Рыжая невеста - Мэгги Осборн

Он не мог, как ни старался, сдержать смеха. Оказывается, она вела переговоры об условиях сделки!

— Таких, как вы, на свете больше нет.

— Погодите нахваливать меня. Мы еще не обо всем договорились.

— Ах да. Ханратти и Браун. Мне наплевать, что они подумают.

— Пич тоже узнает, — с трудом выговорила она.

— Он этого не одобрит. Это вас расстраивает? — удивился он.

— Пича беспокоит, что вы разобьете мне сердце.

— Меня это тоже беспокоит.

— Не льстите себе, мистер.

Таннеру показалось, что она вздернула подбородок.

— Может, это ваше сердце будет разбито, а не мое.

Да, удивленно подумал он, возможно, так оно и будет. Фокс была не только той женщиной, которая никогда не будет ему принадлежать. Она олицетворяла собой жизнь, которую ему не дано прожить: полная независимость и свобода выбора — делать что хочется, ни перед кем не отчитываясь и не оглядываясь на то, что скажут другие.

— Итак, подведем итог. Я считаю, что мы договорились — вы перестаете меня избегать, а будете всячески меня преследовать, чтобы заловить в свои сети. Правильно?

— Правильно.

— Мы, как вы выразились, будем наслаждаться друг другом все время пути, а в Денвере расстанемся. Никаких обид ни с моей, ни с вашей стороны. Правильно?

— Так должно быть.

— Отлично. — Она протянула руку, и прежде чем понять, что он делает, он пожал ее. — Сделка состоялась. — Она удовлетворенно потрясла его руку. — А теперь пойдем и посмотрим, оставили ли нам хотя бы немного кофе.

Они пожали друг другу руки, скрепляя согласие на любовную связь. Таннер посмотрел на свою руку и в недоумении тряхнул головой, словно пытаясь избавиться от наваждения. А она уже обогнула куст можжевельника и шла к костру. Перед его глазами раскачивались пончо и рыжая коса. Их странная любовная связь — если можно было так ее назвать — началась с не менее странного рукопожатия.

Фокс остановилась возле костра и, прищурившись, посмотрела на мужчин.

— Мы с мистером Таннером собираемся вступить в интимные отношения. Если для вас это проблема, скажите прямо сейчас.

Дело принимало все более странный оборот. Таннер, выпучив глаза, уставился на мужчин, которые смотрели на него так, словно оценивали.

— А что такое интим? — поинтересовался Ханратти, переводя взгляд с Фокс на Таннера.

— Ты взрослый человек и должен бы знать, — презрительно бросила Фокс.

— А-а, — протянул Ханратти, давая ей понять, что он ее дурачит. — Такого рода отношения. А что, если я скажу, что мне не нравится ваш план? Что вы тогда будете делать?

Таннер встал рядом с Фокс.

— Тогда я пошлю тебя к чертовой матери. Джубал Браун расхохотался:

— Это так и так случилось бы. — Он встал и потянулся. — Я пошел спать.

— Думаю, я сделаю то же самое. — Фокс подавила зевок. — Завтра предстоит длинный день.

Она посмотрела на Таннера. В свете костра черты ее лица смягчились, и он впервые заметил в ее глазах выражение робости и уязвимости. Его гнев растаял. Она поступила правильно. Мужчины все равно бы все узнали, так что не было смысла делать секрет из того, что станет очевидным.

Фокс откашлялась.

— Я чувствую, что должна что-то сказать, но не знаю что. — Смутившись, она снова пожала его руку. — Мы заключили сделку, и я очень довольна, что у нас с вами будут интимные отношения.

Он тоже не знал, что сказать, особенно в присутствии ухмыляющегося Ханратти и озабоченного Пича.

— Я тоже рад, — пробормотал он, чувствуя себя полным идиотом.

Последним от костра отошел Пич. Его черные глаза сверлили Таннера.

— Если вы ее обидите, — тихо произнес он, — я не успокоюсь до тех пор, пока вы за это не заплатите.

С этими словами Пич ушел, оставив Таннера одного.

Он только что сознался в том, что у него будет любовная связь с женщиной, которую он ни разу даже не поцеловал. Черт возьми, он даже не мог понять, как он вообще мог обсуждать эту тему, а потом дать свое согласие. Он поднял глаза к небу и улыбнулся. Фокс не была похожа ни на одну из знакомых ему женщин. Так почему он вообразил, что связь с ней будет обыкновенной?