Почти прекрасны - Джейми Макгвайр

– Пас, – раздраженно выдохнул Джастин.

Двое других парней без промедления сделали ставки. Бентли тоже блефовал, а вот Коллин играл значительно лучше других за столом – кроме меня, конечно же, – и я задумалась, а не играл ли он в более серьезных кругах.

Но Коллину не нужна была победа так, как мне. И поэтому моя четверка карт одной масти с легкостью побила его стрит. Паркер не блефовал, но он не так хорошо разбирался в картах, чтобы понять, что собранные им карты ничего не стоили.

– Черт подери! – выругался Паркер, бросая карты на стол и вставая.

Коллин взглянул на меня:

– Впечатляет. Тебе стоит как-нибудь прийти на мою игру.

– Вы проводите игры? – спросила я.

– Ты ее приглашаешь? – спросил Бентли. – Да ей просто везет.

Коллин усмехнулся:

– Разве ты не знаешь? Невероятно.

– Что? – спросил Бентли.

– Она же дочь Мика Эбернати. Разве не помнишь Счастливчика Тринадцать, о которой несколько лет назад писали в газетах? Она чертова легенда покера, и стала ею задолго до первых месячных.

Я скривилась от его слов. У Паркера отвисла челюсть.

– Разве это не тот азартный игрок, связанный с мафией, о котором писали в газетах? – спросил Рики, переводя взгляд с Коллина на меня и обратно.

– Именно, – сказал Коллин. – Тебе лучше заплатить, придурок, у нее серьезные друзья.

Рики сглотнул ком в горле.

– На этой ноте, – сказал Коллин, – я ухожу домой. Бентли? – Он указал на парня. – Ты еще тот придурок. – Он посмотрел на всех остальных: – Хорошего вам вечера. – Потом чуть кивнул мне: – Приятно познакомиться, Эбернати.

– Мэддокс, – сказала я. – Теперь Мэддокс.

Коллин широко улыбнулся.

– Мои поздравления! – сказал он.

Паркер закатил глаза. Я собрала выигрыш, обменяла фишки на наличные и внимательно посмотрела на Джастина и Рики.

Рики откинулся на стуле, изображая напускное равнодушие.

– Мы вернем тебе все на следующей неделе. Спроси у кого угодно, мы всегда возвращаем.

Джастин кивнул.

– Почему бы вам, парни, не проводить меня до машины? – сказала я, вставая. – Уже поздно, на улице темно, а вы у меня в долгу.

– Зачем это? – спросил Паркер, поднимаясь. – Я сам отведу тебя до машины, Эбби.

Он поправил лацкан пиджака и надул грудь. Рики и Джастин будто выдохнули.

Я несколько секунд пристально смотрела на него, не в силах скрыть отвращение.

– Паркер, я только что выиграла все твои деньги. Думаешь, в этом есть что-то от альфа-самца?

Паркер заморгал.

– Откуда мне было знать, что ты выросла среди бандитов и негодяев? Я старался исправиться ради тебя, неизвестно зачем. Ты снова и снова доказывала, что ты…

– Из простолюдинок? Да, Паркер, не все же такие высокосортные и получают при рождении деньги «Олив Гарден»![1]

– Высокосортные? Ты же не серьезно. Ты сама обратилась ко мне за помощью!

Я скрестила руки на груди и усмехнулась:

– Да, а теперь все, что было в твоем бумажнике, мое. Спасибо за помощь. Неплохо для девчонки, да?

– Мне они достались не только так, – прорычал Паркер. – И это намного важнее твоего помойного мужа.

– Вот и отлично. Встретимся у Коллина на следующей игре, и я заберу у тебя остальное.

Паркер сглотнул ком в горле.

– Беги. – Я щелкнула пальцами. – Твоя мамочка уже волнуется.

Паркер застегнул пиджак, фыркнул и пошел прочь, покраснев от унижения.

– Ты правда пойдешь на игру к Коллину? – спросил Рики.

Он последовал за мной на улицу, а за ним шел Джастин.

– Нет, и вы тоже не пойдете. В покере вы профаны.

– Говорю же тебе, Эбби, мы заплатим. Пять дней, и все вернем, – сказал Джастин, чуть ли не умоляя меня.

– Я не банк, кредитов не даю.

– Может, мы сможем договориться? – сказал Джастин, заламывая руки. – У нас много связей. Мы можем достать тебе билеты на концерт, устроить на работу, все, что захочешь. И это вдобавок к деньгам, которые мы должны тебе.

– Я только вышла замуж. Меня интересуют исключительно наличные. У вас двенадцать часов. И вы слышали Коллина. Там, откуда я родом, вы играете в покер и платите. Если нет, мне придется кое-кому позвонить.

– Двенадцать часов на четыре тысячи долларов? Да ладно тебе, Эбби! Мы же можем это как-то решить? – взмолился Рики.

Я дошла до машины и круто развернулась.

– Ну… возможно.

– Что угодно, – сказал Рики.

– Вот что я вам скажу. Вы прекращаете расследование пожара, а я прослежу, чтобы гангстеры Гамбино не скормили вам остатки ваших пальцев.

– Хорошо, мы не будем… проще не бывает. И это разрешит наш долг? Полностью? – спросил Рики, заметно вспотев и запаниковав.

– И больше никаких вопросов, – сказала я. – Никому.

Они обменялись взглядами и кивнули.

– С этой историей покончено, – сказал Джастин.

Я скорчила мину.

– И студенческая газета ничего не расскажет о пожаре? Не глупите. Нет, вы напишете статью, признаете, что ходили разные слухи, в том числе что полиция и федералы допрашивали Трэвиса, а потом подтвердите, что его не было на бою.

– Все будет именно так, – сказал Рики. – Статья выйдет в понедельник.

Я улыбнулась, похлопав Рики по щеке:

– С вами приятно иметь дело.

Я села за руль и закрыла дверцу, глядя в боковое зеркало, как удаляются Джастин и Рики. Мой план сработал, и я даже заработала на оплату аренды в следующем месяце. Я думала, что это неприятное чувство пройдет, но оно осталось.

Что-то нависло над нами, но я не могла разобрать, что именно. Эта мысль преследовала меня до самого дома.

Глава 16

Первая

Эбби

Глядя на пустую пробковую доску возле кабинета мистера Мотта, я поняла, что мы все в одной лодке. Студенты, занявшие две верхние строчки в рейтинге, автоматически станут ассистентами мистера Мотта на осенний семестр. Эта должность украсила бы резюме того, кто рассчитывал стать профессором математики, – но помимо меня здесь было еще пятьдесят студентов.

Кожа вокруг заусенца, который я грызла последние полчаса, покраснела. Дезодорант уже не выдерживал такой нагрузки, шея и челюсть были напряжены, а спина ныла от долгого ожидания, тем более в таких узких туфлях. Я переминалась с ноги на ногу, стараясь перебороть дискомфорт.

Если бы другие студенты, что стояли рядом, не страдали от нервного ожидания, я бы выглядела ненормальной. Мы мысленно поддерживали друг друга, хотя весь семестр мы негласно соперничали.

До летних каникул осталось всего ничего, но федералы пока больше не появлялись в нашей квартире. И ясно почему. Расследование немного затихло, после того как «Истерн Стар» напечатали на передовице статью с цитатами многих студентов, которые отрицали присутствие Трэвиса на бою в