Подозрительная невеста дракона - Ольга Ивановна Коротаева

Неудивительно, что я не сомневался в согласии девушки, которой посчастливится стать моей избранницей. Но когда я встретил такую, она оказалась «не такой». Стоит ли говорить, какой испытал шок, услышав отказ из уст избранницы, с которой провёл страстную ночь?

Некоторое время мы ехали молча, и я свыкался с непривычным состоянием. Потом сдерживал растущую ярость и желание немедленно выяснить причины неожиданного решения, и в конце смирялся с перспективой разбитого сердца. Оказалось, что Арлета незаметно стала мне очень дорога. Настолько, что даже бездумно повёз её с собой в порыве стремления видеть рядом, подверг опасности, словно безмозглый юнец!

«Наверняка у неё есть весомые причины», — утешал себя, хотя сейчас более всего жаждал свернуть коня и, прижав Арлету к дереву, целовать её до умопомрачения, чтобы убедить девушку изменить решение. Тоже не слишком умный выбор, если подумать. Разумнее было дать время привыкнуть к резким и неожиданным изменениям, ведь я знал, что моя избранница была невинна до этой ночи.

Я посмотрел на затылок Арлеты, гадая, что творится в этой хорошенькой голове. Хотелось бы забыть о её словах и о боли, которую они причинили. Впервые за свою жизнь я пожалел, что обрёл способность распознавать правду, ведь девушка ни капли не сомневалась в своём заявлении. Она действительно не желала выходить за меня

Мы въехали в ворота, и город принял нас совсем иначе, чем в первую ночь. В Новогодье никто не спал, улицы были заполнены празднующими горожанами. Улицы были освещены, будто днём, и от разноцветных магических шаров рябило в глазах. Продвигаться стало тяжелее, и Сарча переместился, встав впереди Фрея, громко требуя разойтись и дать дорогу Его Сиятельству.

Помогало это мало, но я не тревожился. Внезапно порученное мне дело и важность предстоящего бала в доме господина Ризегана утратили своё значение. И всё из-за слов одной провинциальной девушки, которые внезапно ранили меня сильнее, чем мог предположить.

— Варенье! — вдруг закричала девочка лет восьми. Закутанная шерстяной платок так, что торчал лишь носик, и были видны огромные глазёнки, она махала обвязанной тряпками крынкой. — Лучшее левереттское варенье! Оно приносит удачу в любви! Покупайте подарок своим дамам, господа!

— Поди-ка сюда, — поддавшись порыву, я поманил девочку.

Но не успел купить крынку варенья, как Лета сдавленно пискнула и, соскользнув с лошади, исчезла в толпе. Чертыхнувшись, я кинул Сарче поводья и передал банку.

— Встретимся в доме Ризегана!

А сам бросился догонять беглянку.

«Не сбежишь», — шипел про себя.

Не сомневался, что Арлета решила не ожидать моего ответа на её предложение разойтись, а попросту бросила меня, и это злило до безумия. Так, что я не мог контролировать свои эмоции и приблизился к опасной черте, которую драконам Его Величества переступать было запрещено строго-настрого. А сейчас это не я собирался пересечь её, а она надвигалась на меня стремительно и неотвратно, как снежная буря на одинокого путника, грозя похоронить в дороге.

Я не знал, где искать беглянку, поэтому доверился инстинкту. Бросился вперёд, расталкивая празднующих людей. Не сразу понял, что каким-то непостижимым образом иду, будто пёс — по запаху. Чем пахла моя избранница? От неё исходил умопомрачительный аромат дикой страсти, терпкого страха и…

Она пахла мной! Она была моей. И я ни за что не отпущу эту женщину.

Понимая, что звериные инстинкты потихоньку заполняют меня, вытесняя прежнего Эйра Хартша, которого знали окружающие, я лишь криво ухмыльнулся. И пусть! Что хорошего было в чопорном и неэмоциональном инспекторе? Ни желаний, ни собственной жизни. Всё, что я делал — служил Его Величеству. По сути, доживал жизнь, которую считал сломанной после чудовищного эксперимента Волстена.

Так было до встречи с Арлетой, но теперь моя жизнь обрела смысл. Потому что я заполучил её — мою женщину. Нежная, но сильная духом, она потрясла меня с первой встречи. Очаровательная и соблазнительная, манила к себе, очаровывая невинным взглядом и обезоруживающей открытостью. А ещё и дразнила тревожным флёром тайны, который постоянно сбивал меня с толку.

Похоже, что я с самого начала чувствовал Арлету иначе, чем других людей, и это настораживало меня. А в итоге обернулось одержимостью, ведь я понимал, что без этой женщины жизнь уже никогда не будет сверкать красками.

Я шёл по запаху своей женщины до одного из городских домов и, воспользовавшись тем, что калитка была распахнута, скользнул мимо повозки к крыльцу, заботливо украшенному еловыми веточками и алыми лентами. Толкнул дверь и, ступив внутрь ярко освещённого холла, остолбенел при виде скулящего волчонка, рядом с которым на коленях стояла Лета.

А над ними возвышался смертельно бледный господин Кустер. Расширившимися от неверия и ужаса глазами он смотрел на щенка и бормотал, будто в бреду:

— Моя кнопочка… Как же это? Триста… Этого не может быть!

Глава 30

Арлета

Когда на площади я заметила повозку отчима, то похолодела. Возможно, господин Кустер лишь переживал по поводу моего исчезновения из дома Ризегана, приехал домой, чтобы найти меня и вернуть на скорую помолвку. Но что если снова произошло нечто ужасное? С Тристой творились странные вещи, ребёнок почти обратился, хотя я