Половодье чувств, или Рыбка моя - Галина Куликова

В тот же миг в голове у Антона как будто что-то щелкнуло, и он неожиданно увидел свою благоверную со стороны.

«Господи, и эта тощая крашеная ведьма – моя жена?! – с ужасом подумал он. – Почему я до сих пор не сбежал от нее? Что меня держит рядом с этой женщиной столько лет?

– Хреново-то как, – вслух сказал он, и сам себе удивился.

– Еще бы! – не преминула откликнуться супруга. – Не надо было пиво глушить, теперь живот диафрагму подпирает. А все твой Павлик…

– Ты бы заткнулась, а? – бросил Антон. Впервые за многие годы он не испытывал перед женой никакого смятения, и ему совершенно искренне было наплевать на то, что он сейчас услышит в ответ.

Это его «заткнись» послужило сигналом к началу боевых действий. Жена выпучила глаза, сделала руки в бока и так разоралась, что затряслись стекла в серванте.

Именно в этот момент раздался телефонный звонок. Антон поднял трубку. Звонил их сын, взрослый и самостоятельный, отличный парень.

– Привет, Андрюшка! – обрадовался Антон и бросил через плечо: – Ань, перестань гудеть, Андрюшка звонит.

– Ты всегда найдешь повод, чтобы меня заткнуть! – завизжала та. – Скажи Андрюшке, что ты меня достал! Скажи ему, скажи! Что, кишка тонка?!

– Пап, может, вам развестись? – неожиданно спросил сын серьезным тоном. – С вами в последнее время встречаться можно только по отдельности. Ты не любишь мать, и это приводит ее в бешенство.

– Считаешь, это я во всем виноват? – растерялся Антон.

До этой минуты он ни разу всерьез не думал о разводе, но сейчас слово это, произнесенное сыном, неожиданно наполнилось для него совершенно реальным смыслом.

– Я ничего не считаю, – ответил Андрей. – Я просто вижу, что вам плохо вдвоем.

– Ты прав, мне действительно плохо, – согласился Антон.

– Еще бы, – фыркнула жена из угла комнаты. – Насосался пива с дружком…

– Пап, давай я тебе попозже позвоню, когда она успокоится, – предложил Андрей.

Тот согласился и, нажав «отбой», без перехода набрал номер собственной матери.

– Мам, – сказал он, не здороваясь. – Как ты смотришь на то, чтобы я снова перебрался в свою старую комнату?

– С радостью я на это смотрю! – воскликнула мать, быстро сообразив, откуда дует ветер. – Антош, неужели ты все же решился ее бросить? – В голосе ее звенела надежда.

– Кажется, решился.

– Я всей душой на твоей стороне! – с большим чувством поддержала его мать. Потом быстро заговорила: – Ты же у меня умница! Люди тебя уважают, зарплата отличная, с лекциями по заграницам разъезжаешь – что тебе еще надо? Не пропадешь! И квартира будет в полном твоем распоряжении. Я как раз собиралась перебраться к тете Лене, у нее в последнее время проблемы со здоровьем, я обещала за ней присмотреть. Ты же знаешь, мы с ней отлично ладим, нам вдвоем будет веселее.

Немного помолчав, она добавила:

– Только не останавливайся на полпути! Если ты сбросишь это бремя, то будешь счастлив. С Новым годом, сынок!

Только положив трубку, Антон сообразил, что в комнате как-то подозрительно тихо. Его жена стояла возле окна и смотрела на него горящими глазами.

– О чем это ты говорил со своей мамочкой? – зловещим тоном прошипела она. – Куда ты собрался переезжать?! В ее квартиру на Соколе? Не жирно ли тебе будет одному, а?!

– Почему одному? – спросил Антон спокойным и уверенным тоном, которому сам продолжал удивляться. – Я собираюсь найти себе какую-нибудь хорошую женщину. Добрую и гуманную, – добавил он, поглядев жене прямо в глаза. – А то я уж и забыл, что такое доброта.

– Я тоже гуманная, – сказала жена с вызовом.

– Да-да. Гуманная, как испанская инквизиция.

Его благоверная неожиданно скривила лицо, упала в кресло и зарыдала. Соседская собака за стенкой сразу же стала ей подвывать.

На лице Антона не дрогнул ни один мускул, а в душе не шевельнулась жалость. Вместо того чтобы попробовать успокоить жену, он снова потянулся к телефону и набрал номер Павлика.

– Слушай, – спросил он, когда друг откликнулся, пытаясь перекричать музыку, гремевшую в «Одноглазом коне». – Тут вот какое дело… Я не очень разбираюсь во всех этих тонкостях… Как все это происходит… Короче, я хотел спросить, как мне можно договориться с Анжелиной?

– Вряд ли она согласится! – проорал Павлик. – Ты ведь чертов женатик. А она не настоящая девушка по вызову. Так, подрабатывает иногда, чтобы за квартиру платить. На самом деле она ищет себе мужа.

– С пропиской? – насторожился Антон.

– Не, у нее прописка есть, просто братьев и сестер очень много. И родители алкоголики. А что, ты на нее запал?

– И ты еще спрашиваешь! По мне разве не видно было? – хмыкнул Антон и положил трубку.

Не обращая внимания на булькающую в кресле жену, он немедленно позвонил Анжелине, номер которой отпечатался в его мобильнике.

– Алло, – ответила она низким хмельным голосом. – Это ты, нежный жираф? Я не выполнила контракт. Я сижу в кладовке, а они бегают снаружи и топают. И дверьми хлопают…

– Контракт отменяется, – бодро сказал Антон. – Никуда не уходи, я скоро приеду.

– Н-да? А зачем?

– Хочу тебя оттуда забрать.

– И увезти в золотой чертог? – спросила Анжелина заплетающимся языком.

– Ну, что-то в этом роде, – улыбнулся Антон.

– Ладно, я тебя жду, – легко согласилась она. – Как войдешь – сразу направо. Я буду в кладовке. Мне тут тепло.

Антон положил трубку и глубоко вздохнул. Дышалось непривычно легко и свободно. Было странное ощущение – как будто бы несколько лет подряд он просидел в подземелье и вот наконец-то выбрался на свет божий. Жизнь неожиданно представилась ему такой заманчивой и интересной, что захватило дух.

– Антошенька, – сказала жена, вынырнув из кресла и заискивающе глядя ему в глаза. – Ну, прости меня, я просто устала, пока собиралась на эту чертову дачу. Ну, хочешь, мы никуда не поедем?

– Можешь не волноваться, – твердо сказал Антон. – Вдвоем мы уже точно больше никуда не поедем.

* * *

Звонок зашелся очередной трелью. Игорь широко улыбнулся и отправился открывать.

– Ну, это уж точно родители, – сказал он. Распахнул дверь и озадаченно моргнул.

На пороге стояла крупная девушка в пуховике и меховой шапке с завязанными под подбородком «ушами». Ядреный румянец через все лицо и чемодан в руке наводили на совершенно определенную мысль. У девушки были соболиные брови и плутоватые глаза игрока в наперсток. Завидев Игоря, она широко улыбнулась и открыла было рот, чтобы что-то сказать, но он ее остановил.

– Подождите, подождите! – воскликнул он, вытянув руку вперед. – Дайте я угадаю. Вы – моя кузина?!