Ошибка дамы с собачкой - Наталия Миронина

– И вы больше ее не видели? Ни разу? – Этот вопрос задали все разом.

Марк улыбнулся:

– Встретил. Только через много-много лет. И, надо сказать, сразу узнал. Нет, не по шраму маленькому, уже еле заметному, узнал. Я даже не знаю, сохранился ли у нее этот шрам. И вообще, все эти «особые приметы» – это, как правило, в кино бывает. И в романах. Я узнал ее по чертам лица. Она стала похожа на свою мать. Удивительно похожа.

– Марк, почему вы думаете, что эта была именно любовь? Не просто детский интерес, не просто случай, который вам запомнился необычностью ситуации? – спросила Агнесса с видом психотерапевта.

Марка пожал плечами:

– Наверное, потому, что я впервые тогда захотел защитить человека. Впервые мне стало больно за него. И для меня не очень важно было, как эта девочка выглядит. Мне она была очень дорога. Она и ее мама. Обе они.

– Интересный момент – ее мать. Вы ее так хорошо запомнили? – поинтересовалась Анна.

– Отлично. Я ее запомнил всю – от высокой прически до кончиков модных тогда остроносых туфель. Кстати, моя мама носила другие, с такими округлыми носиками. Но мне нравились туфли той женщины! Они были такими элегантными!

– То есть это была любовь? – уточнила Лада Алексеевна.

– Да, это была любовь, – ответил Марк и встал со своего места. Было видно, что ему больше не хочется говорить на эту тему.

– Смотрите, что делается на море! – Марго вскочила вслед за Марком. – Залило весь берег.

Все заспешили к окну – там стихия, меняя весь привычный пейзаж, даже не и думала утихать.

– Анна, ваша очередь, – воскликнула Лада Алексеевна, почти насильно отводя всех от окна.

– Хорошо, – кивнула Анна, – только давайте приготовим чай. Глинтвейн вкусный, но очень хочется чаю. И сделаем небольшой перерыв.

– Точно! – подхватил Валера. – Отдохнем, и слушать будет веселее потом. У меня даже ноги затекли.

Переговариваясь, все заходили по гостиной.

– Как вам этот душевный стриптиз? – тихо поинтересовалась Анна у Агнессы. – Мне вдруг совершенно расхотелось чем-то делиться.

– Так не делитесь, имеете право, – сказала Агнесса.

– Уже поздно, – пожала плечами Анна, – надо было пять минут назад это говорить. А теперь все ждут моей истории.

– Тогда придумайте что-нибудь, – посоветовала Агнесса. – Такое, что всем понравится, всех растрогает.

– Порой проще сказать, что есть.

– Верно. И даже полезно это делать. Иногда надо вслух произносить то, что часто повторяешь про себя. Чтобы избавиться от наваждения.

– О, эти психотерапевтические приемы! Что-то я в это не верю. Не всегда болтовня помогает, – пожала плечами Анна.

– Не скажите. – Агнесса покачала головой. – Это мы с недоверием относимся к подобным вещам. А весь мир пользуется этим.

– Тогда будем считать, что сейчас у нас был массовый сеанс психотерапии, – улыбнулась Анна.

Агнесса рассмеялась:

– Можно и так считать. Хотя в том виде, в котором он состоялся, – это занятие рискованное. Ох, рискованное.

– Между нами говоря, – тут Анна понизила голос, – эта затея Лады Алексеевны весьма провокационная. Не забудьте – здесь семейные пары. И как подобные воспоминания отразятся потом на их отношениях – большой вопрос.

– А как они могут отразиться?

– Не каждому понравится экскурс в прошлое. Кто-то может быть очень ревнивым.

– Например, Зося. – Агнесса улыбнулась, но потом спохватилась. – Поймите, не злорадствую, но мне показалось, что она…

– Вам правильно показалось – она надулась, – кивнула Анна. – Она слушала и злилась. Я все видела. И все видели. И Зося понимала, что выдает себя, но ничего не могла с собой поделать. И не всем удобно рассказывать такие вещи – кто-то стесняется. Так что, если вы хотите отказаться от участия – смело это делайте.

– Верно. Мне вообще не нужен весь этот душевный эксгибиционизм. Я не буду ничего рассказывать, – пришла к такому выводу Агнесса.

– Вот-вот. – Анна тряхнула головой и отошла, оставив Агнессу наедине с ее решительными мыслями.

– А вот и чай! И еще конфеты! – Тут вошла Зося, сопровождаемая Валерой.

– Англичане не дураки. Они чай придумали не для желудка, а для политеса. Чай – это та самая пауза, о которой когда-то написал Моэм, – сказала Лада Алексеевна и с удовольствием сделала глоток из чайной чашки.

«Ну, это точно. Главное, что эта пауза дала возможность собраться с силами. Откровение – не самая легкая штука!» – подумала Анна.