Ты будешь наказана - Ада Ридель

— Кивни, если поняла.

И я послушно киваю. Не знаю, как с ним бороться. Руки опускаются, особенно, когда понимаешь, что он на сотню шагов впереди. Он знает о моей семье.

— Умница, — хвалит неискренне. — Ещё вопросы?

Хочу спросить, но губы дрожат. Я боюсь сорваться и полететь вниз. И радует, что всё, что пока направляется на землю — мои слёзы.

— Т-ты, — неосознанно заикаюсь, чувствуя на груди тяжесть. Я не боюсь высоты. Но сейчас, когда думаешь о том, что от пропасти тебя разделяет один рывок, не могу и спокойно вдохнуть. — Не д-дашь мне видеться с родными? Не пустишь на волю? З-закроешь в своём доме?

Я понимаю, что полиция мне не поможет, даже если я вырвусь. Но у меня есть Дима.

Которого вплетать сюда нельзя…

Я желаю простонать разочарованно в голос.

Мне бы увидеться с ним хоть раз! Всё объяснить, чтобы он не волновался и не думал, что я его бросила.

Как только я вырвусь из плена психопата, мы опять будем вместе. Как ни в чём не бывало.

— Ну, что же ты, — усмехается, прожигая меня взглядом. — Я — не тиран. Тем более, хочу, чтобы ты вспомнила то, что с тобой было до этого. А я боюсь убить тебя раньше времени. Поэтому ты вернёшься к своей жизни. Но не прежней. Потому что она… перетерпит много изменений. И всё, что случится с тобой потом — зависит только от тебя.

Глава 27

После его угроз, хочешь, не хочешь, но успокаиваешься.

Арсанов резко отстраняется и поднимает меня следом. Аккуратно, но в то же время рывком, чтобы не свалилась с крыши. И снова тащит меня за собой. Но уже на выход.

Стол он перевернул — есть теперь нечего. Поэтому с пустыми желудками возвращаемся домой.

А я затихаю. Меня не видно и не слышно до тех пор, пока он не привозит меня обратно в свой дом. В свою спальню.

Я спрашиваю один единственный вопрос, сжимаясь уже до того, как он озвучит свой ответ:

— Я буду спать здесь?

— Да.

И всё. Холодный и бездушный диалог.

А мне и не надо большего. Я вижу, как в злости трясутся его пальцы, и он не может снять часы. В итоге срывает их. Ремешки рвутся, и механизм отправляется на пол.

Он покидает комнату всего на минутку. А я наслаждаюсь этой тишиной.

И в это мгновение в одиночестве понимаю насколько устала.

Из-за чего, не раздеваясь, укладываюсь в постель. Он всё равно сказал, что я буду спать здесь.

Укрываюсь одеялом и тут же погружаюсь в свои мысли, пока его нет рядом.

Я не знаю что делать. Абсолютно. Кажется, завтрашнего дня — не существует. Или он тут же пропадёт, как я проснусь. Умру. Или того хуже потеряю всех родных.

А всё из-за одного психопата.

Я не представляю что делать. Но дальше так действовать нельзя. Его только бесит, что я иду против него.

И мне… Надо выбрать другую тактику. Какую — не знаю.

Но он — повёрнутый на голову. Говорит, что я его девушка в прошлом.

Это звучит безумно. Неправдиво.

Но я уже ни в чём не уверена.

Если взять мою потерю памяти, и это кольцо… Последнее, больше всего озадачивает. Я должна вернуться домой и проверить, там ли моё. Если да…

Нет. А как же гравировка? Именно этот день. Я не понимаю, что да как.

И от этого ещё хуже.

Но если, я так напоминаю его невесту в прошлом, он меня не тронет? Если посудить… Я сама спровоцировала его в этот раз. Если бы не сказала тех слов, вечер бы закончился иначе?

Не знаю. Но я не умею по-другому. Что-то постоянно кричит мне бороться и бежать. Страх. Обычный. Человеческий.

Я тихо выдыхаю и прикрываю глаза.

Нужно проверить. Прощупать почву. А там и решу, что делать дальше. Покориться, смириться, или бороться снова.

Главное, чтобы моя семья не пострадала.

Звук открываемой двери заставляет сжаться. Я зажмуриваюсь и сильнее зарываюсь головой в одеяло.

Арс обходит кровать. Медленно. Не спеша. Действуя на нервы, которые и так натянуты до предела, как и моё тело.

Я дико хочу спать. Но не могу. Когда он рядом — сна ни в одном глазу.

Он наоборот исчезает, когда мягкий матрас рядом со мной прогибается.

А я неосознанно отодвигаюсь ближе к краю. А некуда больше.

— Два дня, — внезапно его голос, словно вой сирены, режет по слуху. — Будешь жить здесь. По их истечению, ты вернёшься обратно. Будешь ходить в университет. Возвращаться домой. Но по одному моему сообщению и звонку — в кратчайшие сроки должна быть рядом.

То есть..

Он вот так просто отпустит меня?

— Но это при условии… Что эти два дня ты будешь хорошей девочкой.

Да я тысячу раз буду послушной, только бы вырваться!

Но…

Это ведь не конец, да?

Мне придётся и дальше контактировать с ним. И… Явно спать. Если он видит во мне свою невесту, значит, хочет? Опять и снова?

Стойте… Тогда почему?..

— Можно вопрос? — спрашиваю аккуратно. Я знаю. Не надо нарываться. Но.

Или, лучше не стоит?

Я хочу спросить. Раз он увидел во мне свою невесту… Почему так грубо относился? Изнасиловал в первую встречу. Делал то, что… Мне не нравилось. Изгалялся над моим телом.

Разве так поступют с девушками, которых любят.

— Нет.

Я выдыхаю. Не знаю отчего.

Наверное, я спасена. Потому что мой вопрос мог принести за собой много бед.

И хорошо, что он отказал.

Арсанов укладывается рядом. Укрывается тем же одеялом, что и я.

Всё. Нет пути назад. Сейчас он коснётся меня…

Уже это делает. Ладонь опускается на плоский живот и притягивает рывком к себе. Вжимает мои ягодицы в его пах, а спину в мощную, рельефную грудь.

Горячее дыхание прожигает кожу на шее и не даёт дышать.

Не могу и пошевелиться. Только задыхаюсь.

— Я… — начинаю, облизывая пересохшие губы. — Пить хочу. Можно мне на кухню?

Пальцы стискиваются на талии.

— Иди, — недовольно басит. — Придёшь — снимешь эту херню в виде платья.

— Хорошо, — я согласно киваю и, дрожа всем телом, поднимаюсь с матраса, откидывая одеяло. Встаю на слабые ноги и делаю несколько шатких шагов.

— Не пытайся сбежать, — предупреждает. — По периметру охрана.