Да будет свет? - Оксана Недельская

Так вот почему кхарэнов потянуло к спиртному. Жалкие трусы.

— Теперь ты можешь сопротивляться, и это хорошо, — мягко улыбнулся Ирвинд, удивляясь самому себе.

Он видел мольбу, притаившуюся в глазах женщины. Её дыхание участилось, зрачки расширились, губы блестели влажно и призывно. Ирвинд почувствовал лёгкое желание, и Фласутта сразу поняла это. Она соскользнула с дивана, опускаясь перед ним на колени и, не отрывая взгляда, медленно и чувственно провела тонкими пальцами по его губам, очерчивая чёткий, скульптурный контур, скользнула по груди, твёрдому животу… И ещё ниже… Ирвинд не дал продолжить. Подхватил на руки и понёс в спальню.

Злата

Сон, больше похожий на забытье, закончился внезапно. Золотоволосая пропела с томным придыханием:

— Исонди-ил, это было великоле-епно.

О боже! Хорошо хоть ничем не выказала своё пробуждение…

— Рад, что угодил моей королеве.

Всё-таки у него очень приятный голос, даже слишком.

После ещё одной порции поцелуев (рановато я проснулась!) Лисана продолжила:

— Исондил, я оставлю её у тебя, хорошо? Мне нужно на Ахримдарр, сообщить остальным, но переносить её туда не стоит, всё равно придётся тащить обратно на Харблас.

— Конечно, оставляй, ей тут будет хорошо, — тихо смеясь ответил Исондил.

— Не вздумай! — с наигранной строгостью заявила золотоволосая, — моя месть будет страшной!

Они опять завозились, а через минуту Исондил притворно воскликнул:

— Всё, сдаюсь!

И любовники рассмеялись, явно довольные друг другом.

Пока Лисана одевалась, я продолжала делать вид, будто сплю как убитая. К счастью, она не стала «будить» меня. Но как только девушка исчезла, подошёл Исондил:

— Хватит притворяться, ты давно не спишь.

Прикидываться дальше не было смысла:

— Думаю, это всё же чуть-чуть приличнее, чем подсматривать за вами?

— Да, — улыбнулся Исондил, — тем более что большую часть времени ты и правда спала.

Я удивилась, опять увидев его прежнюю внешность.

— Исондил, а зачем ты поменял лицо?

— Хочешь, чтобы я выглядел так? — Он, усмехаясь, мгновенно вернул внешность красавца, — А может быть, у тебя другие предпочтения?

Его лицо подёрнулось дымкой и стало быстро трансформироваться — я только успевала замечать, как меняется цвет глаз, волос, форма носа, губ… Мне стало страшно.

— Харас? — прошептала, мертвея от изумления.

— Имеешь в виду духа Харбласа? Неужто он сумел воплотиться?

Я кивнула, заворожённая устроенным представлением.

— Нет, я всего лишь инкуб-метаморф, — он подмигнул, возвращая привлекательную внешность, — право, Злата, не стоит так бояться.

А вдруг он лжёт? Вдруг он и есть Харас?

Видимо, сомнения отразились на моём лице, потому что Исондил быстро подошёл и взял меня за руку, заставив вздрогнуть:

— Злата, успокойся, я вовсе не дух-хранитель Харбласа. Тебе нечего бояться. По крайней мере, пока.

Успокоил, ничего не скажешь. Я всё ещё не чувствовала свой Аль, чтобы защищаться, а Харас говорил похожими словами.

— Почему я должна тебе верить?

— Потому что у тебя нет другого выхода, — последовал честный ответ, — и потому что я говорю правду.

Исондил обезоруживающе улыбнулся.

— Вот скажи, почему ты не ушла? Почему осталась?

Он по-прежнему держал мою руку, и освобождаться вовсе не хотелось — тёплое прикосновение немного успокаивало…

— Не знаю.

На самом деле я не могла придумать ни одного дельного аргумента. Ведь разум орал — беги, но интуиция шептала — останься.

— Ты просто почувствовала, что это единственно верное решение, и это действительно так. Давай-ка пообедаем, а потом поговорим. А то я проголодался.

Исондил снова подмигнул, а я смутилась, поняв, что он имеет в виду.

На этот раз он не стал ваять разноцветные желешки, а принёс откуда-то из-за водопада отличное жаркое и овощи. Вот это было здорово! Я давно не ела мяса, успела соскучиться. Поэтому мы молча жевали, только время от времени я нахваливала его поварское искусство.

В итоге Исондил не выдержал:

— Это готовил не я, так что не заставляй меня краснеть.

— А кто же?

— У меня есть Тень.

— Что за тень? — удивилась я.

— Это слуга. Такие есть у всех кхарэнов.

Его ответ заставил меня вновь похолодеть.

— Так ты…

— Я кхарэн, но не надо так пугаться, не теряй внутренний контроль. Это тебе не Срединный мир, где можно всю жизнь болтаться между Светом и Тьмой, а окончательный выбор сделать перед лицом смерти. Здесь мир Тьмы — как только начнёшь отходить от Света, Тьма целенаправленно затянет тебя, довольно быстро и навсегда.

Исондил помолчал, а потом очень тихо добавил:

— Не допусти этого.

Я постаралась успокоиться — ведь ничего плохого мой странный собеседник пока не сделал.

— Так лучше, — лицо блондина озарила улыбка, — Тень, ко мне. Десерты.

Тут же непонятно откуда перед нами предстала высокая дымообразная фигура, и буквально через несколько секунд стол преобразился. Появились разнообразные десерты, включая фруктовые канапе и мороженое в очаровательных прозрачных креманках. Исондил продолжил есть, а я лишь смотрела на изобилие угощений — уж очень много вопросов толпилось в моей голове.

— Исондил, ты же сказал, что ты инкуб-метаморф.

— Одно другому не мешает. Ешь! Креманки из бриллиантового льда делают вкус и аромат мороженого неотразимым, — улыбнулся блондин.

Бриллиантовый лёд, что-то новенькое…

— А почему ты в прошлый раз кормил меня чем-то непонятным? — спросила я, взяв мороженое изящной ложечкой и отправив в рот маленький кусочек. Вкус был и правда божественным…

— Ну догадайся, — он смотрел со снисходительной насмешкой, — не хотел, чтобы ты увидела мои возможности.

Я вымученно улыбнулась.

— Знаешь, вообще-то, те возможности потрясли меня не меньше, — я помолчала, — Скажи, ведь ты помнишь нашу первую встречу?

— Допустим.

— Зачем ты пугал меня Советом Харбласа? Неужели и правда был готов отправить к ним?

— Злата, манипулировать людьми проще простого, все мысли написаны у них на лице, — усмехнулся блондин, — Я знал, что ты выберешь.

Некоторое время мы опять молча ели. Всё было настолько вкусно, что я перепробовала несколько видов пирожных, заедая ими свои страхи. А заодно пытаясь понять, что нужно Исондилу от меня, но ни фантазия, ни здравый смысл ничего не подсказывали. В итоге задала прямой вопрос.

— Я хочу помочь тебе, — ни секунды не раздумывая, ответил блондин.

— Почему?

— Мне надоело болтаться здесь. Ты не представляешь, насколько может надоесть так называемая жизнь, когда это и не жизнь вовсе, а существование.

— Но ведь Лисана сказала, что ты ещё молод? — удивилась я.

Исондил тихо рассмеялся.

— Злата, я — седьмой кхарэн Ахримдарра, и мне значительно больше времени, чем Фрионе.

— Кто такая Фриона?

— Женщину, которая была здесь, зовут Фриона. Она представилась Лисаной, когда мы познакомились, но эта девочка даже не представляет, насколько я старше, и как глупо меня