Дом - С. Дж. Тилли

Неужели никого не беспокоят люди с биноклями?

Когда я оборачиваюсь, чтобы закрыть дверь ванной, я обнаруживаю за дверью огромную гардеробную.

Конечно, я параноик, но, не желая, чтобы в мою первую ночь здесь меня заметил какой-нибудь подглядывающий, я беру свой рюкзак в маленькую туалетную комнату и переодеваюсь в пижаму.

Умываясь, я не думаю о том, как я сегодня собрала сумку, а блаженно думала о том, что вот-вот начну свою счастливую жизнь с моим новым мужем.

Нанося крем под глаза, я не думаю о том, как Дом посоветовал мне собрать сумку с необходимыми вещами на день, потому что , когда мы вернемся домой, может быть сложно разобрать вещи.

Пока я завязываю свой «конский хвост» с большим усилием, чем это необходимо, я не думаю о том, как Дом так спокойно ехал к дому Кинга, зная, что мой мир вот-вот рухнет.

«Он мудак, — говорю я своему отражению. — Полный мудак».

Жжение за глазами уменьшилось, совсем немного.

«Он скользкий кусок дерьма. Полный гребаный придурок». Я с силой выдавливаю зубную пасту на кончик своей зубной щетки. «Я его ненавижу».

Я сдерживаю свой гнев, как могу, и при этом практически счищаю эмаль с зубов.

Я плюю в раковину. «Он… придурок». Я швыряю зубную щетку на край раковины и оставляю ее там. Так же, как я оставляю грязную одежду на полу. И свой открытый рюкзак на краю ванны.

Это небольшие акты неповиновения в его первозданном жизненном пространстве, но они заставляют меня чувствовать себя лучше.

Я нашла свой телефон в боковом кармане сумки. Не знаю, когда Дом его туда засунул, но я несу его с собой в постель.

Полоса встроенных светильников, встроенных в карниз, окружающий комнату, дает приятное мягкое свечение. Но даже без него достаточно окружающего света из города за окнами, чтобы освещать мне путь. Не то чтобы в этой комнате было от чего уклоняться. Кровать выглядит больше обычного матраса размера «king-size» с большим мягким кожаным изголовьем. Соответствующие — простые, но, я уверен, дорогие — тумбочки по бокам кровати.

Когда я обхожу кровать, кружусь к дальней стороне, я расправляю одеяла. Я не знаю, какой человек спит с зажатыми в таком положении ногами, но это не я.

Так как мне больше нечего делать, я забираюсь в кровать и сажусь, засунув ноги под одеяло.

Еще даже не так поздно, но зима уже почти наступила, на улице уже темно. И эмоциональное истощение реально и на мне.

Но прежде чем я лягу спать, мне нужно сделать еще одно дело.

Выдохнув, я снова включаю телефон.

Я должнаидать Кингу больше объяснений.

Экран просто загорается, когда он переключается, показывая входящий вызов.

Саванна.

Я стону.

Мне хочется снова выключить телефон, но я сомневаюсь, что она впервые пытается мне позвонить.

Воздвигнув стены вокруг своего сердца, я нажала «ответить». «Привет, Саванна».

Пауза, за которой следует шумный выдох. «Чёрт возьми, Вэл. Я уже целую вечность пытаюсь до тебя дозвониться».

«Извини». Я морщусь, снова чувствуя себя виноватой. «У меня был такой, гм, момент, поэтому я выключила телефон».

«Я знаю», — фыркает она. «Ты мне объяснишь, что происходит? Кинг не очень ясно выразился по поводу деталей».

Я включаю телефон на громкую связь, кладу его на кровать перед собой, чтобы прижать руки к щекам. «В защиту Кинга, я его этим как бы ошеломила».

«Он ведет себя так, будто всему миру пришел конец». Я слышу, как Саванна закатывает глаза. «И я понимаю, что он не любит сюрпризов, но не вижу в этом ничего особенного. Он доверяет Дому. В какой-то степени, по крайней мере».

Она не видит в этом ничего особенного?

«Я не уверена…» — начинаю я, но она продолжает говорить.

«Я имею в виду, что Дом может быть немного пугающим, но в тот раз, когда он привел меня к себе, он был со мной очень мил».

У меня отвисает челюсть.

«Не говоря уже о том, что горяч», — Саванна издает мычащий звук.

«Подожди». Я качаю головой. «Ты знаешь, кто такой Доминик?»

«Доминик», — повторяет она. «Я встречалась с ним только один раз, так что это, вероятно, не считается знакомством с ним. Но теперь я понимаю, почему у тебя в телефоне было другое имя. Кинг бы сошел с ума от того, что вы встречаетесь».

«Да…» Я замолкаю.

Она не знает.

Саванна понятия не имеет, что я понятия не имела, кто такой Доминик. Что меня обманом заставили выйти за него замуж ради того, чтобы Дом получил доступ к Альянсу. Что бы это ни значило.

«Кинг сказал, что ты была очень расстроена», — осторожно говорит Саванна.

Знает ли Кинг всю полноту? Он бы догадался? Я имею в виду, он должен был, да?

Я зажмуриваю глаза и вспоминаю произошедшее.

Кинг был зол, что я вышла за Дома. И он был зол, что Дом требовал вступления в Альянс, и тогда он сказал, что Дом обманом затащил меня в постель.

И Кинг знал, что я плачу. Он видел меня.

Но он все это сложил? Или он думает, что я просто расстроилась из-за того, что они не ладят?

Неужели Кинг действительно думает, что я все это время знала, кто такой Дом, и держала это в секрете, потому что думала, что он разозлится?

«Вэл?» — говорит Саванна, вероятно, обеспокоенная моим молчанием.

Я могла бы ей сказать.

Я могла бы рассказать ей все.

Затем она пошла бы к Кингу и потребовала бы, чтобы он освободил меня. И тогда Кинг, Альянс, Доминик и чикагская мафия пошли бы на войну.

За что?

Ради меня?

Я этого не стою.

«Сорри, ну да, я так и думала. Когда эти парни орали друг на друга, это было как-то слишком». Я пытаюсь говорить легким тоном. «Я слишком остро отреагировала на их слишком острую реакцию».

«Ты уверена, что с тобой все в порядке?» Ее искренность почти ломает меня.

"Я уверена."

Саванна что-то приглушенно говорит, прежде чем ответить в трубку. «Кинг хочет поговорить с тобой».

Мои глаза расширяются, когда я смотрю на телефон. «Э-э, можешь передать ему, что я позвоню завтра вечером? Это был долгий день, прилет из Вегаса сегодня утром, а затем поездка сюда». Трудно поверить, что все это произошло сегодня.

«Конечно. Я ему скажу». Саванна вздыхает. «Я уверена, ты будешь занята обустройством, но я определенно