Каникулы Рейчел - Мэриан Кайз

Воскресенье. День посещений.

Для всех, кроме меня. А мне так хотелось хоть какого-нибудь контакта с окружающим миром. Я была бы рада видеть даже свою мать. Но еще не прошло недели с тех пор, как я здесь, а мне казалось, что я здесь уже годы.

Первый, о ком я подумала, разбуженная фонариком Моники, был Люк. Что, интересно, он делал этой ночью. А может быть, и сейчас делает! Ведь еще так рано. Где он теперь? Ночь с субботы на воскресенье в самом разгаре.

Мне захотелось позвонить ему. Мне так сильно захотелось позвонить ему, что это было почти непереносимо. Возможно, его еще нет дома. Или он в постели с кем-нибудь. Может быть, на сей раз девушка ему подходит, не то что я. Может быть, в эту самую секунду он испытывает оргазм с другой женщиной. Вот от таких мыслей люди и сходят с ума. Чего доброго меня скоро и вправду придется поместить в сумасшедший дом. Надо взять себя в руки.

Мне надо с ним поговорить, решила я. Просто необходимо ему позвонить. Но, произведя несложные подсчеты в уме, я сообразила, что нужно, по крайней мере, дождаться трех часов дня. В Нью-Йорке будет десять утра. Ну почему нельзя прямо сейчас? Чертова разница во времени! Я с горечью прокляла Землю за то, что она круглая.

В глубине души я, конечно, знала, что и десять часов для воскресенья – это тоже рано. Но мне было все равно. Ничего, сойдет.

После завтрака Чаки занялась долгими приготовлениями к посещению Дермота. Она весьма удивила меня, спросив моего совета, что ей надеть. Это меня так тронуло, что я сразу забыла о своей ненависти.

И еще я была ужасно благодарна ей: она хоть чем-то меня заняла. О Люке я все равно не перестала думать, но глухая боль, которая постоянно звучала во мне, как фон, несколько утихла. Она теперь была совсем не сильной, хотя и постоянной.

Чаки разложила на кровати весь свой обширный гардероб. Кстати, надо бы попросить ее освободить место хотя бы для части моих вещей, которые по-прежнему лежали в чемодане.

– Как ты думаешь, Рейчел, – спросила Чаки, – костюм от Джегера с шарфиком от Гермеса подойдет?

– Э-э… может быть, что-нибудь менее официальное? – предложила я. – Джинсы есть?

– Джинсы! – Она расхохоталась. – Боже праведный! Я не ношу джинсы. Дерьмот просто умрет на месте, если увидит меня в джинсах. – Она присела, чтобы посмотреться в зеркало (крошечное, в черных пятнышках), и провела ладонью по своим великолепным волосам.

– О, Иисус, Мария и святой Иосиф! – Она закатила глаза. – Я выгляжу, как обломок кораблекрушения.

Разумеется, это была неправда. Она выглядела безупречно.

– Это очень важно – выглядеть при муже хорошо, – доверительно сообщила мне она, надевая юбку из плотной ткани, кардиган с отделкой и бусы. Ужас!

Резкими движениями она зачесала волосы назад. Она волновалась, она действительно волновалась перед приходом мужа.

– Прекрасно выглядишь! – похвалила я, хотя находила, что она выглядит совершенно обыкновенно.

Я посмотрела на часы: полдень. Еще три часа потерпеть – и я поговорю с Люком!

– Когда придет Дермот, может быть, мне лучше… э-э… ну, ты понимаешь, – великодушно предложила я Чаки, подкрепив свое предложение неопределенным жестом.

– Что? – не поняла она.

– Может быть, вы хотели бы остаться в комнате одни, чтобы… гм…

На ее лице появилась гримаса отвращения:

– Что? Чтобы перепихнуться?

– Ну, можно и так сказать. – Да, у нее весьма романтичная манера выражаться.

– Боже праведный, нет! – отмахнулась она. – Единственное преимущество пребывания здесь – это то, что он не пристает к тебе со своей штукой, когда ты читаешь перед сном. Кроме того, нам все равно не разрешается принимать посетителей у себя в комнатах.

– Не разрешается? – теперь была моя очередь испытать отвращение. – Но ведь даже в тюрьме иногда разрешают свидания!

В половине первого Чаки подошла к окну и сказала:

– Вот и он.

Ее интонация просто не поддавалась описанию: восхищение, облегчение, ненависть – всего поровну.

– Где? – Я подбежала к окну, сгорая от нетерпения увидеть его.

– Вон, вылезает из своего нового «вольво».

Я прилипла к окну, ожидая увидеть нечто ужасное. Но издали, по крайней мере, он выглядел совсем неплохо. Очень темный загар и подозрительно черные волосы. Про него можно было сказать «мужчина, который следит за собой». Хлопчатобумажная рубашка, свободная кожаная куртка, легкие брюки с поясом чуть ли не на груди: уловка, к которой прибегают мужчины, чтобы скрыть свой животик. Судя по внешнему виду Дермота, не только Чаки иной раз позволяла себе «Бакарди» с кока-колой.