Хоб - Дана Мари Белл

отца Джейдена. Вот почему Оберон принял Джейдена. По этим же принципам он сформировал клан Блэкторн, клан, который принимал представителей всех рас фейри и их человеческих пар. Клан, который с радостью встречал не только вампиров Серого Двора, но и хобгоблинов, Редкапов, Сидхе и даже баньши. Клан, который считали домом. Метка Робина и значительное влияние свели шумиху во Дворе к минимуму. Впервые в истории вампир получил власть над кланом. Теперь Оберон почти с нетерпением наблюдал за действиями Малмейн-Блэкторнов. — Есть проблема с Робином, которая требует моего внимания.

— Михаэла, — Дункан махнул рукой, и Оберон последовал за Сидхе, с радостью отметив тишину в баре отеля. — Похоже, Хоб нашел свою истинную пару.

— Точно. Теперь я боюсь за обоих.

— Из-за МакСуини? — Дункан мило улыбнулся официантке, из-за чего девушка очаровательно покраснела. — Кофе, пожалуйста.

— Бокал Пино Гриджио. Пожалуйста, — он дождался ухода официантки и ответил: — Я понятия не имею, в чем заключается угроза, — Оберон наклонился, надеясь, что Дункан поймет, в какой дилемме он оказался. — Шейн говорит, что ничто не может остановить смерть этой Михаэлы.

Кожа Дункана вспыхнула серебряными искорками, но мужчина быстро взял себя в руки.

— Плохо.

— Больше похоже на катастрофу. Более того, мне нужно, чтобы Робин сосредоточился на переговорах. Глорианна начинает волноваться, задаваясь вопросом, когда вернется ее заблудший племянник.

Дункан фыркнул.

— Тут я согласен с Робином и Джейденом. Она убьет мальчика. Он слишком долго пробыл в руках Черного Двора.

Оберон кивнул.

— Если он не запятнан, то я предложу ему убежище, — одна из многих причин, по которым он согласился приехать в Филадельфию.

— Что будем делать с Михаэлой?

«Поместим под стеклянную банку, пока Робин не сможет позаботиться о ней должным образом».

Оберон не питал иллюзий. Робин не мог покинуть Михаэлу до установления связи. Как бы он не желал иного, преданность Хоба теперь разделилась.

Из-за этого Оберон мог бы с радостью придушить человека.

— Мы всеми силами будет ее оберегать. Если понадобится, то переместим во Дворец. А пока присматривай за ней и защищай любой ценой.

— Да, сир. Но сначала позволь мне связаться с Джейденом, чтобы он проводил тебя до комнаты.

— Нет необходимости, — Оберон махнул рукой, отпуская Дункана, но Сидхе задержался.

— Происходит нечто большее, чем похищение принца, мой сеньор. Пожалуйста. Я бы никогда не простил себе, если с тобой что-то случится.

Он не мог винить Сидхе в искренности.

— Ладно. Свяжись со своей парой.

Облегчение на лице Дункана смотрелось бы комично, если бы Оберон не заметил женщину, стоявшую рядом с женой Дункана. Темноволосая и темноглазая, она едва достигала пяти футов роста. Самые отвратительные оранжево-черные крылья бабочки украшали ее спину. Ее окружало бледно-зеленое свечение, знак Робина, очевидное для любого крови Туата Де.

Хоб пометил ее как свою. Да помогут им всем боги, Оберон намеревался защищать ее любой ценой.

***

Михаэла пронеслась мимо нескольких довольно странно выглядящих фей, молясь, чтобы ни одна из них не наступила на ее платье, которое обошлось ей в кругленькую сумму, но оно того стоило. Это была любовь с первого взгляда.

Черт, Михаэла собирался когда-нибудь выйти замуж именно в этом платье.

А-силуэта в стиле принцессы, без рукавов, с замысловатым бисером и кристаллами, подчеркивающими гофрированную талию и линию груди. Юбка тоже была усыпана кристаллами и бисером, отчего сетка искрилась, как капли дождя в тумане. Когда Михаэла описала цвет платья Аманде, то ее подруга сморщила нос, задаваясь вопросом, как лавандовая сетка могла хорошо смотреться на бледно-мятно-зеленом, но эффект был радужным. Михаэле казалось, будто ее платье было соткано из океанской воды. Прекрасное и неземное. Она чувствовала себя современной Золушкой, вплоть до серебряных сандалий и хрустальной тиары на голове. Михаэла даже нашла крылья цвета лаванды и мяты, которые идеально подходили к платью, и посыпала их серебряными блестками. Завив длинные волосы, она перекинула локоны через одно плечо, оставив их красиво струиться. Не хватало только украшений, но Михаэла не нашла ничего подходящего.

Если бы парни, с которыми Михаэла каталась на сноуборде, знали, сколько она потратила на наряд, то смеялись бы до упаду.

— Михаэла.

Она вздрогнула. Михаэла не знала, как смотреть ему в лицо после того обжигающего поцелуя с Робином.

— Ринго, — взглянув на мужчину, она рассмеялась, надеясь, что скрыла свою нервозность. — Ты выглядишь чудесно.

— Да? — он начал прихорашиваться, распушив свой темный хвост и поправив ушки, чтобы убедиться, что они все еще на месте. Ринго нацепил черные лисьи уши и хвост, черную рубашку на пуговицах и брюки. Черные ногти были приятным штрихом.

— Хотя я должна признать, что удивлена наличием только одного хвоста, — кицунэ, духи японской лисы, подобные той, в которую оделся Ринго, имели только один хвост, если были очень молоды. А так кицунэ мог отрастить до девяти хвостов, что означало возраст и мудрость.

Одна темная бровь изогнулась вверх. Что-то в выражении его лица напомнило ей о Робине.

— А сколько, по твоему мнению, должно быть хвостов?

— Девять, — странно. Ее инстинкты подсказывали, что, если бы Ринго действительно был Кицунэ, он был бы одним из самых могущественных.

Мужчина медленно улыбнулся.

— Верно, — он взял ее руку и положил на свою, большим пальцем поглаживая тыльную сторону ладони девушки. — Может, потанцуем?

Она подняла голову и изобразила свое лучшее надменное выражение лица.

— Да, потанцуем.

Он усмехнулся и повел ее в комнату.

— Ох, вон там Дункан, — она помахала мужу Мойры и улыбнулась, когда он ответил на приветствие.

— Хочешь сесть с ними?

— Ты не возражаешь? — но Михаэла уже зашагала в сторону Дункана, поэтому оставалось только надеяться, что Ринго был не против.

— Нет, вовсе нет.

Она не упустила слегка насмешливую нотку в его тоне, но сейчас Михаэла совсем не хотела оставаться наедине с Ринго. Не тогда, когда она была так подавлена чувством вины.

Михаэла вроде как изменила Ринго, поцеловав Робина. Хотя у них было всего два свидания и никаких заявлений об отношениях. Поэтому официальной измены не было. С другой стороны, Робин упомянул, что Ринго не возражал бы, если бы они были вместе. Он говорил так, будто очень хорошо знал Ринго, значит, Михаэла нарушала правило свиданий номер один — не путайся с другом парня, с которым встречаешься. Если только они не делили женщин так, как Джейден и Дункан. При этом варианте у них все могло сложиться. А если не делили… то есть она все-таки изменила… но никакие обещания не были произнесены…

Боже. Похоже, у Михаэла начиналась мигрень. Может, ей стоило просто спрятаться в своей комнате, пока съезд не закончится,