Клуб Орион. Серенада для Мастера - Екатерина Васина

Адриан сначала закрыл глаза, потом открыл, мотнул головой и беззвучно расхохотался, откидываясь на спинку дивана. Он все еще веселился, когда Рина, уже одетая и крайне злая, вернулась обратно в зал.

— Какого черта там полилась холодная вода?

— Я не сантехник, дорогая. Черт, значит придется дома принимать душ. У тебя с волос капает.

Рины молча отжала воду прямо на пол зала и злобно уставилась на Адриана. Тот развел руками, не выдержал и снова хохотнул.

— А почему ты прикрывала попу? Почуяла неприятности?

Глаза Рины нехорошо прищурились.

— А вообще, — продолжал изощряться в остроумии Адриан, — прям такой сюрприз получился приятный. Мне понравилось, да, да.

— Забудь все, что видел. Могу помочь: глаза выколоть.

— Сирена, твои си…эээ…ты отпечаталась в моем сердце. Присядешь?

Рина попятилась к выходу.

— Погоди ты, — поморщился Адриан, вставая, — дай мне пять минут, и я подвезу тебя.

— Меня Марк встречает, мы едем отдыхать.

Лицо Адриана неуловимо изменилось на миг, а затем он вновь расслабился и улыбнулся.

— Хорошего вечера, Сирена. Интересно, как долго ты будешь себя обманывать?

— Ты о чем?

Вместо ответа Адриан неуловимо быстро пересек зал. Рина не успела добежать до двери, как ее прижали к стене. И, захватив подбородок в жесткий захват, заставили посмотреть прямо в глаза.

— Потому что ты отвечала на мой поцелуй так, что я едва не кончил прямо там. Потому что когда равнодушен к человеку так отвечать не будешь, ясно? Потому что ты боишься посмотреть мне в глаза, черт подери. И вечно смотришь куда угодно, но только не на меня…

Тут он резко замолчал и чуть задумался. Медленно, словно нехотя, опустил взгляд. Наткнулся на колено Рины, которое пока еще довольно бережно, но многообещающе прижималось в районе паха.

— Советую меня отпустить. — мило улыбнулась девушка, чуть усиливая нажим. — Иначе будет больно. Смекаешь?

- Любишь давить на самые уязвимые точки?

— Учителя хорошие, — парировала Рина, — руки убери.

Адриан с видимым усилием отступил на шаг, облегченно выдохнул. А потом широко улыбнулся, глядя на то, как Ариана нащупывает дверную ручку

— Знаешь…

— Что? — глянула на него злобно девушка.

— У тебя талант к самообороне, — обезоруживающе улыбнулся Адриан, — Погоди, Сирена, выйдем вместе, а то еще заблудишься.

Рина была вынуждена притормозить. И правда: подвальный коридор почему-то извивался как ненормальная змея. Плюс какие-то ответвления, заглушки. И как тут собирались офисы сдавать? Сотрудники ходили бы с картами наперевес.

Адриан вышел уже в футболке, правда брезгливо морщился и едва ли не фыркал.

— Ты чего? — не выдержала Рина.

— Тебя провожу и пойду в душ, у меня дома бойлер стоит. Задолбали воду отключать.

— Вот тут поддержу возмущение, — усмехнулась девушка, — тоже бойлер стоит, в ванной. Когда воду отключают, то таскаем посуду туда.

— Я посудомоечную машинку купил, — отмахнулся Адриан, — все равно вечно некогда.

Рина подавила завистливый вздох: этот агрегат ей давно хотелось. Но, во-первых, некуда ставить, во-вторых, нет лишних средств.

Адриан покосился, идя рядом, потом спросил необычайно серьезным тоном. Каким разговаривал, когда они встречались на даче показаний.

— Ты подрабатываешь у Дана чисто из любви к искусству или с деньгами проблемы?

— Тебе то что?

— Наверное, я волнуюсь.

— Все нормально, — откликнулась Рина, — просто лишних денег не водится, хочу немного разгрузить предков, чтобы хотя бы мне не давали на всякие карманные расходы и мои хотелки. Им моего братца хватает.

— Который вундеркинд.

— Ну да, — вздохнула Рина, — который тот самый, ага.

— У меня знакомый, — задумчиво протянул Адриан, открывая перед ней тяжелую дверь на выходе из подвала, — не гений, конечно, но очень умный. Он с восемнадцати лет подрабатывал уже на кафедре университета, теперь там защитил кандидатскую, его зовут читать лекции на Западе. Почему твой брат так не делает?

— Потому что он считает, что копит силы для будущего, а пока ему надо отдыхать вне учебы. Чтобы не перетруждаться. Вычитал где-то, что в противном случае может наоборот начаться регресс.

— Он у тебя точно гений? — усомнился Адриан.

— Точно, — вздохнула Рина.

Они вышли из подъезда. И первое, что увидела девушка: светлую машину и стоявшего перед ней Марка. С букетом мелких белых розочек, в светлом костюме и с широкой улыбкой.

Ей показалось, что замерший рядом Адриан скрипнул зубами и не удержалась: посмотрела не мужчину. Тот и правда выглядел…напряженно. Разве что пальцы не сжал в кулаки, но весь так подобрался и глаза блестели холодно и нехорошо.

— Не думал, — сказал так тихо, что его услышала только Рина, — что придется бороться за девушку с другом.

Потом взглянул на Ариану, обжег взглядом и коротко усмехнулся:

— Но ты того стоишь.

После чего махнул рукой Марку и поспешно ушел в подъезд. Дверь с грохотом захлопнулась, гулом спугнув стаю воробьев.

Даже не зная, как прокомментировать услышанное, Рина подошла к Марку.

— Привет, — он протянул ей букет. И тут Рина струсила. Просто банально притворилась пеньком и струсила. Чувствовала, что надо приподняться на цыпочках и поцеловать кавалера, но не смогла. Вместо этого уткнулась носом в сладко пахнущие цветы и прощебетала, как же любит розы. После чего торопливо проговорила, стараясь отвести Марка от темы поцелуев:

— У тебя не друг, а зверь прямо. Но приемы классные. Но такие надо хранить в себе и применять, когда уже полный капец.

— Абсолютно верно. Рад, что вы с Адрианом нашли общий язык.

«Нашли, — подумала Рина, отводя взгляд и несколько поспешно усаживаясь в машину, — прям нашли не то слово».

Почему-то было немного стыдно. Ведь там, в зале, когда Адриан держал ее за подбородок, вдруг на мгновение захотелось плюнуть на все. И самой сделать первый шаг, чтобы снова ощутить тот мягкий огонь, поднимающийся изнутри и сливающийся с жаром мужчины.

И там струсила. Потому что бессмысленно заигрывать с Топом, если ты сама не в Теме. Ничего, кроме истрепанных нервов, в итоге никто не получит.

«Я трус. Трусишка. Самый последний трусливый заяц в стаде или что там у них бывает».

Впрочем, непосредственно на самом свидании Рина немного отвлеклась. Все же Марк очаровывал. Не так, как Адриан, к которому ее тянуло до боли в сердце. Тут скорее было нечто легкое, светлое и игривое. Без надрыва, сомнений, метаний. Разве это не чудесно?