Очарованный - Барбара Картленд

Эльфа заметила огонь в его глазах, и ее щеки залил нежный румянец смущения.

Герцог помог ей подняться, обнял за талию и так довел до самой каюты.

Когда они вошли, Эльфа увидела приготовленную постель, на которой была разложена ее ночная рубашка. Служанки не было.

— Боюсь, тебе придется помочь… мне снять платье, — стыдливо сказала она герцогу.

— Я с удовольствием сделаю это, — ответил он. — Когда мы прибудем в наш дом в Корнуолле, у тебя там будет служанка, а здесь на «Мермэйде»я буду прислуживать тебе, моя любовь. И я нахожу это восхитительным.

— Ты… смущаешь меня, — запротестовала Эльфа.

— Ты не смущалась прошлой ночью.

— Это было совсем не то, это было совсем другое, — возразила она. — Тогда ты был Сильваниус-бог, которому я всегда… поклонялась, сегодня… ты — мужчина.

Последнее слово она произнесла очень тихо, и герцог сказал:

— Мужчина, который восхищается тобой и преклоняется перед тобой как перед богиней. Но ты, моя дорогая, еще и женщина.

Он прижал ее к себе и, когда голова его юной жены откинулась назад, внимательно посмотрел на ее странное лицо, действительно напоминающее лики сказочных эльфов.

Сильваниус нежно провел пальцами по ее бровям, коснулся глаз и маленького прямого носа, дотронулся легким движением до ее губ.

В это время он почувствовал, что ее охватывает дрожь, выдавая страстное желание. Он нежно засмеялся и сказал:

— Я могу возбуждать тебя, моя восхитительная Эльфа! И я счастлив, что ты возбуждаешь меня до сумасшествия!

— Я хочу… возбуждать… тебя, — сказала Эльфа, задыхаясь.

— Ты не только возбуждаешь меня, но и околдовываешь и порабощаешь.

Сильваниус нежно погладил ее по шее, и его рука опустилась ниже, коснувшись ее нежной груди.

— И это не все: я околдован, моя дорогая, не только твоим лицом и твоим телом, но и твоим духом, твоим сердцем, твоей душой. И от этого колдовства я никогда не избавлюсь.

Платье Эльфы соскользнуло на пол. Он поднял ее на руки и бережно опустил на кровать. Ел показалось, что она вновь очутилась в лесу около волшебного пруда, залитого лунным светом.

Но Эльфа успела подумать, что не имеет значения, где она находится, если муж рядом с ней. Когда он лег, она крепко обняла его, почувствовав силу и жар его тела.

— Я люблю… тебя, — прошептала она.

— Я хочу тебя, — ответил герцог. — Я хочу тебя всю целиком, сейчас и навсегда!

Его губы стали требовательными, и она почувствовала в них огонь, но это не смутило и не испугало ее. Это была сила любви — всевластной и божественной.

Она отдалась ему, тая в его руках, чувствуя, как его сердце бьется в том же ритме, что и ее.

А потом были только любовь и нежные объятия моря.