Она была непредсказуема... - Эмма Радфорд

— Ты опять? — Он угрожающе нахмурил брови. — Я проходил обследование, если тебе интересно. И хватит об этом. Отвечай сию секунду — что с тобой?

— Я беременна! — выдохнула Чарити, протягивая ему заключение врача.

Несколько секунд в спальне стояла тишина, нарушаемая лишь прерывистым дыханием Жерара. Наконец он в ярости процедил несколько слов, которых Чарити предпочла не расслышать.

— Черт возьми! Я так и знал, что ты не оставишь меня в покое! Как же вы, женщины, похожи друг на друга!

— Ш-шесть недель, — уточнила Чарити, старательно избегая его взгляда. — Жерар, послушай…

— Сколько еще ты будешь терзать меня?! — простонал Жерар, обхватив руками голову. — Чарити, ради всего святого, хватит! Ты не можешь быть беременной! Не можешь! Я бесплоден!

Резко поднявшись с кровати, он, не оглядываясь, прошел в свою комнату.

— Жерар, этот врач близко знал Лору, — негромко продолжала Чарити, зная, что он слышит каждое ее слово. — Одно время он консультировал ее семью. Он просил тебя непременно связаться с ним. У него есть какая-то информация.

В соседней спальне воцарилась подозрительная тишина. Чарити устало сгорбилась на краешке кровати. Сердце молотом колотилось в ребра. Неожиданно она почувствовала, как что-то тяжелое просвистело мимо ее уха и, жалобно звякнув, шлепнулось на покрывало. Открыв глаза, она непонимающе уставилась на телефонный аппарат.

— Звони ему! — приказал Жерар, стоя в дверях своей спальни.

— К-кому? — растерялась Чарити.

— Врачу, кому же еще!

— Да ты что! В половине второго ночи?!

— Значит, разбуди его! Делай, что тебе говорят!

Понимая, что спорить бессмысленно, Чарити соскочила с кровати, нашарила на туалетном столике визитку врача и подала Жерару. Процедив сквозь зубы какие-то страшные проклятия, он схватил трубку. Чарити, чуть помешкав, торопливо скрылась в ванной. Присев на краешек ванны, она решила набраться терпения и стала терпеливо ждать решения своей судьбы.

Когда, по ее подсчетам, прошли уже все сроки самого длинного разговора, Чарити решила провести рекогносцировку. Высунув голову, она пугливо оглядела спальню — и увидела Жерара. Он стоял у окна, прислонившись лбом к стеклу.

— Она лгала мне, — не оборачиваясь, проронил он.

— Я знаю, — тихо отозвалась Чарити.

— С самого начала Лора знала, что бесплодна, но так боялась потерять меня, что превратила мою жизнь в нескончаемый кошмар. Господи, что же она со мной сделала! — Жерар в отчаянии покачал головой. — Если бы ты только знала, каким беспомощным и никчемным я чувствовал себя!

Заливаясь слезами, Чарити подбежала к нему, обвила руками за шею и принялась осыпать поцелуями лицо. Как могла эта ужасная Лора так терзать человека, которого любила больше жизни? Ничего себе — любовь! Сначала отравила Жерару жизнь, а потом добила вечным раскаянием! Ведь он, бедный, все эти годы винил себя в ее смерти!

— Она подкупила врача, и тот заверил меня, что я неизлечимо бесплоден, — продолжал Жерар, глядя куда-то мимо Чарити. — Но зачем, зачем она каждый месяц подвергала меня этой пытке? Господи, ведь она сама все погубила! Дошло до того, что я стал испытывать ужас при одном взгляде на нее! Она боялась меня потерять, а добилась лишь того, что я не смог спать с ней! И тогда…

— Мне так жаль! — прошептала Чарити, поспешно закрывая ему рот поцелуем.

— Прости меня, — попросил Жерар, зарываясь лицом в ее душистые волосы.

— Не за что! Я понимаю, что ты чувствовал!

— Но подожди! — Жерар резко отстранил ее от себя. — Ведь ты… Ты беременна!

Чарити радостно кивнула.

— Ты рад?

— Господи, — выдохнул Жерар, снова заключая ее в объятия, — просто не верю своему счастью!

— Кого ты хочешь — мальчика или девочку? — пробормотала Чарити, чувствуя, как глаза ее снова наполняются слезами. — Жерар… скажи, ты любишь меня?

— Я полюбил тебя с той самой минуты, когда ты открыла свои добрые голубые глаза на лондонской мостовой, — очень серьезно прошептал Жерар, подхватывая ее на руки. — И буду любить до конца дней своих. Я никуда тебя не отпущу, так и знай. Даже если ты сама захочешь уйти.

— Не дождешься, — пообещала Чарити, прижимаясь к его груди.