Всему миру вопреки - Евдокимов

— Просто секс значит? — я сжала в руке сумку.

— Да, просто секс.

— Ну что же, иди домой… чужая жена, — сказал мне Руслан, а у меня перехватило дыхание. Слова будто хлестнули по лицу. Мужчина отошёл от двери, освобождая мне путь. Я дёрнула ручку и вышла из кабинета.

Я села в машину и приложила руку к голове. Я всё сделала правильно. Лучше я первая закончу эти недоотношения. Лучше я первая поставлю точку, чем потом мне бросят в лицо, что у нас был временный роман и это ничего не значит. Моё сердце не вынесет этого. Оно просто рассыпится на осколки.

Я приехала домой, закрылась в комнате и стала писать диплом. Я не знаю сколько времени прошло, но послышался щелчок входной двери. Значит домой пришёл Саид. Мне не хотелось его видеть. Мне вообще ничего не хотелось. Мне казалось, что у меня вырвали часть души с мясом. "Думаешь, ты гордая, раз первая порвала с Русланом?". Да, я думала, что я гордая, и мне надо сохранить хотя бы остатки достоинства. "Вот только сама же подохнешь без него" продолжало мне отвечать подсознание.

— Лейла, ты дома?

Я молчала, отвечать не хотелось.

— Лейла, ты тут? — повторил свой вопрос муж.

— Да, — крикнула я, но не стала выходить из комнаты. — Я хочу побыть одна. Оставь меня, пожалуйста. — Саид ещё что-то говорил мне, но я не слушала. Надела наушники, включила музыку. И стала добивать себя сопливыми и грустными песнями о любви. Мы, девочки, любим заниматься таким видом садомазохизма. Когда тебе и так плохо, когда внутри всё болит, ты включаешь дурацкую песню, которая лишь ещё больше вскрывает твои раны. "Ну и пусть, мне всё равно."- сказала я своему подсознанию. Оставьте меня все в покое.

Часть 19_Бар

"Всё рациональное ты делаешь иррациональным"

(Физтехи)

Я слушала музыку, и слёзы стекали по моим щекам. Да, я сама виновата. Но как же мне было больно, когда я увидела Руслана, идущим вместе с той шваброй. Надо было спросить у него? Устроить допрос с пристрастием? А кто я такая, чтобы выпытывать у Руслана Усманова, с кем он проводил своё время? Я сама замужем, и кому кому, вот только не мне говорить о честности и верности.

Умом я, конечно, всё понимала, но сердце… Как заставить сердце замолчать? Как мне выйти в коридор к мужу и посмотреть ему в глаза? Он наверняка сразу всё поймёт. Ну и пусть. Пусть прибьёт меня прямо там в коридоре. Мне же лучше.

Я представила, как мой начальник целует блондинку, как они также вместе лежат в постели, как принимают вместе душ, и мне захотелось разрыдаться во весь голос. Я сняла один наушник и услышала, как дёргается ручка двери. Саид пытается войти.

— Лейла, открой сейчас же дверь, — я же просила его оставить меня в покое. Что ему нужно? Неужели так сложно хотя бы раз сделать то, что я прошу.

— Уходи, — крикнула я и остановила музыку, которая играла в моём наушнике.

— Нам надо поговорить.

Я ещё какое-то время сидела в кабинете, но потом всё же вышла из своего убежища. Я посмотрела на Саида, и щемящее чувство жалости снова накрыло меня. Как же сильно я перед ним виновата. Да, он нехороший муж, но я ещё хуже. Я предавала его столько раз. И ради кого? Ради того, кто пройдёт мимо меня и даже не заметит. Потому что я его очередная. Не любимая, не дорогая сердцу, а просто такая же, как и другие девушки, побывавшие у него в постели. "Будто для Саида ты любимая" сказало мне ехидно подсознание. Да, для Саида я тоже никто. Просто жена, на которой он был вынужден жениться по воле родителей. Какой же бред и как всё несправедливо. Не будь Саида, я бы могла встретить такого как Руслан, будучи свободной… Слеза опять прокатилась по моей щеке. Даже если бы я была свободной, произошло бы тоже самое. Мы ведь не встречаемся, мы не пара. Просто занимались сексом и всё. Он уедет обратно в Москву и даже не вспомнит обо мне.

— Лейла, мне нужно уехать в другой город на 3 дня. — я медленно повернула голову в сторону мужа. И до меня наконец-то дошли обрывки его слов.

— Зачем?

— С поставщиками разобраться надо. Хочу лично встретиться и всё обсудить.

— Хорошо. — я кивнула и налила себе чай.

— Налей мне тоже, — почему меня так раздражает этот приказной тон? Неужели он не может сказать волшебное слово "пожалуйста". Одно слово, но сразу становится приятнее.

Я молча налила ему чай и поставила кружку на стол.

— Что с тобой? — спросил Саид и внимательно на меня посмотрел. Что со мной? Да всё хреново со мной. Я чувствую себя использованной, преданной, хотя прекрасно понимаю, что со своим мужем я поступила гораздо хуже, вот только от этого мне не легче. Потому что я люблю своего начальника. Отчаянно и страстно. Люблю так, как никогда и никого не любила в этой жизни. Я хочу прикоснуться к нему, провести рукой по его щеке, уткнуться носом в его шею и вдохнуть запах его тела, снова говорить с ним обо всё на свете, смеяться и целоваться до потери сознания. Вот только это больше никогда не повторится. Потому что я сама закончила всё сегодня. — Лейла?

— Всё хорошо. — я взяла кружку и пошла в свой кабинет. Я уже собиралась закрыть дверь, но Саид поставил на неё руку.

— Что происходит? На тебе лица нет.

— Ты можешь оставить меня в покое, просто оставь меня в покое, — начала говорить я, и мой голос стал переходить в какие-то истерические ноты. Саид попытался прикоснуться ко мне и взять за руку, но я отпрянула назад. — Не трогай меня, не прикасайся ко мне, — по моим щекам начали течь слёзы. — Уйди, просто уйди, — закричала я.

— Ты сошла с ума.

— Да, я сошла с ума. Не трогай меня, — мой голос дрожал, я продолжала плакать. Вытолкнула Саида из комнаты и захлопнула дверь. Веду себя как последняя истеричка. Плевать. Как же мне надоело думать обо всех на свете, но только не о себе. Кто излечит мою душу? Кто ответит за этот несчастный брак с Саидом и моё насилие над собой каждый раз, когда я ложилась с ним в постель? Кто ответит за