Влюбленный опекун - Лаура Кинсейл

Внезапно призрак вытянул руку в черной перчатке и медленно погладил мальчика по светлой голове, – жест, показавшийся Тесс одновременно и ласковым, и страшным. Она продолжала наблюдать, едва дыша. Этот жест, этот шипящий голос, рост, контуры фигуры...

– Это ты, Стивен? – наконец произнесла она сдавленным голосом.

Безликая маска снова уставилась на нее.

– Что... что все это значит?

Его молчание было более зловещим, чем слова. Теперь Тесс уже не сомневалась, что это ее муж. Она попыталась как-то объяснить себе столь нелепый маскарад, но безотчетный страх по-прежнему продолжал сжимать ее грудь. Может быть, это просто шутка, какая-то неизвестная ей традиция, смысл которой она не может понять? Во всяком случае, ей это совсем не нравилось.

– Стивен, – сказала она дрожащим голосом, – я хочу, чтобы ты объяснил, как это следует понимать. Ты пугаешь меня своим... нарядом.

Внезапно призрак пересек комнату и подошел к ней так близко, что Тесс инстинктивно отступила назад и уперлась спиной в туалетный столик. И тут же Стивен схватил ее за подбородок и заставил смотреть в безликую маску. Тесс попыталась вырваться – она не ожидала такого грубого захвата. Его пальцы причиняли ей боль, а она все старалась увидеть его глаза под капюшоном. Только теперь Тесс начала понимать, что он старался посильнее напугать ее.

– Пусти! – Она постаралась, чтобы ее голос звучал тверже.

Наконец Стивен выпустил ее, но она даже не успела прислониться к столу: его руки поднялись и схватили ее за плечи, затем пальцы скользнули внутрь высокого ворота халата и устремились вниз, слишком быстро, чтобы можно было как-то ускользнуть от них. Пуговицы с треском расстегнулись, и пальцы потянули шелк вниз, обнажая ее бледные плечи. Тесс покраснела от стыда, страха и гнева. Его намерения теперь были ей абсолютно ясны, но... Раз это часть брачного ритуала, она должна подчиниться. Однако маска, перчатки, ребенок – все это выглядело слишком странным и угрожающим. Темные прорези смотрели на нее, как глаза змеи, и она почувствовала приближение неудержимо надвигавшейся истерики.

Но в тот самый момент, когда она уже собиралась вырваться и убежать, Стивен вдруг отвернулся от нее с явным отвращением.

Когда он выпустил ее, Тесс едва не упала. Расслабившись, она на мгновение забыла о Сэмми, однако его приглушенное хныканье снова привлекло ее внимание, и она взглянула на мальчика, который весь сжался под жутким взглядом Стивена. Тревога и страдание, отразившиеся на маленьком личике, ошеломили ее. Тесс вдруг с ужасом поняла, что должно последовать далее.

– ... аннулирование, – монотонно звучал голос мистера Тейлора. Тесс открыла глаза и только тут поняла, что держала их плотно закрытыми при воспоминании об ужасах первой брачной ночи.

Посмотрев на бумаги, она тяжело вздохнула, и мистер Тейлор тут же сделал паузу.

– Хотите отдохнуть? Мы можем закончить завтра.

– Нет-нет, – быстро возразила Тесс. – Давайте покончим с этим делом как можно скорее.

Тейлор кивнул и продолжил невозмутимым тоном, как будто это было обычное дело, а не долгое и медленное возвращение из ада:

– Вот свидетельство доктора, в котором говорится, что вы были обследованы, и констатируется, что ваш брак не получил надлежащего завершения. Этот документ необходимо сохранить, учитывая враждебную позицию мистера Элиота в отношении аннулирования брака, и тем самым предвосхитить попытки в будущем пересмотреть решение церкви.

Враждебная позиция. Какими сухими казались юридические термины, за которыми скрывались ярость и ответные угрозы со стороны Стивена. Он не позволил бы ей уйти без борьбы, если бы не боялся скандала; зато быстрое и тихое аннулирование брака уберегало Элиота от опубликования на страницах «Таймс» заметок о его грязных утехах.

Но Тесс уже не думала об этом. Мысли о том, чтобы попытаться предотвратить появление новых жертв, исчезли после долгого заточения в мрачной галерее. Зато на ее глазах появлялись слезы всякий раз, когда она вспоминала. о Сэмми. Она не видела его после той ночи. Все эти ужасные месяцы ей приходилось общаться лишь со Стивеном и слугой, который приносил ей еду в таком количестве, чтобы только не дать умереть от голода. Слуга был таким же ужасным монстром, как и Стивен; он появлялся, когда становилось достаточно темно, и ни разу не разговаривал с Тесс, а лишь наблюдал за ней, но она чувствовала его присутствие в темноте. Часто, очнувшись после тревожного сна, она видела тусклый огонек его сигары, освещавший бородатый подбородок, – слуга нагло стоял у двери, давая ей понять, что она не сможет удрать.

– Вы уверены, что не хотите уведомить своих родственников? – спросил мистер Тейлор. – Боюсь, они будут тревожиться, не зная, где вы находитесь.

Тесс сжала губы.

– До сих пор они не проявляли особой тревоги обо мне, – сказала она, стараясь не выдать боль, однако ее голос предательски дрогнул. – Никто ни разу не поинтересовался у Стивена, где я была все это время, и я не хочу, чтобы кто-то знал, что мне пришлось пережить.

Мистер Тейлор кивнул.

– Думаю, на сегодня достаточно, – мягко сказал он. – Вы должны были ознакомиться с документами, но у вас нет необходимости заниматься ими лично. Я постараюсь устроить все наилучшим образом.

– Благодарю вас. – Стараясь сдержать подступившие слезы, Тесс прижала носовой платок к губам. – Вы позаботились... еще кое о чем?

Мистер Тейлор откашлялся.

– Я открыл счет и перевел на него деньги. Сделать больше я не мог, не зная...

– Я найду его, – упрямо сказала Тесс, комкая платок. – Обязательно найду.

– И что потом?

Она опустила глаза.

– Потом я попрошу его простить меня.

Мистер Тейлор потрогал бакенбарды и пристально посмотрел на свою подопечную.

– Леди Тесс, вы еще не совсем оправились после всего пережитого. Может быть, вам следует немного по – Дождать и получше разобраться в своих чувствах? Я хочу, чтобы вы были счастливы, но не представляю, что, кроме горя, может принести осуществление ваших намерений.

– Опасаетесь повторения истории с превосходным Стивеном Элиотом? – В голосе Тесс прозвучала горечь.

– Конечно, нет. Но я не хочу, чтобы вы ошибочно приняли благодарность за любовь.

Тесс покачала головой:

– Вы не понимаете...

– Напротив. – Тейлор сокрушенно вздохнул. – Боюсь, что понимаю слишком хорошо. Вы думаете, что любите Фроста. Может быть, это и так. Однако мужчина, который приходил ко мне в Бразилии, по-моему, не склонен к сантиментам. Совершенно не склонен. – Он нахмурился. – Леди Тесс, пожалуйста, пересмотрите свои взгляды.

Тесс отвела глаза в сторону. Мистер Тейлор, возможно, был прав в своем суждении об отношении к ней Грифа, однако разве не он поехал в Пару, чтобы сообщить опекуну о ее безрассудном поведении, причем в таких крепких выражениях, которые заставили мистера Тейлора оставить больную жену и как можно скорее отправиться в Англию. Если бы не Гриф, она до сих лор мучилась бы в застенках Стивена. Он распространил в обществе историю о ее болезни, и если бы она умерла взаперти, те, кто знал ее, покачали бы головами и тихо сказали: «Боже, какое несчастье... Она была так молода».