Вдребезги твой - Кейт Аддерли

Жизненно-важный орган делает виток, стоит девушка делает прыжок с одной ноги на другую. Пора появиться Рейвен на глаза, пока от ее элементов у меня не остановилось сердце. С одной стороны, я готов умереть от изящности Стейс. С другой, глупый способ закончить жизнь из-за такой, как она…

Мои хлопки в честь выступления привлекают малышку.

– Где ты был? – Дергает меня за рукав Терри, когда я подхожу ближе.

– С тренером. Как тебе хоккей?

– Круто! Хочу кататься лучше тех мальчиков!

Чувствуются встроенные клетки триумфатора. Если у него такие мысли в четыре, к восемнадцати он порвет всех!

– Хочешь? Будет.

– Правда? – Тянет гласные парнишка, пока я завязываю шнурки на его коньках.

– Двести процентов!

– Что такое проценты?

Об этом я не подумал. Он младше меня в семь раз.

– Сложный вопрос. Давай следующий.

– Ты видел, как катается Стейси?

Его сестра безупречна. Она и знает, что идеальна. Не будем завышать Рейвен самооценку. Я все-таки собираюсь ее разрушить, а не вознести на небеса. Акция осталась в прошлом. Стейс не оценила ее по достоинству.

– Меня обсуждаете?

– Попробуй встать. – Предлагаю Терри, игнорируя девушку.

– Огонь! – Стоит как на своих родных ногах. Слияние с коньками очень важно для всех, кто хочет профессионально кататься на льду. – Сделай пару шагов.

У младшего брата Рейвен получается идеально. Я подаю ему обе ладони и веду ко льду. Может получится, но не сразу. Каждому требуется время на привыкание. Всем разное. Например, я встал со второго раза на лед.

– Ахереть!

– Кайд! – Ругается Стейс. – Мы с ребенком.

Терри весело хохочет, когда у него получается твердо стоять на новой поверхности. Я инструктирую парня по тому, как нужно двигаться. Он же играть хочет, а не протирать лезвия.

– Отлично! Еще на меня!

– У тебя идеально получается, малыш. – Счастливый голос Стейс сбоку.

Девушка протягивает брату ладонь. Я освобождаю место, чтобы она тоже могла принять участие в первом заезде своего «малыша». Терри смотрит то на меня, то на Рейвен. Он улыбается.

– Можно, я попробую сам?

– Сам? – пугается кобра, наводя на брата панику.

Вот это уже лишнее.

– Давай!

Девушки всегда эмоциональнее мужчин. Беру это в расчет, когда разрешаю Терри прокатиться самостоятельно. Нет смысла обращать внимание на женскую истерию – в этом даже чувствуется какая-то власть. Ладонь Стейс оказывается в моей. Полагаю, от волнения. Она растерянно смотрит, когда я так просто отпускаю ее брата.

– У него получается. – Шепчет моя провокация.

Тихое:

– Да.

– У тебя получается! – С ахом кричит Рейвен. Она освобождается от наших прикосновений и делает вращение вокруг своей оси. – Получается!

– Прирожденный хоккеист. – Следует похвала от меня.

Стейс изредка поглядывает на брата, который катается рядом с нами, и взглядом пробирает до самых костей:

– А ты тоже сразу встал на коньки и поехал?

– Почти. Со второго раза.

Зачем-то уточняю во сколько, хотя детали в наших отношениях не имеют смысла. Но я решаю, что это неплохо. Пусть Рейвен думает, будто наша связь становится крепче.

– В пять.

Приправляю все любезностью:

– Ты изумительно катаешься. Где научилась?

– В Онтарио, недалеко от нашего дома был каток. Моя подруга детства Оливия, – она поджимает губы. Наверняка вспоминает о ее предательстве.

Изменили ей, изменила она…

У бумерангов видимо какой-то сбой. Они работают не в ту сторону.

– Оливия ходили на фигурное катание. А по выходным я училась у нее всему, что она знала.

– У тебя правда хорошо получается.

– Стейси, я устал. Можно немного посижу? – Голос снизу. Видна только шапка со смешным бубенцом.

Мы переглядываемся с Рейвен, и я беру это на себя. Подхватываю Терри на руки, переобуваю его на скамейке. Он весело болтает ножками в то время, как ко мне приходит идея.

Искреннее желание, а не идея во имя твоего плана мести.

– Прокатимся? – Улыбаюсь, разглядывая свою маленькую девочку.

– Не знаю, Ригхан…

Ломается. Мстит за утро, за вчера и каждый раз, когда я ее обламывал. Больше не буду обламывать. Доставлю кайф в огромных пропорциях, а после заставлю жрать стекло.

Сочная попка укатывается подальше от бортиков, я еду вслед. Ответ «да»?

– Почему ты закончил играть в хоккей?

Я прикусываю щеку. Стейс поднимает неприятную тему.

– Тебя выгнали? – накидывает варианты малышка, когда я молча еду за ней.

Отрицаю предположение. После смерти Дороти я попал в психиатрическую больницу. Выпал из жизни на два года – точное определение того, что тогда происходило. Попал туда, потому что отделал Берна так, что он не мог встать с койки около полутора месяцев. Мой папаша был обеспокоен моим поступком, отправил лечиться.

Жан поддерживал меня даже после выхода из психушки.

– Ты всегда был неуправляемый, Ригхан. И на льду, и в жизни. В игре это давало свои плоды, хоть и не всегда. Думаю, ты догадываешься, как я намучался с твоим неумением сдерживать себя. Сейчас другой случай. Счет 10/0, ярость и безбашенность играют не в твою пользу. Проигрываешь, парень.

Я сжимаю кулаки. Правду никто не любит, как и шлюх.

Хенрик всегда был на моей стороне.

– Я провел в больнице два года. Не до хоккея было, Стейс.

С содроганием вспоминаю то время.

Они говорят, что будут держать меня здесь до конца моих дней.

Вчера я познакомился с девушкой, чье имя кажется мне красивым. Сара. Весь день гадаю, какой она была за электрическим забором убогой психушки.

– Знаешь, почему нас заставляли читать? – Я пытаюсь разговорить Сару за обедом, когда за нами никто не следит.

Девушка с лицом куклы хлопает ресницами и открывает рот, накачанный силиконом. Все как в замедленной съемке. Дура! Зачем глотает то, что ей дают выродки?

– Чтобы мы в конец не деградировали? – Нездоровая улыбка уродует лицо девушки.

Бесполезно разговаривать с ней в таком состоянии. Сара невменяема, поэтому я даю ответ сам себе.

– Наоборот. Когда люди читают, их мозг начинает думать активнее. Нас заставляют читать, чтобы свести с ума собственными мыслями.

– Спасибо за то, что сделал для нас с Терри. – Возвращает приятный голос в настоящее. – Для меня это очень ценно.

– Я рад, что ему и тебе понравилось. Жан – мой тренер может взять Терри в детскую команду.

– Правда? – Удивлена Рейвен.

– Да. Но ему нужно больше покататься, прежде чем вступить в команду. Ребята его возраста уже уверенно стоят на коньках.

– Хорошо. Мы позанимаемся.

Стейс продолжает осваивать езду задом наперед. Малышка с улыбкой катится лицом ко мне,