Искра для соломенной вдовы - Татьяна Веденская

Все лето прошло под знаком удачи. Правда, Руслан мне так и не позвонил, но я пережила это. Не сказать, чтобы легко, но пережила. Слава Богу, он не бросал меня с долгами и детьми. Так что ничего страшного. Поначалу я размечталась, расставила в моей мечте все по своим местам: Руслана одесную меня в роскошном доме, детей в дорогих шмотках и под присмотром своры гувернеров. При этом детки отдают нам честь и ежевечерне докладывают о проделанной работе и достигнутых успехах. И мама. Мама, счастливо коротающая дни на Лазурном побережье. Далеко, очень далеко от меня. На разработку деталей ушла пара недель. Еще пару недель я урезала желаемое до формата возможного. Еще через месяц меня бы сделала счастливой чашка кофе в обществе Руслана. К концу лета я поняла, что губу придется закатать. Заведу с кем-нибудь роман и все забуду. Видимо, он не смог пережить моего безнадежно испорченного вида в тот день. Но, как говориться, не везет в любви, повезет в работе.

Телкова серьезно заинтересовалась моей идеей покорения кибер-пространства Интернета. Я заглушала тоску по женскому изготовлением сочинения на заданную тему и когда, примерно в конце июня я положила на ее стол манускрипт с изложением аргументов, она была даже обрадована.

– А я уж подумала, что ты совсем сдулась. – Сделала она мне комплимент.

– Я не сдулась. Просто это не так просто.

– Каламбур. Ну показывай.

– Вот. – Выложила я на стол и подтолкнула к ней стопку скрепленных листков.

– Так, я почитаю, осмыслю, подумаю, что тут надо еще доработать и тебя вызову. Идет?

– Конечно. Если вам что-то надо будет разъяснить, то я…

– Я тебе позвоню. Ты ведь в офисе?

– Да, – как-то странно мы разговаривали. Она мне тыкала, а я ей выкала. Я ушла, но ненадолго, так как Алина не стала откладывать меня в долгий ящик. И вообще, трактат ее явно тронул, так как уже через пару часов я снова сидела в том же кабинете.

– Да, Ольга Петрова. Ты, прямо-таки молодец. Прямо целое исследование начала! Скажи, вот ты тут называешь разные цифры.

– Да. А как же. Все должно иметь обоснование.

– И они верные? Просто это очень серьезно – сотни пропущенных обращений клиентов в день.

– Это не совсем так. Не все обратившиеся к сайту действительно могут являться потенциальными клиентами. Но какая-то часть наверняка.

– Но почему же они не звонят нам напрямую? Чего они там ползают по этой сети?

– Они звонят. Но не факт, что нам. Они заходят в Интернет, чтобы получить какие-то ответы на какие-то вопросы. И они перезвонят туда, где эти ответы найдут. В этом и суть.

– Да, я поняла. Ты будешь сидеть в сети и живым образом с ними там разбираться.

– Примерно, – улыбнулась я. Телкова в свое время, как мне поведал Сенокосов, была очень неплохим маклером из серии шумных и обещающих золотые горы шарлатанов. Народ у нас такие персонажи любит, тем более, после нескольких лет работы Телкова научилась маскировать свою дремучесть. В руководители она попала, так как была безопасна в смысле подсиживания. Руководить технической боеготовностью отделения через секретарей и начальников отделов – в этом был ее жизненный предел. Таким образом, она являла собой, некоторым образом, компромисс между стоящими выше. Однако на самом деле она совсем не была чужда подковерным играм и некоей житейской хитрости.

– А сколько тебе нужно людей и денег?

– Не думаю, что много. Я изучила структуру Нашей Великой Корпорации. У нас есть штатные программисты, которые в рамках служебных обязанностей могут создать ссылки на консультации с живыми специалистами.

– А вот по работе с почтой?

– Там вообще ничего не надо, кроме того, чтобы найти подходящих для этой работы маклеров из числа имеющихся.

– Это хорошо, – еще бы. Коммерческий проект, не требующий вложений, что может быть лучше?

– А вот над разделом конкуренции в баннерной сети – тут ты недоработала. – Надо же, и откуда она слова-то эти знает. Или наугад сказала? Я пошла в отдел прорабатывать конкуренцию, а Алина вызвала к себе Пашу. Все-таки Сенокосов у нас прям какая-то общественная жилетка. Всех выслушает, всем поможет. А его за это все любят и не обижают. За это и за то, что он тоже в принципе безопасен. Он мог бы быть опаснее, если бы был амбициознее. Но для него рискнуть хоть одним долларом или одними хорошими отношениями – проблема, соизмеримая по значимости с глобальным потеплением. В общем, я сидела и играла в пасьянс-солитер, так как реально раздел конкуренции в сети был мною проработан хорошо и ничего нового я делать не хотела. А так как я нечасто себе позволяла зациклить мозг на карточной дуэли с машиной, то сейчас я проигрывала. Я смотрела на колонки карт, запутанных по всем правилам шпионской школы и злилась. Тут вернулся мой шеф и, дергаясь и напрягаясь, позвал меня поболтать.

– Пойдем выйдем? Надо поболтать. – Сказал он так, словно собирался сообщить мне о начале Великой Отечественной Войны.

– Пошли-пошли, – не стала упираться я. Интересно, похоже, что сейчас посредством Сенокосова состоятся переговоры между мною и руководством.