом я позвоню с утра пастору. Потом получим лицензию и сразу поедем в Хибер.

— Боюсь поверить, что все это происходит со мной наяву.

— Кит… мы должны обсудить еще кое-что, — очень серьезно заявил он.

— Если ты о детях, думаю, следует начать как можно быстрее. — Джаред с трудом проглотил комок в горле, и Кит поняла, как много значат для него ее слова. — Ты будешь таким замечательным отцом, что я хочу как минимум четверых.

— А как же твоя работа?

— С тем компьютером на ранчо я большую часть работы смогу выполнять дома. И здесь можно установить такую же систему. Джереми с удовольствием пойдет на уступки.

— Он любит тебя, — тихо сказал Джаред.

— Он думал, что любит, но мы во всем разобрались. Он знает, что я люблю тебя.

Джаред поднял ее руку и поцеловал в ладошку.

— Мы можем жить здесь с понедельника по пятницу, а уикенд проводить на ранчо.

Кит улыбнулась во весь рот.

— Чудесно, но что скажет Люси?

— Она встретила в Калифорнии мужчину…

— Я так и поняла.

— Мне кажется, она станет все больше времени проводить там.

— Если ему удалось поразить твою родственницу, он должен быть необыкновенным. Знаешь, что она сказала: если влюбишься в Бэннинга, это неизлечимо.

Он улыбнулся.

— Неужели?

— Ты и сам знаешь, — сказала Кит и уткнулась лицом в его шею.

— В таком случае, я думаю, тебе следует сегодня спать здесь, мой раненый лебедь.

— Что?

— То, что слышала. Хоть твоего отца уже нет, я чувствую, что он смотрит на нас, и хочу завоевать его расположение.

— Но, дорогой… — запротестовала Кит.

— Что значит еще одна ночь, когда у нас впереди целая жизнь?

Кит ушам своим не поверила.

— Ты серьезно?

— Кит, — страстно произнес он, — я не хочу рисковать. Я хочу все сделать правильно.

Джаред Бэннинг — образец чести. Вот почему она так им восхищается, но…

— Что ж, — сказала Кит дрожащим голосом, — если ты так действительно считаешь, отправляйся наверх. — Она высвободилась из его объятий, вскарабкалась обратно на смотровую кушетку и натянула на себя простыню. — И, пожалуйста, не забудь выключить свет.

Он стоял словно громом пораженный. Кит удовлетворенно улыбнулась и отвернулась от него. Несколько секунд спустя комната погрузилась во мрак.

Когда стало ясно, что Джаред не покинул помещение, Кит прошептала;

— Если хочешь, можешь поцеловать меня на ночь.