Дочь королевы - Дилара Кескин

– Я не ожидала подобного приема, – прошептала я Винсенту, когда принц взял меня под руку.

– Думала, они объявят тебя ведьмой и попытаются сжечь? – ухмыльнулся принц. Я промолчала в ответ на его шутку.

– Возможно, ты что-то затронула в их сердцах в тот день, когда воткнула нож себе в живот, – продолжил Винсент.

Одно лишь воспоминание заставило меня содрогнуться. Ничего не ответив, я натянула улыбку и помахала людям.

Мы вошли в замок, который оказался куда эффектнее, чем я ожидала. Нас окружила толпа незнакомцев. Я крепче сжала руку Винсента в страхе потерять равновесие от волнения и упасть.

Как и на помолвке, люди подходили к нам с приветствиями и поздравлениями, но на этот раз никто не осмелился меня игнорировать. Я принимала их пожелания с высоко поднятой головой.

Наконец гости расположились за подготовленными для них столиками, и мы с Винсентом ускользнули в одну-единственную отведенную для нас комнату отдыха и с наслаждением выпили воды. Мы в шутку обсуждали, как бы нам избавиться от внимания людей, как вдруг вошел слуга и доложил, что Эстес призывает Винсента. Мой будущий супруг со вздохом вернулся к толпе.

Я осталась одна в комнате и, обнаружив книжные полки, с удовольствием принялась листать книги. Дверь снова распахнулась, и я с легкой улыбкой оторвалась от энциклопедии. Я ожидала увидеть Винсента, но на пороге стоял Андре. Я почувствовала возрастающую панику.

Затаив дыхание, я швырнула книгу в угол и подошла к нему.

– Ты с ума сошел?

Я думала, что он попытается меня поцеловать, когда он стремительно шагнул в мою сторону, но, к моему удивлению, принц меня обнял. Я понимала, что должна оттолкнуть его, когда он зарылся носом в мои волосы и глубоко вздохнул, но не смогла. Маленькая интрижка создала между нами связь, которую я не хотела разрывать.

Возможно, виной моего интереса к Андре стал бунт против тех, кто рушил мою жизнь. Возможно, я считала, что мщу Эстесу, который заставлял меня выйти замуж против воли. Все, что я осознавала, – это страстное желание вернуться в ту жаркую ночь, но я не забыла обещание, данное Винсенту.

Андре отстранился, но остался стоять очень близко, и наши лица почти соприкасались.

– Я могу вызволить тебя отсюда, Китана. Сегодня вечером, завтра утром… В любое время. Я куплю тебе особняк как можно дальше, удовлетворю все твои капризы, стану приходить каждый день и оставаться почти каждую ночь.

Я приоткрыла рот в изумлении и никак не могла определиться, следует ли мне грустить из-за беспомощности Винсента или злиться, что Андре действует за спиной у брата.

То, что он предлагал, могло спасти меня от этой свадьбы, но… Что он мне предлагал? Стать любовницей Андре, а не женой Винсента? Что, если однажды Андре потеряет ко мне интерес? Я не смогу вернуться к Винсенту, не смогу завершить возложенную на меня миссию по уничтожению королевства, не найду убежище у матери, которая и так уже разочаровалась во мне.

– Я не могу, Андре, даже если бы и хотела.

В его глазах появилась печаль, и принц отвел взгляд. Осознание собственного бессилия ранило душу Андре, но я должна была думать наперед, чтобы мой жизненный путь не привел меня к краю пропасти.

– Я хочу поцеловать тебя в последний раз, – взмолился Андре.

Мое сердце учащенно забилось, и я поняла, что жажду того же. Я хотела нарушить правила в этом дворце, где мне вечно диктовали, что делать, но вспомнила глаза Винсента и его просьбы хранить верность. Я обхватила ладонями лицо Андре.

– Мы не можем так поступить с твоим братом.

– Это несправедливо, – процедил он. – Я всю жизнь рос в тени Эзры и Винсента. Они боролись за престол, а я оставался на втором плане. Политика никогда меня не волновала, но сейчас я должен отпустить женщину, которую желаю больше, чем какую-либо еще. И почему: потому что не ввязывался в эти игры престола и не стал наследником!

Мужчину переполняла злость. Наконец он опустился на один из стульев.

– Почему я должен проигрывать еще и тебя?

Его сильные чувства изумляли и опустошали меня.

– Не поступай так, пожалуйста, – мягко попросила я, наклонившись к нему, но он, казалось, не видел меня.

Андре встал, и я выпрямилась. Некоторое время мы смотрели друг на друга, подыскивая слова, и дверь внезапно открылась. Мы посмотрели на вошедшего.

Улыбка исчезла с лица Винсента, когда он увидел стоящего передо мной Андре. Мужчина нахмурился и вопросительно посмотрел на нас.

Винсент стремительно подошел, напрочь игнорируя меня. Он встал так близко к Андре, что мне показалось, что он вот-вот ударит брата.

– Мы просто разговаривали, – вмешалась я.

Винсент жестом велел мне замолчать, и я пожала плечами. Винсент казался настолько властным, что я поняла, почему он, а не Эзра главный наследник.

– Убирайся, Андре, – велел Винсент с угрозой. Его голос зазвенел в ушах, точно рев нападающего льва. – Больше не приближайся к моей жене.

Слова повлияли на Андре куда больше, чем если бы Винсент погнал его из комнаты пинками. Андре стиснул зубы и молча вышел из комнаты.

Я занервничала, оставшись наедине с Винсентом. Как мог такой добрый человек стать настолько страшным?

Он перевел на меня сердитый взгляд и шагнул ближе. Я старалась держать голову высоко и не показывать эмоций. Я не собиралась отводить взгляд, как Андре.

В глазах Винсента горел огонь, принца трясло от гнева.

– Что он хотел от тебя?

Я понимала, что, если расскажу Винсенту о произошедшем, он захочет навредить Андре, но лгать не могла.

– Я не нарушила данного тебе обещания, – ответила я, – вот что важно, а не то, о чем мы говорили.

– Отвечай.

Моя робость сменилась злостью.

– Я не одна из твоих служанок, Винсент. Я – женщина, с которой ты проведешь жизнь. Не смей так со мной разговаривать. Я не предала тебя и не предам. То, о чем мы говорили, касается лишь меня.

На краткое время мне показалось, что я одержала верх, но в глазах Винсента снова зажегся недобрый огонь.

– Впредь не защищай никого от меня, Китана, и не пытайся подорвать мой авторитет. И я с тобой тоже не стану так поступать.

– Мне показалось, что ты вот-вот его ударишь, – в свою защиту возразила я. – Ты мог совершить что-то, о чем потом бы сожалел. Если бы ты видел себя со стороны, то сам бы испугался.

Мои слова разогнали мрачные тучи, и ярость