Мужья и жены - Татьяна Потапова

— До завтра. — Наташа подала руку, а Саша ее с чувством пожал. И отправился дальше — он жил ровно через два дома.

Наташа, перешагивая через ступеньки, поднялась на свой этаж и даже вздрогнула — дверь в квартиру была открыта, и из псе выглядывали отец с матерью.

— Ну вы даете! — засмеялась она. — Ложились бы спать, вам ведь вставать рано.

— Есть будешь? — сразу поинтересовалась мама.

— Только чайку, почему-то пить хочется.

— Тебе несколько раз звонили и Маша, и Лена. Маша просила обязательно перезвонить, пусть даже поздно. Что-то случилось? — беспокойно спросила мама.

— Да что ты! Я же рассказывала тебе о том, что Машка работает гидом у двух американцев, один проявляет ко мне интерес.

— Ой! — вздохнула мама.

— Ну что ты в самом деле. — Наташа чмокнула ее в теку. — Радоваться должна, что твоей дочерью интересуются.

— Я радуюсь, — кисло согласилась мать.

— Вы долго будете секретничать? — Отец стоял в дверях кухни в черных сатиновых трусах, которые Наташа обычно называла «раздутыми парусами».

— Все-все, спокойной ночи. — Она поцеловала и отца.

И вдруг за метила, как сдал в последнее время ее всегда моложавый и подтянутый папа. Из-под резинки трусов вылезал животик, а ноги стали почему-то совсем тонкими, как две палочки. Или они и были такими, да Наташа не замечала.

Какое счастье, что ей повезло с родителями. Только теперь она и сумела их оценить. А ведь было время, когда Наташа считала, что им не хватает образованности, что они слишком прямолинейны, что она знает гораздо больше и просто не может слышать их банальных советов. И вот теперь, пожив вдали и обжегшись, она обнаружила, что все это глупые мелочи, а главное — их великая родительская любовь и умение подставить плечо своему ребенку, который давно превратился во взрослую тетку, но все еще нуждается в их тепле и поддержке.

Она придвинула телефон и набрала Машин номер.

Трубку долго не брали. Наконец полусонный голос подруги пропел:

— Алло…

— Извини, сели разбудила, но ты сама просила…

— Наташ, Грэг мечтает тебя увидеть, приглашает в театр.

— Какой театр! Я теперь занята — работаю до ночи.

— Да ты что! Где?

— У Саши в рыбном производстве.

— Нормально, — протянула Маша. — Вce-таки подумай, когда сможешь выбрать время. Мне отчитаться надо завтра. Нормальный же мужик. Не отстанет ведь.

— Подумаю. Ладно, Маш, спи. Созвонимся еще.

— Пока.

Наташа положила трубку на рычаг, налила себе большую кружку чая и подумала, как здорово прошел сегодняшний день. Она почти не вспоминала об Андрее. И еще — она страшно хочет спать.

Глава восемнадцатая

— Я выхожу замуж, — сказала Марина Виктору, когда после занятии любовью он встал и начал одеваться. — И уезжаю отсюда. Когда отдать тебе ключи?

Виктор на минуту замер. Он повернулся к Марине, все еще лежащей в постели, и недоверчиво спросил:

— Ты серьезно?

— Серьезней не бывает.

— Это твой начальник, который заставлял тебя так много работать?

— Да.

— И ты его любишь?

— Конечно.

— Тогда зачем встречалась со мной?

Марина растерялась. Она ожидала не этих вопросов, а бури чувств со стороны Виктора, который должен был пасть на колени, умолять не бросать его. Она хотела увидеть его поражение и свою власть над ним. Это столько раз прокручивалось в ее мозгу. Марина знала, как поведет себя в этой ситуации. Она подготовилась. По ее сценарию Виктор должен был прийти в восторг от того, что она проделывала в постели. Он обязан был понять, что лучше Марины просто никого нет. Сначала она свысока выслушает его объяснения в любви, потом напомнит, как долго он мучил ее, не предпринимая решительных действий, а напоследок смягчится и объявит, что готова быть с ним, если они заключит официальный брак. Причем заявление на развод с женой он отнесет в загс уже завтра утром.

Но, видимо, Виктор не собирался просить прощения и признаваться в своих чувствах.

— Кажется, тебя мое сообщение не расстроило? — спросила она.

Виктор медленно подошел к ней, сел на кровать рядом.

— Ты сняла с моей души камень, — серьезно сказал он. — Я рад, что ты устроила свою судьбу. Роман наш заканчивается, мне часто бывало хорошо с тобой. Немного жаль, что не будет этой отдушины.

— Немного жаль? — вскочила Марина. — Как ты можешь так рассудительно говорить об этом?! Мы целый год встречались, я любила тебя…

— А сильно бы ты любила меня, мужчину, которому пошел шестой десяток и который годится тебе в отцы, если бы у меня не было денег? — медленно спросил он.

— Вот ты о чем! Да, я бы не влюбилась, если бы ты оказался нищим! Но ты же мне сразу объяснил, что не беден. А узнавала я тебя потом. Мы подходим друг другу, несмотря на возраст!

— Девочка моя, не надо громких слов. Тебе бы быстро надоел и я, и мои родственники, и вся моя стариковская компания. А я уже не буду бегать по дискотекам. У нас с тобой разные воспоминания. А наш секс я буду помнить — ты помогла мне почувствовать себя молодым. Но у меня еще и жена есть. Двойную нагрузку мне не потянуть.

— Ты хочешь сказать, что трахаешься с этой старухой?

— Она — моя ровесница, Марина. И выглядит, кстати, еще очень ничего. Буду ее дальше оставлять без внимания — тоже любовника заведет.

— Совсем с ума сошел! — От бессилия Марина заколотила по его спине. — Кому она нужна?!

— Ну хватит! — встал с кровати Виктор. — Не понимаешь по-хорошему — объясню прямо: я никогда не женюсь на проститутке, даже если она окажется «мисс мира» и секс-бомбой номер один. Ключи отдашь завтра, я подъеду ровно в шесть.

Он быстро прошел к выходу и громко хлопнул дверью.

Старый хрыч!

Марина не знала, как справиться со своими чувствами. Да так ли уж много денег она от него получала? Жалкие подачки! Даже в отпуск ни разу не свозил! Он, видите ли, привык с семьей отдыхать! А она тоже хороша — старалась, ублажала это дряхлеющее тело! Да он молиться должен был на нее!

Оставаться здесь она просто не могла. Все в этой чужой квартире, хозяева которой загорали где-то в Африке, чтоб их крокодилы съели, напоминало о Викторе. Надо что-нибудь испортить здесь — пусть Виктор потом объясняется. Она еще и жене его позвонит — расскажет, чем муженек