Наследница - Натали де Рамон

Ворота Манор дю Ласмар сомкнулись за моей спиной. Никакой погони не было. Я испытывала облегчение. Собственно, мне сразу стало легче, стоило лишь сесть за руль, хотя еще на территории усадьбы я поняла, что насчет проблемы с рычагом коробки передач Рене не соврал: рычаг двигался жестко, даже будто со скрежетом.

По абсолютно пустой дороге я катила на приличной скорости, пока очень далеко впереди не заметила огоньки фар, двигавшиеся мне навстречу. Наверняка Сале. Я решила остановиться и подождать его здесь. Чем скорее «братцы» найдут «ягуар», тем спокойнее для всех. Я направила машину к обочине и хотела выжать сцепление, но рычаг не послушался вообще! Я дернула посильнее, и он бесполезной железкой остался в моей руке!

– Проклятье! Только этого не хватало!

Все-таки я вовремя успела выровнять машину и нажала на тормоз. «Ягуар», дергаясь, пролетел еще сколько-то вперед и замер посреди дороги. Останки рычага я в ярости швырнула на соседнее сиденье, почти ударом распахнула дверцу и выскочила наружу. Фары встречной машины приближались. Я замахала над головой руками и отчаянно закричала:

– Сале! Сале! Я здесь! Я сломалась!

И только когда встречная машина была уже совсем близко, я с опозданием поняла, что это – полиция.

Машина остановилась. Передние дверцы открылись одновременно, как крылья жука. Две мужские фигуры тоже синхронно выскочили наружу и метнулись ко мне.

– Мадам! Все в порядке? Что случилось? Вы целы?

– Цела, цела. Машина сломалась.

– Мотор? Тормоза?

– Нет… Рычаг коробки передач.

– Рычаг? – изумленно уточнили они хором и заглянули в «ягуар». – Ну дела! – крякнув, изрек тот что постарше, а молодой присвистнул и сказал:

– Как же вы без него ехали, мадам?

– Теперь уже не важно… Слушайте, а у вас есть сигареты?

Они дружно протянули мне каждый свою пачку. Я, не раздумывая, взяла из той, которая оказалась ближе.

Щелкнули две зажигалки, осветив большие кулаки.

– Спасибо, – прикуривая, сказала я.

Они тоже задымили, и я заметила, как на левом мизинце пожилого блеснул знакомый перстенек.

– А вы, должно быть, новая хозяйка Манор дю Ласмар?

– По «ягуару» угадали? – сказала я и невольно зажмурилась от света фар еще какой-то приближавшейся со стороны города машины.

– Точно! – Полицейские повеселели. – Он такой один на всю округу! – Но пожилой опять посерьезнел. – Мадам, так что же произошло в Манор дю Ласмар?

– То есть? Что вы имеете в виду, офицер?

Пожилой вздохнул, прокашлялся. Молодой – долговязый и светлый, очень напомнивший мне механика Шарло, – смотрел на него влюбленными глазами.

– Мадам, мы ведь ехали сейчас туда по вызову. Поступил звонок, что там произошло покушение. – Он выразительно помолчал. – Покушение на вас. Это так?

Я вздохнула, посмотрела на красноватый кончик сигареты.

– Поэтому вы уехали, не проверив исправность автомобиля? – скорее утвердительно, чем вопросительно, произнес пожилой.

– Я не думала, что «ягуар» может быть неисправен.

Ослепившая меня машина была уже близко, и я точно видела, что это «пежо».

– А почему вы не дождались нашего приезда?

– Я просто уехала, – ответила я, наблюдая за «пежо», который сейчас остановился за полицейской машиной. – И я понятия не имела, что кто-то вызвал полицию.

– Доктор Брэбьи! – Сале выскочил из «пежо» и побежал к нам, забыв даже захлопнуть дверцу. – Расскажите им все!

– О! Гастон! Очень кстати! – увидев его, обрадовался пожилой полицейский. – Ты ж наверняка знаком с ней! Но как ты здесь оказался?

– Дядя Бернар! – Они обнялись. – Как хорошо, что ты здесь! Я давно хотел тебе рассказать! Там… – Сале махнул рукой в сторону имения. – Там творится такое! Ой, мадемуазель де Ласмар! Это мой дядя. Мой дядя Бернар Оз…

– Майор Бернар Озон! – вытянувшись в струнку, отрапортовал тот.

– Начальник нашей полиции, – закончил за него племянник. – И любимый кузен моей мамы.

– Очень приятно, мсье Озон. – Я подала ему руку.

– Мне тоже. Очень. – С сияющими глазами он осторожно подержал ее своей лапищей и представил мне засмущавшегося молодого: – А это сержант Мэню. Жак Мэню. Кстати, его брат у вас там, в гараже, механик. И как только он мог так с «ягуаром» оплошать?… Ну и что же, миледи, творится там у вас?

Я вздохнула, собираясь с духом, но уже заговорил Сале:

– Дядя, да черт-те что! Они там призраками притворяются, гробы под дверь подкладывают, голоса устраивают по ночам!

– Чтобы опекуна, что ли, назначить? – Озон сочувственно посмотрел на меня.

– Видимо, да. Но сегодня, когда оказалось, что в случае моей недееспособности имение отходит фонду «Зеленая трава», кто-то попытался меня убить.

– Ну-ну. – Озон покачал головой и снова закурил. – А, простите, кому оно достается в случае… э-э-э…

– Моей смерти? Все равно этому фонду.

Озон пару раз сильно затянулся и отшвырнул сигарету.

– Ладно. Поехали, миледи.

– Куда?!

– В Манор дю Ласмар. Гастон, ты тоже давай с нами. А насчет вашего «ягуара», миледи, не переживайте. Мэню дождется «аварийки», составит протокол…

– Нет! Пожалуйста, пусть Мэню тоже едет в усадьбу. А с «ягуаром», я уверена, ничего не случится. Все же здесь знают, чей он, не так ли?

– Хорошо, миледи. – Озон усмехнулся. – Присаживайтесь. – Он распахнул передо мной заднюю дверцу полицейской машины и озабоченно спросил, когда мы уже поехали: – Ну и как же они пытались сегодня вас убить?

Я рассказала.

– Просто чудо, что вы заткнули ванну не той пробкой, – подытожил шеф полиции.

– Извините, что вмешиваюсь, – робко заговорил Мэню, – но кто последним пользовался «ягуаром»? И почему вы поехали именно на нем? У него ж руль неудобный, а в вашем гараже, как я знаю, машин полно.

– Я поехала на нем, потому что мы договорились с Сале встретиться по дороге, а «ягуар» – он ведь очень приметный. И в принципе мне все равно, с какой стороны руль. А последним им пользовался вчера Рейно.

– И машина была исправна?

– Ну… он говорил, что что-то там с коробкой или с рычагом. Но никто не отнесся к этому всерьез.

– Почему? – Озон насторожился.

Я растерянно придумывала приличный ответ.