Шесть лет - Эль Севено

– Ты шутишь?

Раф пожимает плечами.

– В любом случае мне все равно.

Нет, это неправда. Он лжет. И очень плохо лжет!

– Хочешь снова об этом поговорить? – повышаю я голос.

– Я не знаю, Виктория.

Услышав свое полное имя из его уст, я ощущаю горький привкус. Он прислоняется к раковине и скрещивает руки.

– Это все, что ты хотела мне сказать? – снова настаивает он своим фальшиво непринужденным тоном. – Мои приятели хотят побыть со мной до моего отъезда, так что…

– Ты уезжаешь?

– Да, уезжаю через пару дней. Я должен участвовать в соревнованиях в Австрии. Я хотел уехать в последний день, но в конце концов… перенес свой отъезд. Ждать больше не имеет смысла.

– И когда ты собирался мне сказать?

Он снова пожимает плечами.

– Ты должна быть счастлива… у тебя впереди целый месяц, чтобы провести его с Брисом. Разве это не хорошая новость? Теперь его очередь! Но тебе не кажется странным трахаться с двумя братьями?

Меня сейчас вырвет. Его слова причиняют слишком сильную боль.

– Отлично.

Я лучше уйду, чем буду слушать такую хрень.

Поэтому я разворачиваюсь и выхожу из ванной.

Но меня хватают за руку и заставляют стоять на месте.

– Вик! Подожди.

Это Раф.

– Нет!

Я освобождаю руку и ухожу. Он догоняет меня на лестничной площадке своего этажа, в коридоре.

– Вик…

– Оставь меня в покое!

Я направляюсь к лестнице, лифт может задушить меня сильнее, а я уже задыхаюсь.

В самом низу, когда выход уже на расстоянии вытянутой руки, я вдруг оборачиваюсь. Раф молча следует за мной. Он с удивлением застывает в шаге от меня.

– Ты был с девушкой или нет?

Он колеблется.

– Да… Пять минут. Но потом я ушел.

Я не могу отделаться от ощущения, что вот-вот расплачусь. Я уже чувствую слезы в уголках своих глаз.

– Уже две недели я знаю, что ты скоро уедешь. Я много думала об этом, гадая, как долго мы можем не видеться, и скажешь ли ты мне, если припру тебя к стенке. Но ты решил ничего не говорить. Как обычно. Ты не разговариваешь со своим братом. Ты не разговариваешь со мной… Ты лучше сделаешь какую-нибудь очередную глупость и только потом будешь думать…

– Какого черта ты тогда делаешь со мной?

Как он смеет говорить, когда вообще должен держать язык за зубами.

– Задаю себе тот же вопрос.

Он краснеет. Кажется, сегодня все друг другу причиняют боль…

– Знаешь, я думаю, что все правы…

Раф выпрямляется и напрягается, словно ожидая, что я скажу.

– Ты слишком юн. Внешне, может, ты и напоминаешь взрослого мужчину, но здесь…

Я постукиваю себя по виску.

– …ты – подросток, который считает, что может делать то, что хочет, а на последствия ему наплевать.

Он качает головой, глядя на свои ноги. Однако я не успокаиваюсь.

– И если хочешь знать все, то да, Брис приходил ко мне. Ведь именно в этом все дело, не так ли? Ты видел нас. И ты снова сам себя накручиваешь, в то время как я четко говорю, чего я хочу… Теперь у меня для тебя только один совет, большой мальчик, поговори с братом и со своей матерью. Разберись с семейными делами и отвяжись от меня. Я вернулась не для того, чтобы надо мной издевались.

Я отворачиваюсь, но затем поворачиваюсь обратно.

– Я собиралась рассказать ему о нас с тобой. А потом я отказалась от этой идеи. Не мне решать, Раф, а тебе. Только вот пока мне тяжело, ты засовываешь свой язык в чужой рот…

– Потому что ты, конечно, святоша? Ты позволяла ему прикоснуться к себе, позволяла ему снова и снова надеяться.

– Я злюсь, Раф, – отвечаю я, чтобы остановить его, – не говори мне о том, чего не знаешь.

Он вздыхает и расстроенно проводит руками по волосам. Когда он подходит, мне совсем не нравится то, что я вижу в его глазах.

– Ладно. Хорошо. Знаешь что? Я хотел провести вечер в окружении девчонок, пить и трахаться.

– И ты это делал?

– Какая уже разница?

Это бессмысленный разговор, он не сдается, а мне уж точно не спокойно от его слов.

– Убирайся!

– Вик, я…

– Мне больше нечего сказать тебе, Раф. Убирайся! Иди домой!

– Вик!

Его глаза умоляют, но уже слишком поздно. Когда он пытается подойти ко мне, я быстро отхожу в сторону.

– Не трогай меня!

– С этой девчонкой ничего не было. Я полон дерьма. Я поверил в свои выдумки, когда увидел вас двоих, и натворил ерунды. Я не знаю, что несу.

– Мне плевать. Трахни ее, если так сильно хочется.

– Ты же несерьезно?

– Давай же! У тебя получится!

С этими словами я открываю дверь и выхожу на улицу. На этот раз я не буду оглядываться назад.

– Вик! – кричит он.

Но я не останавливаюсь.

Глава 26

Раф

Я не видел Вик до самого своего отъезда. Я пытался. Оставлял ей сообщения с извинениями, пытался дозвониться до нее снова и снова. Безрезультатно. Я даже пошел в ее лавку, но, обнаружив, что дверь заперта, я понял намек…

Я уехал без особой радости, но, по крайней мере, думая, что обрету здесь душевный покой; мне будет, чем занять свои мысли. Девушки – настоящая головная боль!

Я никогда не чувствовал себя таким ничтожеством, и ее полное молчание убивает меня. Вик будет встречаться с Брисом ради мести? Или найдет какого-нибудь другого парня? Нет. Вик не такая… Я был таким придурком. Черт. Черт. Черт.

– Как ты, Раф? Обычно ты не похож на дерьмо!

Огромного парня, который говорит со мной, зовут Энгель. Он немец с широкой глупой улыбкой, который решил взять меня под свое крыло, как только я присоединился к команде Bull Air. Мы встречаемся на каждом соревновании, и этот парень всегда в хорошем настроении. С другой стороны, его английский акцент просто ужасен. Я не учил язык, но я довольно хорошо знаю английский – благодаря телепередачам, которые смотрел в детстве, – но когда я впервые заговорил с немцем, мне пришлось потрудиться.

Энгель – один из лучших вейкбордистов в Bull Air, и кажется, что он видит себя во мне. Парень всего на несколько лет старше. Он один из старожилов команды, но по-прежнему очень продуктивен. Его опыт является настоящим преимуществом. Я с гордостью заявляю, что могу соперничать с ним.

Соревнования проходят в течение нескольких дней. Учитывая нашу численность, это необходимо. Программа представляет собой соревнование дуэлей: один фристайл-трюк,