Тайное прикосновение - Вирджиния Браун

– Как я вас понимаю! – с улыбкой проговорила Алиса. – А о мисс Уитфилд я заговорила потому, что мой брат ухаживает за ней. Она актриса и к тому же одно время была…

– Любовницей Блейка, я это знаю.

– Ваша светлость, я не это хотела сказать!

– Давайте называть вещи своими именами, дорогая моя. Зачем нам с вами притворяться? Мы же друзья! Будем смотреть правде в глаза. Хотя вы порой пытаетесь не видеть очевидных вещей. – Герцогиня внимательно посмотрела на Алису. – Что случилось у вас с Блейком?

Алиса тяжело вздохнула.

– Он сказал, что я не могу выйти замуж за Роберта.

– Надеюсь, Блейк объяснил, почему?

Алиса покраснела.

– Я вывела его из себя. Он разозлился и надерзил мне. Тогда я разошлась еще больше.

– Вот как? – Герцогиня достала щепотку нюхательного табака из украшенной эмалью табакерки. – И что было дальше?

– Я предпочла бы не рассказывать об этом. Я вела себя очень глупо.

–Правда?

– Прошу вас, не улыбайтесь так хитро! – запальчиво воскликнула Алиса и, встав, отошла к окну.

Чувствуя на себе взгляд герцогини, она понимала, что сейчас прозвучит вопрос, на который ей бы очень не хотелось отвечать.

– И что же Блейк сделал, после того как вы не на шутку разошлись?

Аписа обернулась и виновато взглянула на Аделайн:

– Он поцеловал меня…

– В самом деле?

– В самом деле! Но это было не то, о чем вы подумали, тетя Аделайн.

– В таком случае что же это было?

Алиса помолчала, подбирая слова.

– Он просто очень рассердился на меня, – пробормотала она.

– Рассердился до такой степени, что поцеловал вас?

– Вы смеетесь надо мной, а мне не до смеха! – обиженно воскликнула Алиса. – Неужели вы не понимаете, что дело обстоит очень серьезно. Блейк поцеловал меня!

Аделайн долго молча смотрела на нее.

– И вам это не понравилось? – наконец спросила она.

– Это было ужасно.

– А я почему-то всегда думала, что Блейк хорошо целуется. Но раз вы говорите, что это было ужасно…

– Не передергивайте, тетя Аделайн. Я говорю о своем состоянии.

– Это я понимаю.

– Правда? А вот я ничего не понимаю.

Алиса была готова разрыдаться. Она упала на диван и зарылась лицом в диванную подушку. Ей не хотелось, чтобы герцогиня видела выражение ее лица.

Алису мучили воспоминания о поцелуе Блейка. Но самое ужасное заключалось в том, что она отвечала ему. Его возбуждение передавалось ей, и Алисе хотелось, чтобы их объятия длились целую вечность. При мысли о своих тайных желаниях Алиса вспыхнул а до корней волос. Нет, она действительно сошла с ума! Алисе хотелось спросить Аделайн, почему ее внук так жесток к ней, но она не решилась задать этот вопрос. Деверилл разрушил ее планы, а быть может, испортил ей всю жизнь. Впрочем, в глубине души Алиса понимала, что герцог только помог ей разобраться в себе. Если бы не его поцелуй, то она, пожалуй, вышла бы замуж за Хартфорда без любви, а вскоре пожалела бы об этом. Теперь Алиса точно знала, что ей не нужен никто, кроме Блейка.

В течение трех лет она пыталась убедить себя в том, что ненавидит его. Однако их поцелуй доказал ей обратное, лишив Алису всяких иллюзий. Должно быть, она влюбилась в Деверилла с первого взгляда. Что же касается Хартфорда, то Алиса не испытывала к нему настоящих чувств. Ей просто хотелось посмотреть, как отреагирует герцог на ее отношения с виконтом. Блейк же равнодушно воспринял ухаживания Роберта. До вчерашнего дня он не проявлял никакого интереса к их планам на будущее.

– Сегодня утром Хартфорд приезжал ко мне с визитом, – глухо промолвила Алиса. – Он сказал, что мы больше не должны видеться. Ваш внук действует очень быстро.

– Я бы так не сказала, – усмехнулась Аделайн.

–Что вы имеете в виду? – приподняв голову, спросила Алиса. – Не прошло и дня, как Хартфорд явился ко мне с жалким видом!

– Я говорю совсем о другом.

Аделайн глубоко задумалась. Она размышляла о том, что ее внук не торопится заводить наследника. Герцогиня не могла допустить и мысли о том, что все их состояние достанется Хардвику и его потомкам.

– Я глубоко несчастна, – призналась Алиса. – Мне осталось только надеяться, что брат не выгонит меня из своего дома. Я превращусь в старую ханжу и буду довольствоваться крупицами любви и внимания его детей.

На губах Аделайн заиграла улыбка.

– Ваше будущее представляется мне вовсе не таким мрачным. Думаю, вы найдете хорошего мужа и будете счастливы в браке, дорогая моя.

– Нет, Деверилл не допустит этого! – в отчаянии воскликнула Алиса.

– Но через два месяца вы получите полную свободу, дорогая, и сможете делать все, что вам заблагорассудится. – Аделайн помолчала, а потом задала вопрос, который давно вертелся у нее на языке: – Так что же вы собираетесь предпринять, когда обретете самостоятельность?

Алиса ответила не сразу.

– Не знаю, – помолчав, сказала она. – Наверное, прежде всего съезжу в гости в Америку. Я не хочу оставаться там, потому что Никки в ближайшее время не собирается за океан. Кроме того, меня очень беспокоит связь брата с этой актрисой.

Алиса встала и нервно заходила по комнате.

– Не тревожьтесь, думаю, Блейк все уладит. Если я не ошибаюсь, он как раз поехал к вашему брату. Да, сейчас Николасу не позавидуешь. Не хотела бы я оказаться на его месте!

Николас с недовольным видом слушал своего опекуна.

– Я знаю по своему опыту, что Глория обходится недешево. Вы уверены, что ваш кошелек выдержит такие непомерные траты, Истленд?

– Я умею осадить Глорию и умерить ее аппетиты, – возразил Николас, едва сдерживая гнев. Ему не нравилось, что герцог вмешивается в его личные дела. – Не понимаю, почему вас интересует то, с кем я провожу свободное время?

– Потому что вы неопытны, и такая пройдоха, как Глория, может запросто обвести вас вокруг пальца. Она обдерет вас как липку.

– Я благодарен вам за заботу, – процедил Николас сквозь зубы, – но я как-нибудь сам разберусь в своих отношениях с мисс Уитфилд. Я не нуждаюсь в советах, ваша светлость.

– Не забывайте, что еще целых два месяца я буду контролировать ваши финансы, – усмехнулся Деверилл. – И я не позволю вам бездумно тратить ваше состояние.

Николас промолчал, боясь, что может вспылить и наговорить такого, о чем впоследствии пожалеет.

– Вы научились сдерживать себя, – заметил Деверилл, – это похвально. Надеюсь, что еще не все потеряно и вы одумаетесь, Истленд.

– Мне хотелось бы самому решать, с кем мне общаться, ваша светлость.