Минуя тысячи преград - Джулия Тиммон

Айлана с трудом заставила голову нормально работать. И через минуту пожала плечами.

– У меня, пожалуй, два варианта. Первый – уехать куда-нибудь далеко-далеко, в экзотическую страну, где можно начать по-настоящему новую жизнь, – пробормотала она мечтательно.

– Например, в Китай? – спросил Джей, скептически улыбаясь.

– А что?! – воскликнула Айлана. – Можно было бы и в Китай. Только там я уже была. Зато еще не ездила ни в Бирму, ни в Индонезию, ни во Вьетнам. Да много еще где не бывала – ни в Африке, ни на Ближнем Востоке. В Европе-то почти ничего толком не видела!

– Еще увидишь, обещаю, но попозже, – уже не улыбаясь, сказал Джей. – Мы поездим по свету, но лучше в качестве туристов – кочевать с ребенком на руках не так-то просто да и не разумно. Для Уилли сейчас важнее не море впечатлений, а постоянный дом, уют, надежность.

Айлана не подумала об этом. Как хорошо, что у нее теперь есть Джей. При этой мысли ей сделалось не по себе и от чертовски приятного возбуждения защекотало в носу.

– Да, наверное ты прав. – Она вздохнула. – У меня есть и второй вариант, он-то наверняка тебе понравится. – Ее лицо, на котором уже высохли слезы, осветилось улыбкой. – Работу брошу я, и мы переедем в Вашингтон. Конечно, там Шарлотта и, – хоть мне и безумно стыдно в этом сознаваться – я буду немного ревновать тебя к ней, но твоя работа гораздо более серьезная, чем моя. Расследовать преступления – это не пончиками торговать.

Джей прижал ее к себе и уткнулся носом в каштаново-пепельную благоухающую макушку.

– Умница! Спасибо, что беспокоишься о моей карьере. Только… – Он немного отстранился и заглянул Айлане в глаза. – Твоя работа не менее важна. В приюте и писательская. Сама ведь говоришь, редактор твою книжку хвалит.

Айлана улыбаясь кивнула.

– Книги можно писать где угодно. А с детьми, если нам отдадут Уильяма, мне будет не настолько больно прощаться. Пончики вообще не в счет.

Джей крепко ее обнял.

– Как я счастлив, что они ограбили и оклендский банк, Айлана! Только задумайся: если бы выбор их умалишенного организатора пал на какой-то другой город, мы никогда в жизни не встретились бы!

– Встретились бы, – несмело возразила Айлана. – Если уж судьбе так угодно, она рано или поздно – в Окленде или в каком-то другом городе – свела бы нас.

Джей принялся покрывать ее лицо поцелуями.

– Правильно. Конечно, свела бы. Милая моя, сладкая… Как же все здорово… – Он опять прижал ее к груди и так глубоко вздохнул, будто почувствовал, что наконец полностью освободился от груза былых обид и переживаний. Некоторое время оба молчали. – Кстати, у тебя замечательная мама, – сказал Джей.

– О-о! Ты ее еще не знаешь, – обрадованно ответила Айлана. – Моя мама – чистое золото. Никогда не унывает, не жалуется, не охает. И умеет все понять, простить. За исключением, конечно, откровенной подлости.

Джей начал медленно гладить ее по голове.

– И у меня родители достойные и благородные, – сказал он. – Я почему-то только сейчас, когда познакомился с тобой, понял, что должен ценить их и беречь.

Айлана подняла голову.

– Серьезно?

– Да. Кстати, и сестренка у меня прекрасный человек. Думаю, вы друг другу понравитесь. Скорее бы всех вас перезнакомить – родителей, тебя, Виолу, Уильяма.

Айлана встрепенулась.

– Послушай, а… как они на все это отреагируют?

– На что?

– Ну, все выглядит до нелепости странно… – пробормотала Айлана ежась. – Ты влюблен, собираешься жениться, внезапно свадьба отменяется, а через полмесяца ты опять заявляешь, что вступаешь в брак, причем с другой женщиной! – Она закрыла глаза, прижала к вискам ладони и покачала головой. – Не слишком ли мы торопимся, не совершаем ли ошибку? Я, признаться, вообще как в тумане. Не верю, что я в сознании, что не сплю, не брежу…

Джей нежно поцеловал ее.

– Если тебя моя затея сильно смущает, – размеренно заговорил он, – давай выждем время, для начала просто поживем вместе, присмотримся друг к другу. Хочешь, можем не расписываться год или два, пока ты не привыкнешь к мысли, что выходишь замуж, пока окружающие не удостоверятся в истинности наших чувств. – Он помолчал. – Но Уильям эти два года будет вынужден жить в приюте или, что еще страшнее, попадет в семью к другим людям. Которые никогда не сумеют полюбить его, как мы с тобой… Я потому и тороплюсь, Айлана, что думаю о нем, о твоей к нему привязанности. Знаю, этот шаг слишком серьезный, но сердцем чувствую: ошибкой тут и не пахнет.

Айлана вздохнула, успокаиваясь. На нее нашло вдруг редкое умиротворение.

– Нет, – сказала она. – Не будем выжидать время. Но поженимся все же давай не прямо сейчас… А, скажем, через несколько месяцев. За несколько месяцев Уилли никому не отдадут. Я сама поговорю с Мартой. – Она взглянула на Джея и вдруг подумала: он решит, что мне не особенно хочется с ним связываться. Испугается, что я, как Шарлотта, подыщу себе кого-нибудь еще. Бедный! Ему после ее измены, наверное, до сих пор чертовски тяжело. – Только, пожалуйста, не подумай, что я сомневаюсь! – взмолилась она. – Мне непривычно и страшновато, но, клянусь, я в жизни не чувствовала себя настолько счастливой.

Джей пытливо впился в ее глаза взглядом.

– Это правда, Айлана?

Айлана кивнула.

– Я знал, я чувствовал… Потому-то и сделал тебе предложение. Милая моя, хорошая… – Они горячо поцеловались, будто ставя на своем устном договоре печать. – А о реакции моих родителей не беспокойся, – переведя дыхание, продолжил Джей. – Они все поймут: у них дар угадывать, что человек собой представляет по одному его взгляду, манере держаться. Тебя и мама и отец сразу полюбят. И Уилли примут с радостью.

– Их не смутит цвет его кожи? – осторожно спросила Айлана.

Джей улыбнулся.

– Расовыми предрассудками мои родители не страдали никогда. И потом Уилли настолько чудесный ребенок, что очарует кого угодно. Они станут ему хорошими дедушкой и бабушкой, вот увидишь. Им давно не терпится побаловать внуков. Вот и пусть радуются. Потренируются на четырехлетнем, потому будут нянчить младенцев.

Айлана покраснела.

– Что?

– У нас ведь появятся и собственные дети, – невозмутимо заявил Джей. – Ты что, против?

Айлана растерянно пожала плечами.

– Если честно, о собственных детях я старалась никогда не задумываться…

– Времена меняются… – сказал Джей. – Теперь, пожалуйста, задумайся. – Его глаза вдруг заискрились, лицо расплылось в улыбке. – Открою тебе маленький секрет: как только я тебя увидел, сразу подумал: ей очень пойдет быть мамой.

Айлана сильнее покраснела.

– Правда?

– Само собой, – довольно ответил Джей. – В тебе столько тепла, света, энергии. К тому же в окружении детей ты смотришься фантастически красивой.