Уроки любви - Мэри Джо Патни

— Было бы жаль, если бы все твои способности сгорели на погребальном костре.

— И я так думаю, — резко ответила Мира.

— Посмотри на небо, маленькая голубка. Умер демон.

— Почему демон? — спросила она, следя за падающим метеором.

— Мой народ говорит, что метеор означает победу ангела над демоном, победу добра над злом, — объяснил Зафир. — Возможно, это знак того, что ты сегодня избежала зла. Уверен, тебе помогал ангел.

— Я всегда считала твой народ воинами, но среди них есть и поэты.

— Одно не мешает другому, война — величайшая из поэзии. Спи, маленькая голубка.

Вздохнув, Мира завернулась в одеяло. Завтра она поблагодарит Ганешу за то, что он спас ей жизнь.

Лора даже не пыталась запомнить, кто есть кто в семействе Хабибура и в каком они состоят родстве. Женщины говорили только на родном языке, но все были настроены дружелюбно и сразу приняли их с Мирой в свой круг. Особый интерес вызывали светлые волосы Лоры. Ее непрерывно гладили по голове, и через пятнадцать минут она растеряла все шпильки, волосы рассыпались по плечам.

Хотя Лоре нравилось общество таких веселых людей, ей все же хотелось видеть рядом знакомое лицо, поэтому они с Мирой держались вместе. Сняв украшения и надев простое сари, вдова стала похожа на скромную служанку, однако быстро освоилась и легко находила со всеми общий язык.

Во внутреннем дворике была отгороженная занавеской площадка, где женщины могли ходить в ярких платьях и без паранджи, так как их лица видели только ближайшие родственники-мужчины. Даже Йену, почетному гостю, не разрешалось туда заходить. Мужчины сидели под деревьями, курили, разговаривали, ели жареное мясо, женщины на собственной половине устраивали собственные праздники.

Так как Йен не собирался делить с женой постель, та приняла приглашение спать на женской половине и очень удивилась, когда Дарра, жена Хабибура, тихо сказала ей на ломаном урду:

— Мужчины уже спят. Ты можешь пойти в гостевую комнату к своему мужу.

Пока они шли через двор, упали первые капли дождя, и Лора поняла, отчего мужчины разошлись так рано. Дарра остановилась у двери, из-под которой просачивалась узкая полоска света.

— Муж. — Дарра с улыбкой похлопала гостью по руке. — Хорошо провести время.

В комнате без окон стояли только две кровати да стол с горящей на нем масляной лампой. Йен сидел в широком халате, в котором обычно спал, и изучал карту, разложенную на коленях.

— Как там за занавеской? — улыбнулся он.

— Веселее, чем я ожидала, — ответила Лора, не в силах отвести глаз от завитков волос у него на груди. Потом все же взяла себя в руки и направилась к своим вещам, но услышала щелчок замка. — Они заперли нас?

— Только ворота в той части двора. Если понадобится, мы можем уехать через другие. — Йен указал на противоположную стену, где была едва заметная дверь. — Посетители входят сюда по отдельному коридору, чтобы не идти по женской половине.

— Похоже, они неукоснительно соблюдают законы?

— Конечно. Женщину, которая случайно покажет незнакомому мужчине лицо, муж имеет право убить как «неверную». Но сначала он убьет обидчика. Хабибур любит меня словно блудного сына, но если я опозорю честь какой-нибудь женщины в доме, он собственноручно застрелит меня.

— Ненамного лучше погребального костра. Я думала, здесь у них более разумные обычаи.

— Ты права, но честь для них дороже всего на свете. И британцы мало чем от них отличаются, — мрачно улыбнулся Йен.

— Почему Хабибур живет так далеко от своего народа?

— Обычно патханы живут на деньги, которые собирают с путешественников за безопасный проезд через горы. Но у Хабибура коммерческий склад ума. Он устроил в ближайшем городе конную ярмарку. Сейчас там самый большой торговый центр в северной Индии. Добившись успеха, он перевез сюда всех домочадцев.

Йен снова углубился в карту, а Лора невольно посмотрела на кровать, достаточно широкую для двоих, если, конечно, прижаться друг к другу, против чего она не возражала.

Но вспыхнувшая надежда сразу погасла, когда Йен спросил:

— Какую из кроватей ты предпочитаешь?

— Любую, — ответила Лора, подавив вздох. — Нам еще долго ехать до Манпура?

— Если не произойдет ничего неожиданного, то еще три дня. — Йен без всякого энтузиазма осмотрел комнату. — Я настроен спать во дворе, пусть даже там идет дождь.

Всякому терпению приходит конец, и Лора не выдержала:

— Тебе неприятно быть рядом со мной? Йен сделал к ней шаг и остановился.

— Дело не в этом. Просто Бухара выработала у меня отвращение к комнатам без окон.

— Возможно, я делаю не правильный вывод, но мы так… отдалились друг от друга за последнее время.

— Прости, мое плохое настроение не должно отражаться на тебе.

Лора понимала, что сейчас разумнее сменить тему, но Лариса Александровна убедила ее сделать то, о чем она мечтала уже несколько дней. Подойдя к мужу, Лора обняла его за шею, чтобы он не смог вырваться, и поцеловала.

Она намеревалась пожелать ему спокойной ночи и дать понять, как скучала без него все эти дни, но едва их губы соприкоснулись, оба уже не могли оторваться друг от друга. Усталость и одиночество растаяли словно утренний туман.