Плохие намерения - Мила Кейн

Я покраснела от многозначительной улыбки Маркуса.

— Не может быть. Ты серьезно? — Ева повернулась ко мне, в ее глазах заискрилось волнение. — Значит ли это, что мы все-таки пойдем?

— Нет… то есть не знаю.

Папа никогда не одобрял мои походы на вечеринки. Не то чтобы он запрещал мне, скорее, не поощрял это. Обычно меня все равно не приглашали, так что в этом не было ничего особенного.

— В любом случае, я сам ищу, кто бы меня подвез туда. Мой байк в ремонте. Думаю, ваш транспорт ожидает на заднем дворе.

С этими словами Маркус отсалютовал нам и ушел.

Ева повернулась, обращаясь ко мне заискивающим тоном.

— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, давай пойдем. Даже твой папа дал зеленый свет! Такого никогда не было!

— Честно говоря, я никогда его не просила. — И в этот раз тоже. — Как это вообще произошло?

Красивые темные глаза Евы сузились.

— Ты думаешь, это Кейден подстроил?

У меня пересохло во рту.

— Зачем ему это?

— Мне показалось, что он был очень заинтересован в том, чтобы ты пошла на вечеринку.

— Не знаю почему. Мы не общаемся и даже не разговариваем друг с другом, если можем этого избежать.

Мы с Евой прошли по коридору к парковке у заднего входа.

Ева помедлила секунду и решила спросить:

— Как думаешь, ты ему нравишься?

— Что? Нет. Конечно, не нравлюсь. Он даже не знает меня, а я не из тех девушек, на которых западают парни.

— С чего бы это? Ты красивая и умная…

— И на тебе очки лучшей подруги. Я люблю тебя, но у меня нет иллюзий по поводу того, как я выгляжу. Я ботаник, и это нормально. Я не пытаюсь быть кем-то другим.

Это было правдой. Со своими очками, неуклюжими конечностями, обилием веснушек и молочным цветом кожи я знала, что не претендую ни на какие конкурсы красоты. Возможно, моя бледность и рыжие волосы были в моде в Англии 1800-х годов, но они точно не были популярны в современной Америке. Ева была полной противоположностью мне во всех отношениях и притягивала к себе тоскующие взгляды, куда бы она ни пошла. Хотя с таким чрезмерно заботливым братом, как Ашер, ей перепадало даже меньше внимания от противоположного пола, чем мне.

Школа опустела, и теперь в ней витала жутковатая атмосфера, как будто мы оказались там, где не следует находиться. Мы вышли через большие задние двери и пошли по дорожке, ведущей к парковке. Прохладный ночной воздух заставил меня поежиться, и я порадовалась, что надела джинсы и старый хоккейный джерси, оставшийся с того времени, когда мой отец играл за Геллионов.

Когда мы свернули за угол на парковку, я резко остановилась. Ева рассказывала мне забавную историю из закусочной, где она работала. Через секунду она поняла, что я перестала идти, и оглянулась.

— Что случилось?

Я указала вперед, и она медленно повернулась, проследив за моим взглядом.

У обочины стояли два мотоцикла, на каждом по водителю. Беккет был хорошо известен своими игрушками, и изготовленный на заказ Харлей был просто еще одним примером того, как его баловали родители. Кейден сидел на том же байке, который появился у дома на днях. На нем был шлем, но я бы узнала его даже без поднятого визора. Я уже успела запомнить очертания его длинных ног и широких плеч.

— Наконец-то. Я понимаю, что приходить с небольшим опозданием это круто, но, поскольку я хозяин, мне действительно пора, — проворчал Беккет. Он протянул Еве дополнительный шлем.

Она застыла рядом со мной.

— Пошевеливайся, Золушка, — обратился он к моей лучшей подруге.

Золушка? Я никогда не слышала, чтобы Еву называли так, и понятия не имела, что у неё и Беккета, самого богатого парня в школе, были прозвища друг для друга.

Ева фыркнула и закатила глаза.

— Увидимся там.

Она направилась к Беккету, оставив меня с Кейденом наедине.

Я медленно подошла к нему, обдумывая свои варианты.

— Я знаю, о чем ты думаешь, Веснушка, но идти слишком далеко, и я тебе не позволю. Садись, или я сам посажу тебя.

Я насмешливо хмыкнула.

— Точно, тебе бы это понравилось, верно?

Кейден ухмыльнулся.

— Верно. Вообще-то, давай так и сделаем.

Он начал слезать с мотоцикла, и я бросилась вперед. Мысль о том, что он прикоснется ко мне прямо сейчас, была выше моих сил.

— Ладно, как скажешь. Тебе когда-нибудь говорили, что ты задира?

Я подошла к нему и подняла ногу, чтобы оседлать мотоцикл. Когда я чуть не упала, мне пришлось ухватиться за его руку, чтобы сохранить равновесие.

— Никогда в такой милой форме, — пробормотал Кейден, поворачиваясь, чтобы передать мне шлем. — Безопасность превыше всего, Лили.

Я взяла его и натянула на голову. Он оказался до ужаса тесным и вызывал клаустрофобию.

— Где ты взял этот байк? — поинтересовалась я.

— В Миднайт Фоллс. Он у меня давно. А теперь сядь поближе, — скомандовал Кейден, когда я положила руки ему на плечи.

Он схватил мои руки и дернул их на себя, вынудив обхватить его за талию, из-за чего я прижалась к его спине и широко расставила ноги, чтобы обхватить его бедра.

— Эй, слишком близко, — прошипела я.

— Ничего подобного. Держись, — бросил он мне через плечо, прежде чем завестись.

Байк ожил, и вибрация прошла по моим ногам. Это было поразительно интимно. Черт, так вот каково это — сидеть на мотоцикле? Неудивительно, что людям они нравились. Кейден тронулся с места, и шины завизжали по асфальту. Постепенно дискомфорт от шлема прошел, и я смогла сосредоточиться на поездке. Кейден был хорошим водителем. Он был уверен в себе, и справлялся с поворотами как профессионал. С ним я чувствовала себя в безопасности. Странно было это осознавать. Точно так же, как когда он появился, когда я нарвалась на неприятности во время нашей пробежки, я инстинктивно почувствовала спокойствие.

Мы направились в темноту, оставив яркие городские улицы позади, и въехали на извилистую прибрежную дорогу, которая вела к особняку Беккета на вершине скалы. Кейден прибавил скорость, и у меня вырвался сдавленный крик, когда мы рванули вперед. Теперь мы ехали намного быстрее, но дорога была тихой. В моей груди внезапно зародился смех. Это было удивительно, но вдруг я почувствовала свободу, пока мчалась сквозь темноту, с опасным байком между ног и еще более опасным парнем за рулем.

Я рассмеялась, и Кейден оглянулся на меня. Я не могла видеть его