Пошлость между нами - Валерия Иванова

— Так что, — вытаскивает меня из мыслей и кладёт руку на моё колено, ведёт вверх. — Пошалим немного?

И смотрит так проникновенно. Внутри всё начинает закипать. Я вообще не могу ему отказать. Он хочет меня постоянно, а я — его. Сумасшествие какое-то, так не бывает. Он соблазнил меня даже во время критических дней! А это о многом говорит.

Я хотела согласиться, но меня прервал звук его телефона. Краем глаза увидела имя звонившего. Кристина.

— Да, — ответил Макс, а потом… Вышел из машины.

Я тут же открыла окно и стала подслушивать, но он отошёл подальше и говорил не так громко. Сердце стучало в груди набатом. Ревность начала отравлять нутро. Боже, за что! Своего бывшего я не ревновала. Вообще. А Максима… Да я готова глаза выцарапать всем женщинам, которые на него смотрят. Откуда эти чувства и странные наклонности?

Зорин вернулся в машину.

— Придёться отложить шалости до вечера, бабочка. Срочно вызывают.

— Тогда поехали домой.

Через час Макс привёз меня в квартиру, а сам умчал по работе. У него очень ненормированный день. Часто он приходит заполночь и пьяный. Но я нормально к этому отношусь. Так во взрослом мире налаживают связи. Авокадик очень амбициозен. Вангую, что он добьётся многого. И я так горжусь им.

Я зашла в квартиру, и меня тут встретил другой Макс.

— Привет, дружок, — погладила его по голове. — Ну, как твой день прошёл? Не сгрыз пульт? Пойдём гулять?

Пес начал нетерпеливо ходить на месте и вилять хвостом.

— Тащи поводок.

Я надела поводок и намордник, последний он особенно не любил, но мамашки района бдят. Мы с Максимилианом гуляли больше двух часов. В этой собаке столько энергии, просто кошмар какой-то. Потом пришли домой, пёс занялся своими важными делами, а я решила приготовить ужин. Время было уже позднее, авокадика не стала ждать и сама поужинала. А потом засела учить ПДД. Столько нужно запомнить! Мне иногда казалось, что я не запомню все эти знаки и обозначения.

Я так погрузилась в зубрёжку билетов, что очнулась только тогда, когда хлопнула входная дверь. Я несколько раз моргнула и посмотрела на время. Два ночи. Зорин пытался тихо пройти по квартире, но у него не получалось. Я наблюдала за его жалкими попытками с дивана. Пьянь.

— Опять клиент напоил? — спросила я.

Он прищурился и нашёл меня взглядом.

— Ты чего не спишь?

— Тебя жду, — ехидненько сказала.

— Правильно, — кивнул. — Женщина должна ждать своего мужчину.

Я закатила глаза.

— А больше ничего женщина не должна?

Макс задумался.

— Ждать своего мужчину заведённой и на коленях.

— Мечтай, мечтай, Зорин, — фыркнула я.

Он подошёл ко мне, наклонился и поцеловал в губы.

— Прости, бабочка, я немного выпил.

— Серьёзно? Я и не заметила.

— Язва. Ладно, я в душ и спать, завтра не встану, разбуди меня.

Мужчина на ходу начал избавляться от одежды, а я смотрела на его голый зад, который скрылся за дверями ванной. Покачала головой и начала собирать его вещи.

— Я ему тут, что, нанималась бардак убирать? — начала бубнить под нос.

Подняла пиджак, брюки, носки и рубашку. С последней так и замерла в руках. Во рту пересохло, а сердце ухнуло куда-то вниз. Я сфокусировалась на красном пятне, которое было на воротнике. Это помада. Трясущейся рукой поднесла рубашку к носу. От неё пахло женскими духами.

Какого чёрта?

36

Максим был в ванной семь минут и двадцать четыре секунды.

За это время я успела собрать свои вещи, разложить по местам, порыдать, придумать тысячу оправданий и впасть в депрессию. Я сидела на кровати и сжимала его рубашку в руках. Мне физически больно становилось от мысли, что он мне изменяет. Только не это. Я же просила его…

Так, спокойно, может, не всё так плохо…

Я пыталась успокоиться, правда.

Но, как только Макс зашёл в комнату, в него полетел пульт от телевизора. Мужчина еле увернулся.

— Ублюдок! — закричала я и сняла с ноги тапок, швырнула в него.

— Какого чёрта?

— Урод! — я подошла ближе и ударила Зорина по груди. — А ну наклонись, чтобы я тебе по морде дала!

— Ты, что, ебн*лась? Всё, да? Пора 103 вызывать?

— Да как ты смеешь? — мои глаза наполнились слезами, и я опять позорно разрыдалась.

Я отвернулась от юриста и начала плакать в рубашку. Через мгновение почувствовала, как он меня поднял и усадил к себе на колени.

— Ну, ты чего? Расстроилась, что я так поздно?

— Не-е-е-т, — совсем не женственно всхлипнула.

— А что такое? Кто обидел мою бабочку?

— Ты-ы-ы-ы!

— Я? — натурально удивился блондин. — А что я сделал-то?

— Вот, — я подсунула ему под нос рубашку.

— Ты плачешь из-за того, что я бросил одежду на пол?

— Да нет же! Вот! — я показала пятно от помады.

— И?

— В смысле “и”? Это помада! На твоей рубашке, и пахнет она духами. Боже, — я схватилась за сердце, оно билось так сильно, что я испугалась.

— Успокойся, — Макс стал гладить меня по спине. — Дыши. Ты увидела помаду, услышала духи и сделала вывод, что я тебе изменяю?

— Ты мне изменяешь? — спрашиваю тихо-тихо.

Смотрю в его голубые глаза и жду ответа. Я даже дышать перестала. Всё, что он сейчас скажет… Я поверю даже в ложь.

Максим обхватывает моё лицо ладонями, заставляет на себя смотреть.

— У меня есть ты, зачем мне другие?

Сердце на секунду замерло, а потом забилось в новом ритме.

— Правда?

— Всегда, Нина.

Я выкинула к чёртовой матери рубашку и обняла Макса за шею. Только сейчас напряжение начало спадать. Какая я дура. Просто неуверенная в себе идиотка. Я умом понимаю, что ревновать не надо, ничего этим не добиться, но… Я не могу. Это не просто ревность, а боязнь измены. Если это произойдёт, то разрушит меня, как женщину. Я только начала чувствовать себя сексуальной и желанной. И всё благодаря Максу. Он не поступит со мной плохо. Я верю в это.

— Прости, прости, — шепчу я. — Просто я, когда увидела… Максим, только не изменяй мне, пожалуйста… Если захочешь, то скажи заранее и честно. Я пойму, правда. Только не за моей спиной…

— Эй, — Зорин вновь заставляет смотреть ему в лицо. — Хватит, Нина. Я не твой урод бывший, перестань нас сравнивать, — говорит со злостью.

— Я не… Не сравниваю.

— Именно это ты и делаешь. Постоянно. Ты только и ждешь,