Обрученные тьмой - Сима Гольдман

–Здорово, – с притворным энтузиазмом я хлопнула в ладоши, но внутренне напрягшись. – Вот пусть со мной сидит и дожидается вашего командира, а там уж разберемся что к чему.

Кажется, что Молли не поняла моего сарказма и ужаснулась перспективе. Ее брови взлетели в верх, а руки мелко задрожали. Ох, уж эти боевые подруги, которые шугаются по поводу и без.

– Как же так? Ведь пока командира нет на месте, пришлец может запросто увести Вас. Вон уже завтра стукнет последний день осени, когда браки и свершаются.

Резонно. Об этом маленьком нюансе я совершенно позабыла.

– Тогда зови всех. Буду их бодрить.

Это была угроза. Угроза жизни и здоровью наших доблестных охотников на нечисть. В основном психическому здоровью и полноценной жизни. До меня они жили в своем сраче и в ус не дули, а со мной пришлось поднапрячь булочки и немного попахать на благо родины… то есть замка и всех его жителей. М-да, с такой-то перспективой, скорее всего мужики сдадут меня этому всаднику, который проклят, а потом еще и скинутся на приданное, чтобы уж точно не вернул. То-то говорила мне Лёлька, чтобы такую как я замуж взяли нужно платить, причем на постоянной основе доплачивая.

Когда мужики выстроились в скромную шеренгу у лестницы, я окинула их грозным взглядом. Главное, сначала противника устрашить, а потом можно и разговоры вести. Судя по их взглядам, они уже обо всем догадались и потихоньку закатывали рукава, чтобы сбагрить меня проклятому.

– Друзья, – начала я торжественно, сияя фирменной улыбкой, – Уверена, что вы в курсе, что к нам держит путь загадочный незнакомец. Мы не знаем друг он нам или враг, каковы его мотивы и стремления. Но как добрым хозяевам нам нужно оказать ему должный прием, как и любому путнику.

Я остановилась, чтобы оценить произвела ли на доблестных воинов я нужное впечатление. Вид у них был скорее замученный после бани и сытного обеда, чем бравый.

– А если у него плохие намерения? – шепнула Молли.

– Что ж, тогда будем действовать согласно плану "Б", – рефлекторно выдала я, понимая, что никакого плана "Б" не было и в помине. Но для чего им это знать.

Мужчины дружно закивали и, дождавшись моего кивка, шушукаясь, удалились обратно в спальню. Почему-то из всех нововведений им больше всего понравилось именно то, что после сытного обеда следовало немного вздремнуть. Ей-богу, как коты эти мужики.

– А у нас есть такой план? – вставила свои пять копеек Молли, никуда не торопясь.

Я уверенно зашагала вниз по лестнице, отсчитывая про себя ступени, а сама тем временем соображала, что бы такого ответить, чтобы она поверила. Ведь план "Б" на то и "Бэ", потому что нужно было бежать при нем.

Теперь уже сбивая меня с ног, прилетела Гелия. Ее раскрасневшееся от быстрого перемещения лицо говорило само за себя.

– К нам прибыл путник.

Я погладила ее по руку, давая отдышаться.

– Тогда проводи его в общую залу, чтобы отдохнул с дороги.

Женщина перевела дыхание и бросилась в обратном направлении.

– Вы ведь понимаете, что никаких добрых намерений у него нет, иначе он бы передал письмо, если от короля, или бы остановился на постоялом дворе в деревне, – снова вклинилась в мой разум въедливая Молли.

А вот тут она была совершенно права.

Ну же, Дэмиен, где же ты, когда мне так нужен? Я злилась и на него, и на себя, что отпустила и не отправилась вслед за ним. Надеюсь, что у него были веские причины, чтобы так сильно задержаться.

Нацепив на себя дежурную улыбку и гордо вскинув голову, я отправилась приветствовать гостя, кем бы он не был.

ГЛАВА 40

Передо мной сидел на лавке ухоженный мужчина. Рядом с ним на столе покоились перчатки со стальными "костяшками". При моем появлении он немедленно подорвался и поклонился. Я попыталась заглянуть ему в глаза, чтобы увидеть в них опасный блеск или угрозу. Но нет, в них не было ничего подобного. Это был самый обыкновенный мужчина достаточно молодого возраста, скорее всего мой ровесник, возможно на пару лет старше, но не более.

– Доброго дня, – поздоровалась с ним и попыталась изобразить нечто похожее на реверанс.

Получилось отвратно, но я понадеялась, что для гостя это не особо принципиальный вопрос.

– Здравствуйте, – голос его был осипшим, как будто бы он по пути подхватил ангину и прочие "приятности" неограниченного потребления мороженного. – Прошу прощения за визит без предупреждения, но я не мог не воспользоваться отсутствием Вашего жениха.

О, как. А он мне нравится. Сразу с места в карьер, но весьма красиво и учтиво. С таким успехом он далеко пойдет. Можно сказать вполне возможно мир покорит обаянием не оголяя шпаги.

– Тогда я готова Вас выслушать, – я села в паре метров него, чтобы держать относительно безопасное расстояние.

Молодой человек немного стушевался. Неужели он рассчитывал увидеть робкую запуганную девочку с косичками? Уверена, что прямой разговор, который сейчас должен был состояться он тщательно продумывал.

– Если позволите, то я начну с того, что Вы красивы. Я бывал много раз при дворе, но даже там столь прекрасных роз не сыскать, – проговорил он с душой заученные слова.

– Благодарю, но будьте осторожны, у роз есть шипы.

Мужчина намек понял. Он улыбнулся, блеснув белыми зубами и продолжил.

– Меня зовут Харинг. Я прибыл из приграничных с Нидолией земель. Мы живем уединенно, но достаточно открыты, чтобы иметь порт и заниматься торговлей. Я родился в ночь Черной луны. Как, наверное, Вам уже известно, каждый кто явился на свет в эту ночь обречен быть проклятым, как и я, как и Ваш жених.

М-да, мне было это отлично известно, если я уже почувствовала на собственной бедной шкурке некоторые прелести общения с темной стороной Дэмиена. И не то, чтобы она мне не нравилась, но была достаточно загадочной и любопытной субстанцией.

– Вы немного опоздали. Очередная Черная ночь прошла почти месяц назад. До следующей – одиннадцать месяцев, – заметила я, внимательно наблюдая как он прикрывает тяжело глаза.

И тут я заметила какие темные тени-круги залегли у него под глазами, что веки стали почти серыми с фиолетовым отливом, а в уголках губ и носогубной складке очерчивались морщинки. А ведь еще несколько минут назад я думала, что ему не больше двадцати пяти лет, сейчас же казалось, что почти под сорок.

Подоспела Гелия, неся в руках