Только скажи… - Патрисия Мэй Уайт

— Я не знаю, почему тебе показалось, что ты интересуешь меня в качестве мужа. Просто я могу предвидеть выгодное вложение денег в какой-нибудь бизнес. — С этими словами она неторопливо направилась к бару.

Храни ее Господь! Ему повезло, что она умеет держать себя в руках. Брет не уверен, что смог бы помочь ей пережить боль, — ему трудно справиться с собственными страданиями.

— Я привела в порядок все бумаги и список дел, которые тебе предстоит вести, — продолжала Симон. — Я надеюсь, что ты примешь наше предложение. Ты прирожденный бизнесмен.

Она налила себе чашку кофе, и Брет заметил, что руки у нее дрожат. Проклятье! Он виноват перед Симон. Ему не хотелось, чтобы она страдала, но лгать Брет больше не может, особенно себе.

Симон стала перебирать его почту, и он понял, что она чувствует себя как загнанная в клетку тигрица.

— Тебе пришлось нелегко, Симон, — мягко сказал Брет. — Почему бы тебе не отдохнуть?

— Да, мне действительно нужно сделать несколько звонков из нашего чикагского офиса. В случае необходимости ты всегда можешь связаться со мной по пейджеру. Я проведу здесь несколько недель. — Она сняла передник и положила его на стул.

Перебросив пальто через руку, Симон взяла сумку и оглядела комнату, как будто видя ее в последний раз. Они оба знали, что так оно и есть.

— Береги себя, — сказала она.

— Ты тоже, — откликнулся Брет. Ему хотелось сказать что-нибудь еще, но он не мог найти слов.

Симон медленно пошла к двери и остановилась.

— Она приятная, — бросила женщина через плечо.

— Кто? — удивился Брет.

— Та, что приходила в больницу навестить тебя. Милая. Ты будешь счастлив.

У него сжалось сердце. Если б это оказалось правдой!

— Симон!

Она обернулась и, вздернув подбородок, посмотрела на него.

— Спасибо тебе, — сказал Брет, — за все. Раздался громкий стук в дверь, и Симон открыла. Слова замерли у Брета на устах.

— Джози?!

Не обращая на него внимания, она смело обратилась к Симон:

— Я знаю, что вы, возможно, обладаете всеми совершенствами, но я люблю его. Брет самый великодушный, заботливый, веселый, чуткий человек на свете, и я не откажусь от него без боя. Я больше не боюсь. Мне безразлично, полицейский он или повар. Мне нужен этот мужчина, — на одном дыхании выпалила Джози.

Брет был на седьмом небе от счастья.

— Мисс… — Симон старалась сохранить выдержку.

— Мэтьюз. — Джози скрестила руки на груди.

— Ах, да! Мисс Мэтьюз. Так вот, я полагаю, здесь некоторое недоразумение. Всем известно, что мой отец вкладывает средства в малый бизнес, и я думаю, что охранное предприятие Брета идеально соответствует интересам компании «Трифарра инкорпорейтед». Этим ограничиваются наши отношения. В них нет ничего личного.

— О… — Джози залилась краской.

— Прощай, Брет! — оглянулась Симон.

— Прощай! — откликнулся он.

Так как Джози не сходила с места, Симон боком протиснулась в дверь.

— Ты войдешь? — спросил Брет с надеждой.

— Я боюсь. — Взгляд Джози метался по комнате.

— Ты же сказала, что больше не боишься.

— Я солгала.

— Закрой эту чертову дверь, Джо!

Она повиновалась, но не сделала ни шага. Может быть, хочет удрать?

— Я не знаю, что сказать, — Джози провела рукой по золотистым кудрям.

Брету показалось, что она изменилась: выглядит немного старше и мудрее.

— Я ненормальная, — призналась она.

— Повтори!

— Это нелегко.

— А легко проснуться и увидеть, что ты ушла?

— Видишь ли, я думала, что поступаю правильно.

— Урок по «чуткости» вы бы провалили, мисс Мэтьюз!

— Я уехала на север и чертовски разозлилась. — Джози подошла к окну. — Мне почти тридцать лет, я наконец поняла, что ничего от меня не зависит: ни смерть, ни жизнь, ни любовь. — Она посмотрела Брету в глаза и принялась расхаживать по комнате.

— Продолжай! — попросил он, скрестив руки на груди. Ее слова пришлись ему по душе.

— Я думала, что после смерти Дэнни это никогда не произойдет. Я сдерживала себя все эти годы. Но потом появился ты.

У Брета сжалось сердце.

— Ты заставлял меня смеяться, как я никогда не смеялась, и благодаря тебе я начала чувствовать… — Джози отвела глаза. — Как я ни старалась, моя защита не удалась. Я беспомощна. Мне просто надо научиться доверять. — Сжав кулаки, она продолжала расхаживать по комнате.

— Иди сюда. У меня кружится от тебя голова.

Джози сделала несколько шагов.

— Подойди ближе, милая! Я не укушу тебя. Если, конечно, ты не захочешь.

Она покраснела и сделала еще шаг.

— Вот и умница! — Брет протянул руку.

Когда пальцы Джози скользнули в его ладонь, на сердце у него потеплело. Брет потянул ее к себе, и она встала на колени около его дивана.

— Когда меня сбила машина Уоллеса, я думал только об одном: «Джози никогда не узнает о моих чувствах». Когда я очнулся, тебя уже не было. Сердце у меня разрывалось.

— Брет…

— Позволь мне закончить. — Он поцеловал ей руку. — Я преследовал призрак счастья, Джо. Я думал, что, если буду все делать по правилам и найду подходящую женщину, у меня будет идеальная жизнь. Я гнался за этим миражом, но в глубине души мне было страшно приблизиться к нему. Этот страх был вызван тем, что я видел, как жили мои родители. Я боялся открыть кому-либо свои чувства и вдруг понял, что делюсь ими с тобой… и это было здорово. Мне хочется, чтобы ты поняла то, что я пытаюсь сказать. Джози Мэтьюз, ты самый большой сюрприз в моей жизни. Ты всегда была рядом, а я не замечал этого. Как же я был глуп!

— А я? Я знала, что это любовь, и пыталась убежать от нее. Сможешь ли ты простить меня? — Джози прижалась щекой к груди Брета.

— Ну, я что-нибудь придумаю. Не беспокойся!

— Опять засорились трубы?

— Не те, которые ты починила. Другие.

— Брет! — Джози стукнула его по ноге, и он поморщился. — Прости, прости. — Она попыталась встать.

— Нет, не уходи. Побудь со мной, — взмолился он. Перебирая пальцами волосы Джози, Брет произнес: — Я знаю, что это звучит дико, но мне нравится быть полицейским. Однако ты мне нравишься больше, и если ты хочешь, я уйду из полиции.

— Не надо уходить из-за меня. Я никогда не прощу себе. — Она заглянула ему в глаза. — Я хочу, чтобы ты был счастлив.

— Если мы проведем оставшуюся жизнь вместе, ты не будешь жалеть, что я полицейский?