Развод. Я не приму вторую! - Мила Реброва

– Чего добиваюсь? – она практически закричала. – Ты обещал взять меня с собой, Адам! Ты сказал, что я – твоя будущая жена! А вместо этого поехал с ней!

– Милена, успокойся, – ответил я, сдерживая раздражение. – Я никогда не говорил, что брошу Марьям ради тебя.

– Что? – её голос дрожал от злости. – Ты говорил, что между вами давно ничего нет! Что она тебе не интересна!

– Да, я говорил, что у нас проблемы, – признал я, стараясь сохранить контроль. – Но это не значит, что я собирался бросить её.

– Ты обманщик! – прошипела она. – Ты заставил меня поверить, что я тебе нужна! Что я важнее нее!

– Ты знала, на что идёшь, Милена, – сказал я резко. – Ты прекрасно понимала, что я не собираюсь рвать свою первую семью.

– Но ты обещал взять меня второй женой! – она снова закричала. – Я думала мы собирались сделать это в поездке! Стать ближе к друг другу!

– Да, я говорил, что это возможно, – ответил я твёрдо. – Но я никогда не говорил, что между нами будет что-то большее до этого. Я уже говорил тебе, близость возможна только после свадьбы.

Она замолчала, но я чувствовал её гнев через трубку.

– Адам, – наконец сказала она тихо, но угрожающе. – Ты пользуешься мной.

– Пользуюсь? – я усмехнулся, хотя внутри всё кипело. – Мы с тобой даже не были вместе. Да, были поцелуи, были объятия. Но кто их инициировал, Милена? Ты.

– Ты серьёзно сейчас это говоришь? – её голос сорвался на истерический крик.

– Да, серьёзно, – ответил я спокойно. – Ты знала, что я не переступлю определённой черты до свадьбы. Ты сама это знала, сама согласилась.

– Ты ещё пожалеешь, Адам, – прошипела она, и связь оборвалась.

Я опустил телефон на тумбочку, чувствуя, как напряжение разливается по всему телу. Милена вначале казалась лёгкостью, свежим ветром, которого мне так не хватало. Она была яркой, молодой, с горящими глазами. Но теперь этот ветер начал превращаться в ураган, сметающий всё на своём пути.

Я встал и подошёл к окну. За стеклом вечерний Краснодар жил своей жизнью. Где-то там гуляла Марьям. Я представил её лицо – расслабленное, улыбающееся, как за утренним кофе, когда она смеялась над своими «достижениями» в здоровом питании.

Как я не замечал этого раньше?

Марьям не кричала, не требовала внимания, не устраивала сцен. Она просто жила рядом, несмотря на всё, что я делал или не делал. Она всегда была рядом, даже тогда, когда я отдалялся.

Я тяжело вздохнул. Милена была моим побегом от проблем, но сейчас я понимал, что сбегать больше нельзя.

Я сел на кровать, уставившись на телефон. Он снова завибрировал, но я даже не посмотрел, кто звонит.

Милена или не Милена – сейчас это уже не имеет значения.

Я знал, что впереди меня ждёт непростой разговор. С Миленой, с Марьям, но в первую очередь – с самим собой.

Марьям

Вечер в Краснодаре был по-южному тёплым, но всё же я вернулась в номер раньше, чем планировала. Улицы были полны жизни, но в какой-то момент мне захотелось тишины. Хотелось вернуться туда, где сейчас находился Адам.

Когда я открыла дверь номера, Адам сидел на кровати в одних брюках и рубашке, расстёгнутой на несколько пуговиц. В его руках был телефон, но взгляд блуждал где-то вдали. Когда он услышал звук двери, он поднял голову и устало посмотрел на меня.

– Уже вернулась? – спросил он, убирая телефон на тумбочку.

– Да, – ответила я, проходя вглубь комнаты. – Сегодня слишком много эмоций.

Я поставила свою сумку на стул и подошла к окну. За ним расстилался вид на город, огни которого мерцали в ночи, как звёзды.

– Ты в порядке? – вдруг спросил он. Его голос был мягче, чем обычно.

Я обернулась и встретилась с его взглядом. Он смотрел на меня по-другому – как будто искал ответы на вопросы, которые сам не мог сформулировать.

– Да, просто… – я замялась. – Не привыкла к такой тишине.

Он усмехнулся, чуть качнув головой.

– Тишина иногда полезна.

Я снова повернулась к окну, ощущая, как в груди начинает расти какое-то странное тепло. Мы уже много лет не были вдвоём, не делили один момент без детей, без обязанностей, без привычных ролей.

– Адам, – начала я, не оборачиваясь. – Ты когда-нибудь думал, что всё могло быть иначе?

– Да, – его ответ прозвучал быстро, будто он уже давно ждал этого вопроса.

– И что ты чувствовал?

– Что упустил слишком много времени, – тихо сказал он.

Я повернулась к нему. Его глаза были серьёзными, но в них больше не было той холодности, к которой я привыкла за последние годы.

– Упустил? – переспросила я, чувствуя, как внутри всё дрожит.

– Да. Я… – он встал с кровати и сделал шаг ко мне. – Я всегда думал, что делаю правильно, что работаю ради нас, ради семьи. Но, похоже, я просто прятался.

Его слова были как удар. Он никогда не говорил ничего подобного.

– Прятался от чего? – спросила я, чувствуя, как голос предательски дрожит.

Он подошёл ближе, так близко, что я почувствовала его тепло.

– От тебя. От того, что ты мне была слишком важна, а я не знал, как с этим справиться.

Я замерла. Его слова, его голос, его взгляд – всё это было слишком неожиданным, но в то же время таким правильным.

– Адам… – начала я, но он уже протянул руку и коснулся моего лица.

Его пальцы были тёплыми, а прикосновение лёгким, но оно потрясло меня до глубины души.

– Я долго молчал, – сказал он, его голос был тихим, почти шёпотом. – Но я не хочу молчать больше.

Его рука соскользнула с моего лица, и в следующий момент он притянул меня к себе. Его поцелуй был неожиданным, но я не отстранилась. Наоборот, я ответила, чувствуя, как всё, что накопилось за годы, выходит наружу.

Эта близость была не просто физической. Она была тем мостом, который мы строили все эти дни, не осознавая этого.

Ночь накрыла нас своим теплом, и всё, что я знала, – это то, что этот момент был настоящим.

Как только я её поцеловал, внутри всё перевернулось. Это чувство – её губы, мягкие,