Становление - Дарья Владимировна Зубкова

— Но…? Солнце должно было давно скрыться. Как это возможно?

— Все просто. Ты воплотила своё желание в жизнь и смогла подчинить себе реальность. Время остановило свой ход и мы остались в этом моменте, как ты того и хотела. Но дам небольшой совет на будущее. Столь явное вмешательство в материю даёт свои отголоски и может пагубно влиять на мир. Подобные манипуляции могут давать негативный эффект, поэтому старайся быть немного аккуратнее в подобных желаниях и действиях.

— Я что-то нарушила в мире?

— Нет. Твои метаморфозы никто не заметит. Если только местный Бог и Люцифер. Но ему точно нет дела до земных устоев. Так что тебе нечего опасаться.

Тем временем солнце стало медленно склоняться за горизонт и вскоре вовсе скрылось за его бескрайней линией. Я смотрела на все это безумным и ошеломлённым взглядом, боясь произнести хоть звук и вновь что-то нарушить в обычном ритме жизни. Когда солнце полностью скрылось из нашего поля зрения, Скотт подошел вновь ко мне и тихо произнёс.

— Тебе, Оливия Вильямс, даны безграничные возможности и в тебе сокрыта просто неимоверная сила. Верь в себя и никогда ни перед чем не сдавайся.

После этого эпизода Скотт достал свой мобильный телефон и неожиданно для меня сделал несколько фотографий каньона. Я была поражена столь простой манипуляции с его стороны, но не стала как-то комментировать его действия. Скотт подошел вплотную ко мне и заставил меня сделать пару кадров вместе с ним на фронтальную камеру его телефона. Я долго поражалась этой просьбе, но, по итогу, решила поддаться на его уговоры. Это были наши первые совместные кадры. За все время нашего общения и знакомства мы ни разу не фотографировались вместе. Теперь, смотря на снимки наших довольных лиц, я была благодарна Скотту за эту идею. Я не страдала сентиментальностью, но наши совместные фотографии вызвали во мне волну самых тёплых эмоций и оставили после себя дорогие сердцу воспоминания.

Спустя несколько дней мы вернулись домой. Дорога до Пало-Альто прошла мирно и спокойно. Мы много смеялись и дурачились, продолжая подпевать песни, что включал Скотт в автомобиле. Я была приятно удивлена его музыкальным предпочтением. Особенно, он до дыр заслушивал песню «Bones», которую он мне включал ещё в нашу поездку по пути к каньону. Прослушав это песню в десятый раз за нашу дорогу, я не выдержала этой музыкальной пытки.

— Тебя не напрягает слушать одну и ту же песню столько раз?

— Не напрягает. Она мне слишком сильно понравилась, а ее мотив до невозможного заразителен.

— Чем тебя зацепила эта песня? Да, мотив довольно заразителен. Но что тебе так в ней нравится?

— Ее слова. Ты вслушивалась в смысл этой песни? Она прекрасно передаёт мои внутренние ощущения и чувства.

— И о каких ощущениях идёт речь?

— Как о каких? «Магия в моих костях». Тебе разве это никого не напоминает?

— Так ты считаешь, что эта песня про тебя?

— Практически. Я тоже множество раз смотрел в зеркало своей души и много раз гордо поднимался и начинал все заново. Так что эта песня явно обо мне.

— Даже подумать не могла, что ты такой сентиментальный — я засмеялась звонким смехом — Скандинавский Бог обмана и коварства Локи и задушевные песни. Это что-то новое.

— Не будь такой стереотипной — Скотт подкатил глаза, а затем, прибавив громкость в динамиках автомобиля, начал петь — Мое терпение убывает, док. Это должно быть весело? У меня такое чувство внутри. Да, ты знаешь его. Когда от меня уже ничего не зависит. Потому, что мои кости хранят магию…

— ХВАТИТ! Прошу тебя, остановись — я с мольбой в голосе закричала, надеясь прервать этот бесконечный и действующий на нервы концерт одной песни.

— Потому, что мои кости хранят магию — Скотт громко запел припев песни, намеренно выводя меня из себя. Я резко нажала на приёмник и выключила его. Наконец-то, салон автомобиля наполнился блаженной тишиной

— Ещё раз ты включишь эту песню, я лично вышвырну тебя из своей машины, и ты пешком пойдёшь до Пало-Альто!

— Док, ты не забыла, что я перемещаюсь в пространстве в мгновения ока — Скотт издевательски засмеялся — Так что твои угрозы явно не действуют на меня.

— Какой же ты…

— Обворожительный, харизматичный, и что немаловажно сексуальный?

— Да пошёл ты. До дома даже не думай затрагивать меня и ещё больше играть на моих нервах. Они итак ни к черту из-за тебя.

Я откинулась на спинку своего кресла и закрыла глаза. Вся оставшаяся дорога прошла тихо и спокойно. Вскоре, я заснула и вновь видела все тот же кошмар с неизвестной и грозной фигурой неизвестного мне мужчины. Когда я открыла свои глаза, то увидела, что лежу у себя в спальне. Рядом на кровати мирно спал Скотт, плотно обняв подушку в своих руках. Я удивлённо осмотрела пространство комнаты, после чего направилась в сторону уборной. Во мне возникло дикое желание смыть с себя всю усталость нашего долгого пути и остатки кошмара. Зайдя в душевую кабину, я решила охладиться под струями прохладного душа. Капли воды стекали по мне, принося долгожданное успокоение и прогоняя остатки напряжения. Я вышла из душа, обмотанная лишь мягким полотенцем. Я хотела направиться в гардеробную за комплектом нижнего белья, когда услышала голос во тьме:

— Если ты решила устроить ночной сеанс стриптиза, то я не против.

— Господи! — я громко взвизгнула, не ожидая услышать чей-то голос в темноте — Я думала, что ты спишь.

— Я спал, но твои стоны во сне и нервные содрогания не дали мне возможности полноценно заснуть.

— Тогда зачем ты делал вид, что спишь, когда я проснулась?

— Я же Бог обмана и коварства. Хоть иногда я могу позволить себе небольшую ложь и вольность в поведении — я повернулась к Скотту лицом и недовольно скривилась — Не хмурься, тебе не идёт. А я, на самом деле, хотел дождаться твоего возвращения из душа, как раз в этом самом виде.

— В каком виде?

— В самом, что ни на есть настоящем. Как любят говорить в Мидгарде «в чем мать родила». Мне эта фраза, кстати, очень понравилась.

— Тебя надо было назвать Богом не обмана, а извращений! Ты же постоянно об этом говоришь. И даже когда ты был Скоттом Смитом и мы жили с тобой,