Солнечное сердце - Селина Катрин

— Ешь.

Его горячее дыхание коснулось моей щеки, и я смущённо кивнула, принимая ещё одну сдобу.

Глава 14. Драконы, девственницы и ритуалы

Лорд Чернильных Небес Рэйден Аккрийский

Лорен уплетала еду с такой скоростью, что лишь крошки сыпались на кимоно, которое, к слову, она тоже приобрела мужское, а не женское. В первый раз, когда Рэй узрел эту одежду, рассердился на посыльного-обманщика и потребовал у Ёси привезти нормальные женские вещи. Однако вместо того чтобы повиниться, что обманул наивную девушку, парнишка разревелся и кинулся в ноги со словами:

— Не бейте меня палками, крылатый господин! Лорен-сан сама забраковала лучшие кимоно, которые я привёз со всех шести деревень из Снежных Вершин, Каменной Реки, Лисьего Леса, Цветущей Вишни и Певчих Птиц. Лорен-сан сказала, что не хочет подметать одеждой пол и не хочет блистать как сорока. Я не понял, при чём тут чёрно-белая птица, но Лорен-сан скромна, как лотос в тихом пруду.

На такое заявление лорду Чернильных Небес осталось лишь развести руками. Ещё одно из бессчётных подтверждений, что Лорен — солнечный человечек.

На Огненном Архипелаге было принято, что женская одежда отличается длиной. Причем подол по щиколотки носили и человеческие девушки с большой земли, а драконицы часто любили наряжаться так, чтобы приличный кусок в несколько локтей ткани летел сзади. Они иногда даже специальные шарфы носили, перекидывая через сгибы локтей. Чем больше ткани и богаче вышивка, тем красивее и выше статус существа. По крайней мере, так считалось. Лорен же… в очередной раз показала, что вкусы у неё совершенно другие.

Порой она вела себя как ребёнок, а порой удивляла глубиной достаточно метких высказываний. Дракон был готов поклясться, что она не умеет читать, — сам учил её по вечерам и видел, насколько тяжело ей даются иероглифы, и в то же время изумился теории пяти видов заботы. Откуда она это знает? Кто и где ей рассказал? Ведь не прочитала же… У людей на большой земле вообще книг практически нет, образование заканчивается счётом да названиями видов продуктов.

Рэй совсем не удивился, когда понял, что Лорен даже не подумала о футоне. В том справочнике, который он изучил от корки до корки, упоминалось, что люди солнца часто рассеянны. Вариант сесть ему на колени — был единственно приемлемым в сложившейся ситуации, и каково же было его неподдельное изумление, когда девушка засомневалась. И после чего! После того, как неоднократно видела его уродливое тело и трогала руками…

«Насколько всё-таки люди солнца непредсказуемы», — подумал он про себя, смотря, как Лорен с азартом уплетает уже третью булочку.

Дракон внезапно ощутил невероятную нежность, которая тёплым ветерком прикоснулась к душе. Словно он держал на коленях не человеческую девушку, а само солнышко. В этот момент он бы отдал любые богатства, чтобы только приказать снегопаду остановиться и желание Лорен увидеть мир с высоты птичьего полёта сбылось.

***Лорен

Последняя булочка оказалась с персиковым повидлом, которое вытекло и перепачкало все пальцы, а потому пришлось их облизать. А что ещё делать? Влажных салфеток в этом мире вроде бы нет.

Кадык Рэя дёрнулся.

— Снег.

— Да, вижу, из-за этих туч и снегопада ничего не видно.

— Нет, я имел в виду, что ты можешь вытереть руки о снег.

О-о-о…

О-о-о!

Я вскочила с кресла и метнулась к ближайшему камню, покрытому тонким слоем пушистого белого облака. Пока оттирала ладони, посмотрела на плотный туман, закрывающий чудесные виды, и вздохнула: в первый полёт с Рэйденом у меня хоть и было плохое зрение, но что-то я рассмотрела… Мысли сами собой скакнули к нашей первой встрече.

— Рэй.

— М-м?

— Слушай, а это обычай такой — приносить девушек… в жертву гхм-м-м… драконам?

Рэйден поморщился, словно я потопталась по старой мозоли.

— Да, но, к счастью, люди делают это не часто. Я пытался убедить их так не делать, но проще забрать девушку в Харакун, чем объяснить людям, выполняющим традиции предков, что они не правы.

— О, как интересно… А что ты с этими девушками здесь делал?

— Давал денег и отпускал, разумеется. — Рэй посмотрел слегка возмущённо. — А какие у тебя варианты были?

— Ну… я помню, что при жертвоприношении староста делал акцент на том, что я девственница. «Мы приносим эту прекрасную девственницу в жертву, чтобы вы нас защищали и миловали, передаём вам дар на поругание и съедение», — припомнила формулировку. — Это вообще имеет какой-то смысл? — И поспешила добавить: — То, что ты не ешь девиц, я поняла. Это даже не обсуждается, очевидно, что это бред. Но откуда у ритуала ноги растут?

Лицо собеседника внезапно приобрело задумчивый вид.

— А ты знаешь, Лорен, про съедение вообще-то не бред. Конечно же, разумные драконы не станут есть человечину, это само собой. Но я слышал, что драконы сходят с ума, если у них возникают проблемы и они не могут вернуться обратно из звериной ипостаси… Полагаю, что сказки и предания людей хранят информацию о тех редких стародавних случаях, когда это действительно происходило. Фольклор, как и история, чаще всего выпячивает как раз исключительные ситуации.

Я потрясённо смотрела на Рэя.

— То есть ты хочешь сказать, что тебе подобный может съесть человека?!

— Если долгое время пребывает в шкуре хищника и забывает человеческую суть. — Рэй осторожно кивнул. — Но за последнюю тысячу лет я не слышал о таких случаях. Даже я, попавший в ловушку… гхм-м-м… — Он запнулся, явно не желая рассказывать подробности боя с Мёртвыми душами, но, к счастью, их мне уже поведал Олсандер. — …раненый в ипостаси дракона, смог обернуться человеком. Так что в каком-то смысле мне даже повезло.

Я несогласно покачала головой. «Повезло», на мой взгляд, было бы, если бы Рэю сразу оказали грамотный курс реабилитации, заодно прогнали позвоночник на МРТ и рентгене, а то, что он пятьдесят местных лет сидит прикованным к инвалидной коляске и даже думал о сведении счётов с жизнью, — к «повезло» совсем не относится.

Ладно, не буду спорить.

— Со съедением, выходит, всё понятно — случилось когда-то, современники напугались, рассказали знакомым, разумеется, слегка приукрасив, те испугались еще сильнее, сочинили сказку и рассказали детям.

Рэйден согласно наклонил голову вперёд.

— А девственность тогда зачем? Какое это имеет отношение к твоей теории? Неужели все сбрендившие