Двойной латте в дождливый день - Софи Анри

– Значит, фильм – это просто фильм? – уточнила я, все еще хихикая.

– Ну конечно. – Рэйден протянул руку через стол и заправил влажную прядь волос мне за ухо.

– Спасибо за кофе и вкусняшки, – искренне поблагодарила я.

– Это моя работа – готовить кофе очаровательным фанаткам «Гарри Поттера», не забыла?

Я выгнула бровь:

– То есть ты ждешь оплату?

– Естественно.

– И сколько я должна?

Я догадывалась, какую плату он потребует, и внутри меня все затрепетало от предвкушения.

– После вчерашнего меня интересует только одна валюта. – Он сделал многозначительную паузу. – Твои поцелуи.

Стараясь не улыбаться, как идиотка, я поднялась на ноги, обогнула стол и склонилась над Рэйденом. Он обвил руками мою талию и усадил к себе на колени. Мои щеки вмиг залил жар от того, в какой интимной обстановке мы оказались.

– Поцелуй меня, – вкрадчиво попросил Рэйден, и я, пытаясь сдержать дрожь от волнения, обняла его за шею и прижалась к губам.

Есть ли в этой Вселенной что-то более восхитительное, чем губы Рэйдена Вэнса? Мягкие, нежные, но такие властные и требовательные, что от каждого их движения у меня все сжималось внутри. Казалось, я летела над пропастью, отлично зная, что за спиной у меня парашют и я не расшибусь о землю при падении. Я даже не поняла, в какой момент наш легкий поцелуй перерос в глубокий и страстный. Рэйден еще крепче прижал меня к себе, и я бедром почувствовала что-то твердое.

Он был возбужден.

Мной овладела легкая паника. А что, если он станет более настойчивым? Что, если полезет руками под мою футболку, надетую на голое тело, или же начнет лапать за попу? Я понимала, что он теперь был моим парнем и имел на это полное право, но готова ли я к такому быстрому развитию отношений?

Рэйден словно почувствовал мое смятение и сбавил пыл, целуя меня более трепетно и осторожно. Я чувствовала его теплые ладони, скользящие по моей спине, но не спускавшиеся ниже поясницы. Потом он отстранился, ласково поцеловал меня в лоб и обнял. Его сердце бешено колотилось, а дыхание было прерывистым. Я все еще ощущала бедром твердость под его свободными спортивными штанами, и меня вдруг захлестнул стыд из-за неопытности и глупых страхов. Я уткнулась в сгиб на его шее и вдохнула приятный цитрусовый аромат с древесными нотками.

– Айви, почему ты согласилась со мной встречаться? Почему я нравлюсь тебе?

Я замерла. Таким же вопросом я задавалась последние несколько дней. Что он нашел во мне? Почему именно я?

– Ты себя в зеркале видел, приятель? – я подняла голову и посмотрела ему в глаза. Щеки Рэйдена разрумянились, а глаза блестели, словно он был пьян.

– Я нравлюсь тебе только из-за внешности? – В его голосе слышалась досада.

– Нет. Не только. Ты очень милый и добрый, ты не ведешь себя как придурок или как типичный плохой парень из молодежных сериалов. Ты не стесняешься показывать настоящие эмоции и чувства, и мне с тобой так уютно, словно мы знакомы сто лет. Такой ответ годится?

Рэйден покраснел еще больше.

– А почему я нравлюсь тебе? – не сдержалась я от встречного вопроса.

Он склонил голову набок, словно размышляя. Мне вдруг стало неловко, и я поерзала на его коленях. Черт. Я наверняка ему все ноги отдавила своим весом. От этих мыслей я почувствовала себя еще неуютнее.

– Ты родная.

– Родная?

Рэйден обхватил ладонями мое лицо.

– Да. Ты словно моя родственная душа. Ты понимаешь меня с полуслова, у нас схожие вкусы, чувство юмора, интересы. С тобой мне не нужно притворяться, как ты выразилась, бэдбоем, крутым парнем или ледяным недотрогой. Рядом с тобой я не стесняюсь быть самим собой. Поверь, это дорогого стоит. – Я смущенно улыбнулась, но Рэйден продолжал: – А еще ты невероятно красивая, у тебя приятный голос, заразительный смех, а улыбаешься ты так, что у меня каждый раз сердце восторженно пищит и проваливается в правую пятку.

От его метафоры я не выдержала и рассмеялась.

– Мне кажется, у нас получатся крепкие отношения. А ты что думаешь, Кнопка?

– Думаю, что готова согласиться с тобой.

Рэйден снова меня поцеловал. Он был искренним в своих признаниях, и мне хотелось довериться ему, но где-то глубоко в душе едва слышный голосок сомнений шептал, что нельзя быть такой наивной и глупой. Что все парни говорят то, что хочет услышать девушка, лишь бы добиться своего.

Но особенно ранило то, что внутренний голос был похож на мамин.

* * *

Несмотря на то как все быстро завертелось между нами, наши с Рэйденом отношения развивались постепенно. С тех пор как начали встречаться, мы часто оставались с ним наедине то в его комнате, то в моей, но дальше поцелуев никогда не заходили. Рэйден не давил на меня, не переходил личные границы и даже не пытался затащить в постель.

Прошлым вечером мы валялись на его кровати и спорили, пытаясь выяснить, кто из режиссеров – Квентин Тарантино или Гай Ричи – круче. Спор быстро перерос в шуточную борьбу. Мы начали щекотать и щипать друг друга, и все дошло до того, что оба свалились с кровати. Это нас не остановило, и мы продолжили «драку» уже на полу. Именно в этот момент в комнату вошел в Зак.

– Хочешь, чтобы твоя девушка заработала цистит? – безразличным тоном поинтересовался Зак. – Или на кровати вам стало тесно и вы решили потрахаться на полу?

– Зак, открой форточку, а то с твоим приходом в комнате стало душновато, – парировала я, подражая его тону.

Зак фыркнул и принял более дружелюбный вид.

Этот парень мне нравился. Несмотря на угрюмость и молчаливость, он был добрым и отзывчивым.

– Ладно, Рэй, мне пора. – Я поднялась с пола. – Нужно готовиться к тесту по английскому.

– Я провожу. – Рэйден встал и, на ходу потирая ушибленную при падении поясницу, последовал за мной в коридор. Когда мы подошли к лестнице, он спросил: – Ты придешь завтра на матч?

Я встала на одну ступень выше, и он обнял меня за талию.

– Приду. А во сколько?

– В семь.

– Вы обязательно выиграете.

Рэйден улыбнулся и, склонившись к моему уху, прошептал:

– Но мне нужна удача. Ты ведь поцелуешь меня перед матчем?

– И перед матчем, и после матча, и могу даже выбежать на поле во время матча и наброситься на тебя как сумасшедшая фанатка.

Смех Рэйдена прошелся вибрацией по всему моему телу. Он прикусил мочку моего уха и поцеловал в шею.

– Спокойной ночи, Кнопка.

– Сладких снов, Каланча.

На следующий