Подарок для Императора. Меж двух огней - Мара Черная

Я почувствовала, как руки сами крепко сжались в кулаки. Так-так. Нужно было срочно отвлечься и успокоиться. Куда бы пойти… О! Вэн! Парень одиноко скучал в самом углу у небольшого столика с шампанским. Он лениво покручивал напиток в своём бокале и потягивал время от времени, кидая рассеянные взгляды то в одну, то в другую сторону. Обойдя половину зала, подошла к нему сзади и легонько тронула за плечо.

Момент, и он жёстко схватил меня за руку. Я осеклась, но высвободить руку уже не смогла и лишь растерянно хлопала ресницами, глядя на парня.

— А, ой! Прости, Мира. Рефлексы, — парень неловко отвёл взгляд, отпуская руку.

— Да ничего. Бывает, — добродушно ответила, давая понять, что не обижаюсь. А сама потёрла запястье. Больно же! — А ты чего не танцуешь? Столько свободных девушек, на любой вкус — выбирай, кого хочешь и сколько хочешь.

— Не хочется, — он повернулся к залу и снова принялся бросать брезгливые взгляды во все стороны.

— А чего угрюмый такой?

Вэн тяжело вздохнул.

— Расскажешь? — я заглянула ему в глаза самым жалобным взглядом.

— Просто настроения нет.

— Так уж просто? — не поверила ему.

— Да.

— Ну Вэ-э-эн! — недовольно буркнула.

— Мира, у тебя своих проблем хватает. Зачем тебе мои ещё?

— Как раз таки, чтобы отвлечься! — раздражённо выпалила. — А ещё вижу, что у тебя не всё в порядке. Друг ты мне или кто в конце концов⁈

Вэн ошарашенно посмотрел на меня. Ой, можно сказать, я ему в любви призналась!

— Ну что ты так смотришь? Рассказывай давай, почему молодой милый парень не может на таком пышном балу себе красивую девушку подцепить? — по-хозяйски взяла его под локоть.

— Да кого тут цеплять? Одни фифы, половина из которых любовницы Императора, — перешёл на шёпот Вэн, чтобы нас не услышали, но презрение в его словах ощущалось даже так. — Точнее, или были ими когда-то, или мечтают об этом. Их интересует красивая жизнь, богатство, балы, дорогие наряды с украшениями и статус. А что я им могу дать? Да даже если бы было, что предложить, зачем мне они? Я искренности хочу, а не притворных любезностей ради эгоистичных целей, — он недовольно фыркнул куда-то в сторону.

В очередной раз поразилась, какой у Хельвдана талант, собирать вокруг себя замечательных людей. Раньше думала, что здесь все до единого высокомерные выскочки, слабые до денег и безразличные к морали и совести. Слепые до бед простого народа «великие деятели». Но слепой оказалась я.

— Вэн, слушай! — на меня внезапно снизошло озарение. — У тебя бывают выходные? Ну или командировки там?

— Ну, да, — удивился парень резкой смене темы, в его глазах читался немой вопрос. — Скоро будут увольнительные. А что?

— Отлично! А как надолго? И скоро — это когда?

— Не знаю. Могу попросить у господина де-Мирта, он отпустит по возможности в ближайшее время. Так что ты хотела?

— Я письмо написала домой, очень важное, хочу тебя попросить доставить. Лично.

— Так есть же посыльные, — недоумевал парень. — Я уже передавал. Там свои люди, сохранят всё в секрете.

— Да нет, так не пойдёт. Нет-нет! Ты не подумай! — поспешила заверить парня в том, что нет никаких злых умыслов, увидев его подозрительное выражение лица. — Просто там кое-что личное для сестры. Деликатная женская тема. Боюсь, такое я смогу только о-о-очень близкому другу доверить, — смущённо опустила взгляд, дабы придать убедительности словам.

А на деле тихонько злорадствовала внутри себя: не только тебе, Сальвия, сводничеством заниматься!

— Ну, если так сильно надо, съезжу, — расслабился парень. — Всё равно бы дома сидел да тренировался безвылазно, а так развеюсь, может, ещё какие поручения развезу от господина де-Мирта.

— Вот и отлично! Спасибо! — чмокнула Вэна в щёку, наплевав на все приличия, и широко улыбнулась. — Ты лучший друг!

Он ответил подняв лишь уголки губ.

— Я тебе расскажу, куда можно будет сходить в нашей глухомани, чтобы для тебя это маленькое дельце не стало обузой. Мест мало, но зато как там красиво! — стала наиграно восхищаться я, уже предвкушая, как Сальви будет ему экскурсию проводить. — Тебе правда понравится. Сможешь отдохнуть немного. Меня только одно волнует.

— Что? — удивился Вэн.

— Ну, как что. Равнина!

— Почему? — а вот теперь он напрягся.

— Ну, ты сам знаешь. Тебе, наверное, не хотелось бы лишний раз там бывать.

А тот в ответ хитро хмыкнул. Странный!

— Думаешь из Валлона только один путь к другим провинциям?

— А разве нет? — изумилась я.

— Конечно, нет, — уже более явно и довольно улыбнулся парень, ощущая свою важность. — Иначе как бы срочные письма так быстро доставлялись! Только знают о нём десятка два человек, не больше. Но я тебе ничего не говорил, — тут же театрально осёкся.

Вот так да! Работала посыльной и не знала о других путях доставки. А сколько было выгодных дорогих заказов в столицу, которые пришлось отклонить! Даже обидно. Но причины секрета понятны: если о другой, более быстрой и простой, дороге узнают беорхийцы — это даст им огромное преимущество и дополнительный вариант для наступления в случае войны.

— Я всё понимаю. Можешь рассчитывать на моё молчание. И извини, если моя просьба тебе в тягость. Я передам в письме своим, чтобы хорошенько тебя развлекли и устроили отличный отдых, — подмигнула парню, а сама ликовала.

Ну а что? Сестра хоть и вертихвостка, но порядочная. Лишнего себе не позволяет. Это просто у нас в деревне нет хороших надёжных парней в достатке, а явится Вэн, может и получится что. Она же только играет в сердцеедку, а на деле мечтает о большой и искренней любви, одной на всю жизнь. Как и Вэн.

Раздался громкий трёхкратный стук. Калантиэль встал со своего места и широко распахнул руки. Все, кто был в зале, моментально повернули головы в сторону трона.

— Дорогие гости! — начал речь Император.

Я сильно напряглась. Скачок адреналина огнём прошёлся по венам. Весёлое настроение улетучилось мгновенно. К горлу подкатил ком, во рту пересохло. Я схватила бокал со столика и залпом осушила. Вэн понимающе сжал мою руку. Но он не знал, из-за чего именно я сейчас так нервничала. И это самое сейчас начнётся!

— Все вы с нетерпением ждали главное событие года! Не скрою гордости — это лучший бал, что мне доводилось видеть за мои скромные года! — он величественно задрал подбородок.

Каждый акцент Калантиэля заставлял вздрагивать. Сердце бешено колотилось в ожидании. Когда же он скажет?