Рецепт хорошего мальчика - Аксинья Карпова

— А потом?

— А потом подумал, что ты мне все-таки симпатична и можно было бы попробовать.

— Что попробовать? — я постаралась побороть смущение, хоть и слово «симпатична» в данном контексте звучало не очень приятно. Ну, по крайней мере, совсем не романтично.

— Пообщаться с тобой, ну и помочь с заданием Жукова. Раз уж тебе так важна поездка. Кстати, результаты уже есть?

— Понятия не имею, — я вдруг вспомнила, что девочки меня поймали в самый последний момент. — Я вчера чуть документы из института не забрала.

— Ты чего, Скворцова? — Котовский аж подскочил. — Из-за меня что ли?

— Не льсти себе, Котовский, на меня многое навалилось.

— Ладно, понял.

— Так ты не договорил

— О чем это я? А, ну да. Так вот, мы стали общаться, Стас это увидел, как-то подошел ко мне, вспомнил про тот спор.

— А ты что?

— Я сказал, чтобы он не лез в это дело, но как видишь, он меня не послушался.

— Почему ты решил, что я поверю тебе? — я внимательно посмотрела на парня.

— А я ничего не решал, — тихо ответил Тим, — просто рассказал тебе все как есть. Выбор за тобой.

Я опустила глаза. Ощущение растерянности нахлынуло на меня с новой силой. Что делать? Как быть? Верить ли Тимофею? Да и нужно ли оно мне…

— Как ты меня нашел?

— Твои подруги помогли, говорю же.

— А поподробнее?

— Мне позвонила Даша, сказала, что меня ищут. И что дело касается тебя. Дала номер твоей подруги, Иры, кажется. Позвонил, она назвала адрес. Ну и все, — пожал плечами Тим.

— Ты приехал поговорить со мной?

— Ира сказала, что мне нужно приехать, и что это нужно тебе. Поэтому я поехал. Да и вообще-то, Скворцова, я переживал за тебя. Даже говорил с твоими родителями.

— Что?! Зачем?

— Думал, что ты домой пришла. А они там сами в шоке сидели. Пришлось их еще успокаивать. Я сказал, как найду тебя, им сообщу.

— И что?

— Да ничего, сообщил, что ты у меня дома спишь.

Приехали. Что можно подумать? Да уж, образцовая студентка напилась в клубе и уехала ночевать к парню. Будь рядом мой папа, он бы сказал, что меня воспитывали отнюдь не такой.

Хотя, с другой стороны, не ему меня судить. Обида на отца предавала сил для этакого протеста. Но все же меня беспокоила их реакция, поэтому я спросила у Тима:

— А они что? Как отреагировали?

— Обрадовались, что ты в безопасности. Ну и я пообещал эту безопасность для тебя создать.

— В каком смысле?

— Принес домой, спать уложил.

— И все? — с подозрением спросила я.

— И все, Скворцова. Что это у тебя за мысли всякие? — хохотнул парень. — Я тебя, между прочим, даже не переодевал. Подумал, лучше пусть твое платье помнется, чем ты меня на утро извращенцем назовешь.

— За это спасибо, — не хотелось бы оставаться в неглиже перед Котовским.

— Обращайтесь, — вальяжно ответил Тим.

Я встала и подошла к зеркалу. Да уж, видок у меня еще тот. Всклокоченные волосы, мятое платье, потекший макияж — ну просто красотка. И как еще Котовский со мной разговаривает без смеха или наоборот без жалостливого взгляда. Это ж кошмар.

— Мне надо привести себя в порядок.

— Ванна прямо по коридору и налево.

— Спасибо, — я поспешила выйти из комнаты. Теплый душ должен помочь прийти в себя.

Зайдя в ванную комнату, я выдохнула. Наконец-то осталась одна.

В дверь постучались.

— Чего тебе? — спросила я.

— Полотенце тебе принес, — ответил Тим. — И чистую одежду.

Я открыла дверь и посмотрела на парня. В футболке и спортивных штанах под теплым светом лампочки, висящей в коридоре, он выглядел таким домашним. Мне почему-то захотелось к нему прижаться. Столько потрясений за последнее время, я ощущала себя слишком уставшей.

Я даже невольно сделала шаг вперед, но вовремя остановилась. Нет уж, я все еще не могу доверять этому парню. Поблагодарив Тима за принесенное им полотенце, я заскочила в ванную комнату и захлопнула дверь.

Глава 37

Выйдя из душа, я уловила запах яичницы. Желудок предательски заурчал.

— Голодная? — спросил у меня Тим, выглянув из кухни.

— Есть немного, — я смущенно опустила глаза.

— Проходи тогда, будем завтракать.

В длинной футболке и спортивных штанах Котовского я ощущала себя несколько комично. Из-за разницы в росте одежда парня на мне болталась. И если футболка на мне смотрелась еще ничего, то штаны пришлось подворачивать, причем несколько раз.

— Спасибо за одежду, но штаны мне, конечно, особенно великоваты.

— Да? Жалко. Я специально нашел их, еще в школе их носил. Думал, они поменьше будут размером.

— Ничего, все в порядке, это ведь временно, — мне стало стыдно за мои капризы.

— Садись за стол, завтрак готов.

— Ты такой сегодня…

— Какой? — Тим замер и внимательно посмотрел на меня.

— Не знаю, не могу подобрать слов.

— Ты и не можешь? Удивительно.

— Да, сегодня много чего удивительного происходит, — я слабо улыбнулась.

Котовский включил телевизор, и наш прием пищи стал еще веселее. Мы смотрели какую-то передачу, если свой завтрак, смеялись и просто хорошо проводили время. Я даже успела забыть о всех невзгодах, до того было легко на душе.

Но как известно, всему приходит конец. Передача завершилась, наш завтрак был съеден, а на кухне повисло неловкое молчание. Я понимала, что мне пора. Ведь какой смысл оставаться здесь? Котовский помог мне, отвез к себе, а не к моим родителям, я поспала, даже поела, привела себя в в порядок. Пора и честь знать. Вот только мне не хотелось уходить. И дело было не только в надвигающемся разговоре с отцом. Дело было в Тиме…

— Ну, я пойду. Спасибо тебе за все, и за то, что из клуба забрал, тоже.

— Да не за что, Тась. Ты точно решила идти?

— Домой? Ну да, куда же еще я пойду. Придется.

— Мое предложение пожить здесь все еще актуально, — тихо произнес парень.

— Тим, я боюсь…

— Я же говорил, приставать не буду.

— Я боюсь тебе доверять.

— Тася, но я говорил тебе правду, как мне тебе еще это доказать?

— Боюсь, что никак. Пойду переодеваться.

— Ты можешь пойти в этом, все равно ведь куртка длинная.

Я вспомнила о своем помятом платье и о драных колготках. Котовский прав. Даже в штанах с кучей поворотов я буду смотреться приличнее, чем в своем прежнем образе.

— Хорошо, спасибо. Постираю и отдам тебе. После каникул.

— Хорошо, Тась. Я провожу тебя.

— Только до двери.

— Но твои родители же и так знают, —