Строптивая для бандита - Виктория Райн

Не тебе заниматься его манерами и поведением. Радуйся, что теперь ты не одна и у тебя есть пусть пока не слишком крепкое, но мужское плечо. Вдруг он станет руководителем лучше, чем ты? Стоит предложить ему работу и понемногу приобщать к бизнесу. Всё же стройка — это не совсем женское дело. Если в офисе с директорами я сумею договориться, то на самом объекте всё же лучше иметь мужскую, более крепкую руку», — из мыслей о брате вырвала вошедшая Валентина.

— Здравствуйте, Лира Степановна. Лекарство ещё нужно или вы чувствуете себя лучше?

— Думаю, ещё пару денёчков мне стоит подлечиться.

— Вот, — протянула она мне стакан с водой и таблетку.

Выпив очередную пилюлю, я всё же решила поехать в офис. Дела уже слишком долго требовали моего полного погружения, а я тут нюни развесила. Как часто напутствовал папа: «Бизнес не любит ждать, бизнес любит действие».

Только мою комнату покинула домоправительница, как в неё едва не ураганом влетела горничная, которая с недавних пор стала практически единственным человеком, с кем я могла поговорить без лишнего официоза

— Лира Степановна, доброе утро, — поздоровалась Алёна.

— Привет, — тепло улыбнулась я девушке и её горящим неподдельным интересом глазам.

Мне они безумно нравились. Карие, с зелёными прожилками и какой-то душевной теплотой на дне зрачков. Словно в них есть какое-то понимание вселенской несправедливости и человеческого участия к пусть невероятно богатой, но такой одинокой мне.

— Как ваше здоровье сегодня? — Затормозила у окна она и как-то пристально вгляделась в меня.

Так и хотелось спросить о том, насколько плохо я выгляжу, но не решилась. Зеркало и так не радовало синяками под глазами и явно похудевшим ещё больше овалом лица. Мои скулы можно было бы без особого грима использовать в съёмках «Малефисенты». Только рожки приделай — и готово.

— Жить буду. Остальное не так важно, — видя, что горничная всё ещё ждёт ответа, вынырнула из мыслей и попыталась отшутиться я.

— Может, всё же вызвать врача? Мне не нравится, что вы стали пить таблетки так часто. Вы молодая и здоровая девушка, у которой не должно быть таких проблем со сном, не говоря уже о еде.

— Алён, я стала слишком недоверчиво относиться к медикам. Папа лежал в лучшей клинике и что ему это дало? — устало растёрла лицо и всё же встала с постели. — Он мёртв, — припечатала последними словами я.

— Лира Степановна, но купировать боль, не значит её излечить, — возмущённо ответила она мне и скрестила руки на груди, видимо, рассчитывая отстаивать свою точку зрения до победного.

— Приготовь мне, пожалуйста, бежевый костюм. Я поеду на работу, — перевела тему и спровадила девушку, не желая вступать с ней в противоборство.

Алёна хотела сказать мне что-то ещё, я видела это по её недовольному лицу и порывистым движениям, которыми она распахнула дверь в гардеробную. Только я ушла в ванную, закончив тем самым едва не перешедший в разборки диалог.

Когда я уже при полном параде спустилась в столовую, пришёл Илья.

— Неужели мой приезд заставил тебя вмиг выздороветь и рвануть на работу? Я не так ужасен, чтобы от меня хотелось сбежать, — с подколом ответил он при виде меня.

— Я рада, что ты приехал. Позавтракаешь со мной?

— Нет. Я уже перекусил дома.

— Тогда предлагаю тебе отправиться со мной в офис. Будем учиться управлять бизнесом вместе.

— Вот только не говори, что мне теперь нужно превратиться в офисный планктон и просиживать штаны в удобном кресле подле тебя. Я ещё не настолько стар для такой работёнки.

— С чего-то же нужно начинать, — подмигнула в ответ и тепло улыбнулась на его слова.

— Ну уж нет. Я не создан для этого. В отличие от тебя, меня к этому с пелёнок не готовили.

— Ты сейчас где-то работаешь? — перевела тему, чтобы зайти с другой стороны и не довести до ссоры простое предложение о поездке в компанию.

— Нет. Недавно уволился.

— А где работал?

— У крохобора Максимова. Таких жадных на зарплату людей я ещё не встречал, — скривившись, словно съел лимон, ответил мне Илья.

— В мастерской или на мойке?

— И там, и там. Только тех крох, что он платил, едва хватало на квартплату.

— Я, конечно, с ним не пересекалась ни разу, но слышала, что он всегда честно и по совести платит работникам.

— Так, всё. Тебе кажется, пора, а раз ты в порядке, то и я пойду.

— Оставайся. Весь дом в твоём распоряжении. Внизу есть кинотеатр, можешь посмотреть фильм или заняться чем-то ещё. Не обязательно убегать, ты ведь только пришёл.

— Нет уж, спасибо.

— Хорошо, давай тогда мы подвезём тебя до центра?

— Я на машине, — отмахнулся от меня, он и выскочил из дома.

«Почему с ним всегда так сложно? — задала мысленный вопрос и, кроме разного воспитания и взглядов на жизнь, ответа не нашла. — Почему у меня брат, а не сестра? С ней было бы проще. Всё же с девочкой можно найти больше тем для разговоров, чем с парнем».

Едва переступила порог офиса, как дела закрутили настолько, что если бы не расторопный секретарь, заказавший обед прямо в кабинет, то осталась бы головной до конца рабочего дня.

Новость о том, что Руслан погиб, я узнала случайно и только из некролога в местном паблике во время обеденного перерыва. В неверии я перечитала его ещё раз, стала гуглить достоверность информации и стирать со щёк бесконечный поток, застилающий глаза.

— Я потеряла и его, — вытерев тыльной стороной ладони набежавшие слёзы, проговорила вслух я.

Отложила недоеденный обед и дала выход эмоциям. Хотелось сесть в уголок, так чтобы тебя никто не трогал и выплакать боль от очередной потери в своей жизни. Шёпотом, едва слышно спрашивала у вселенной, за что она со мной так, и почему все, кто становится мне хоть немного дорог, уходят.

Да, мы не сумели стать кем-то большим, чем любовники на пару раз, но Валиев всё же был мне небезразличен. Он был моим первым мужчиной. Тем, кто несмотря на плен, не подвергал пыткам или унижениям, а поселил в своём доме как гостью.

Сейчас, когда его не стало, многие мои поступки действительно казались ужасно глупыми. Слова, что я говорила Руслану при встречах, и то, что он так и не узнает, о моих проклюнувшихся к нему чувствах. Боль и отчаяние, словно горный поток, стали затапливать сознание. Через час безутешных рыданий я отменила все встречи и дела и поехала домой.

— Я всего лишь винтик в механизме, который, кажется, начал ржаветь. От слёз, пролитых по ушедшим, и