Однажды в грозу… - Кэтрин Джордж

Хорошо, что Алек не видит, подумала она с гримасой. Он, наверное, думает, что я отдыхаю в одиночестве. Честно говоря, она на это и надеялась, но, к несчастью, Касси все еще горячо любила Алека, и более всего ей хотелось быть рядом с ним. Возвращение в коттедж оказалось полезным хотя бы тем, что позволило ей осознать это. Но ничто на свете не заставило бы ее признаться в этом ему.

Касси ужасно провела ночь. Она прислушивалась к вою ветра, боялась погасить свет, а при свете заснуть не могла. Под утро она впала в тяжелую дремоту и была разбужена телефоном, который надрывался у самого ее уха.

– Касси? - Это был Алек. - Ты в порядке?

– Да, - сердито солгала она. - А что?

– Я не спросил, взяла ли ты чего-нибудь поесть.

– Конечно, взяла. Я же не совсем дура.

– Конечно, - невыразительным голосом сказал он. - Я и не считал тебя дурой. - Он помолчал. - Когда думаешь вернуться домой?

Домой? Касси оглядела свою спальню. Она когда-то верила, что всегда будет считать это своим домом. Теперь она сомневалась. Конечно, Бофорт-сквер "домом" не стал, но там хоть она не оставалась одна.

– Касси, - спросил Алек, - ты слышала, что я сказал?

– Да, слышала. Я приеду до обеда. Моя машина здесь, в гараже.

– Не надо. Я заеду за тобой.

– Не стоит…

– Сейчас я еду в Сент-Джон, - сухо перебил он. - Там я управлюсь к полудню и заеду за тобой, когда пойду обедать.

Касси со вздохом повесила трубку, выключила свет и отодвинула от двери кресло. При дневном свете ее страхи стали казаться нелепыми. Но всетаки ей было страшно одной. Итак, Комб-коттедж не оправдал себя как убежище. Еще вчера она хотела отменить его продажу. Теперь она колебалась.

Касси приняла ванну, отыскала в шкафу и надела коричневые твидовые брюки и ярко-розовый свитер, потом нашла коричневые шерстяные носки, надела замшевые ботинки на низком каблуке, причесалась, подвязала волосы коричневой бархатной лентой и спустилась, чтобы приготовить себе завтрак.

Пока она ела, еще раз зазвонил телефон. Касси злобно посмотрела на него. Если Алек намерен каждые полчаса справляться о ней, она просто с ума сойдет!

Это была его регистраторша Маргарет. Она сообщила Касси, что некий инспектор Райли звонил и просил миссис Невиль принять его.

– Я не знала, как быть, - виновато проговорила она, - так что сказала ему, что вы вышли и чтоб он перезвонил через полчаса. Мистер Невиль ответил, что вы будете дома к обеду, но инспектор Райли, кажется, хотел как можно скорее поговорить с вами. Дать ему ваш телефон?

Касси задумалась.

– Вот что, Маргарет, - медленно произнесла она, - когда инспектор Райли перезвонит, скажите ему, пусть зайдет ко мне сюда. Он знает адрес. Если не сможет, скажите, что я буду в Бофорт-сквер после обеда.

Касси было интересно, о чем это Лайам спешит поговорить с ней. Она позавтракала, вымыла посуду и тут увидела, как подъехала машина, из которой вышел Лайам и направился по дорожке к дому. Касси с удовольствием следила за ним из окна: шел он бодрым шагом и, казалось, помолодел.

Она поспешила открыть ему и встретила его улыбкой.

– Здравствуй, Лайам. Заходи. Попьем кофе, или тебе нельзя тратить время на светские визиты?

Лайам неожиданно чмокнул ее в щеку и пошел следом за ней на кухню, заверив, что с удовольствием выпьет кофе.

– Потому что я на самом деле здесь не со светским визитом, - сообщил он ей.

– Трам-тарарам, всем стоять, не двигаться! - выпалила Касси, подняв руки.

Лайам рассмеялся и сел за стол. С раскованным и довольным видом он наблюдал за тем, как она наливала воду в чайник и расставляла чашки.

– Этим визитом я убиваю сразу двух зайцев, - сказал он. - Даже трех, - добавил он, смущенно улыбаясь. - Во-первых, Касси, поздравляю тебя… это что касается вступления в брак. Жаль, что ты заболела и не смогла путешествовать в медовый месяц.

Касси пристально взглянула на него, подавая ему чашку.

– Кто тебе рассказал об этом?

– Бен. Я звонил ему вчера вечером, чтоб узнать твой телефон, а он сказал, что ты неважнецки себя чувствуешь.

Касси села у противоположного края стола, подперев руками подбородок, и сердито посмотрела на него.

– Было похуже, Лайам. У меня был выкидыш.

– Как! - потрясение воскликнул он. - Черт,

Касси, не знаю, что сказать. Бен в подробности не вдавался.

– Ничего удивительного. - Касси отпила кофе. - Впрочем, не надо об этом. Ты сказал, у тебя три дела. Так где еще два?

Казалось, что Лайаму хочется выразить еще что-то сочувственное, но он погладил ее руку и удивил новостью о том, что часть ее имущества найдена.

– Не может быть, Лайам! - воскликнула она.

Он заверил ее, что еще как может быть: на нескольких толкучках в районе Бенбери было обнаружено немало краденых вещей. Воры пойманы, и мейсенские статуэтки, картины и пемброкский столик, принадлежавшие Касси, находились в полиции.

– Электротехники пока, увы, нет, но может тоже объявиться, - добавил Лайам.

– Это не имеет значения. Я беспокоилась о бабушкиных статуэтках и о мамином столике. - Касси вскочила на ноги и звонко поцеловала Лайама. - Так мило с твоей стороны приехать, чтоб лично сказать мне. Когда вернут вещи?

– Как только их привезут в Пеннингтон, - сказал Лайам и интригующе улыбнулся.

– Давай, Лайам, а третье?

– Мы с Дэттой снова вместе, - смущенно ответил он и встал, намереваясь уйти.

Касси поддалась порыву и обхватила его за плечи.

– Как я рада, Лайам. И за тебя, и за детей.

Китги и Тесе, должно быть, так счастливы.

– Они очень счастливы. А ты, Касси? - Он прикоснулся рукой к ее бледной щеке. - Ты выглядишь так, будто тебя ветром сдуть может. Невиль очень расстроился, когда ты потеряла ребенка?

– Еще как расстроился. - Касси уныло улыбнулась. - Он совершенно убежден, что, это твой ребенок.

Когда Алек приехал за Касси, он окинул ее профессиональным взглядом и заявил, что она действительно выглядит лучше.

– На тебя так подействовал свежий воздух или пребывание в коттедже? - спросил он, когда нес ее чемодан к машине.

– Наверно, и то и другое, - неискренне ответила она, потом, когда он сел рядом с ней, посмотрела прямо ему в лицо. - Лайам Райли заходил ко мне утром.

Алек вцепился руками в руль.

– Не мешало бы ему стать порядочным мужчиной и прекратить волочиться за тобой. Ты же замужем, черт… - Он замолчал, включил зажигание, и машина, слегка покачиваясь на неровной дорожке, выехала на шоссе.