Принц Николас - Эмма Чейз

В бальном зале, держа бокал вина в одной руке и опустив ладонь на узкую спину Оливии, мы приветствуем хозяев, Брента и Кеннеди Масон.

Брент на несколько лет старше меня, но от него веет молодостью. Он не похож на человека, который воспринимает что-то слишком серьезно.

Супруги делают поклон, что для Кеннеди Масон является подвигом, потому как ей мешает заметный беременный животик. Затем мы пожимаем руки, и я представляю Оливию.

– Для нас большая честь видеть вас здесь, принц Николас, – говорит Брент.

Он имеет в виду деньги – для него большая честь видеть здесь мои деньги, потому что именно для этого и организовываются подобного рода вечера. Но мне нравится Фонд Масон: их накладные расходы низкие, а программы помогают реальным людям.

– Но мы скучаем по вашей бабушке, – вставляет Кеннеди. – В прошлом году она была на нашем приеме.

– У нее хорошо получается находиться в центре внимания, – отвечаю я. – Я передам ей ваши слова.

Мы вчетвером беседуем, пока Кеннеди не опускает руку на свой живот, прикрытый синим шелковым платьем.

– Большой у вас срок? – спрашивает Оливия.

– Не такой большой, как вам кажется, – сетует Кеннеди. – В этот раз у нас близнецы.

– Как здорово! – восхищается Оливия. – Поздравляю.

– Спасибо. Наша дочь Вивиан в восторге. И я тоже, если не слишком уставшая, чтобы хоть что-то чувствовать.

Брент пожимает плечами.

– Ты сама согласилась на этот риск, когда вышла замуж за человека с супермощной спермой.

Кеннеди прикрывает свои глаза.

– О господи! Брент, прекрати! Ты разговариваешь с принцем! – Она поворачивается к нам. – С тех пор как мы узнали о близнецах, все, о чем он говорит – о его супергеройской сперме.

Мужчина пожимает плечами:

– Про такое, я считаю, и говорят, это нужно выставлять напоказ. – Затем кивает подбородком в мою сторону. – Он это понимает.

И мы смеемся.

После Масонов мы прогуливаемся по залу, приветствуя других гостей. Я приглашаю Оливию на танец, потому что мне нужен повод обнять ее, притянуть ближе и вдохнуть запах нежной кожи.

– Я не умею танцевать. – Она поглядывает на большую группу людей и шумный танцпол. – Не такие танцы.

Я беру Оливию за руку.

– Знаю. Но я отлично веду. Просто держись крепче и позволь мне вести.

Как и с вертолетом, сначала она не решается, но ее авантюрный характер побеждает.

– Оке-е-ей… Но не говори, что я тебя не предупреждала.

* * *

За ужином я выпил пару бокалов, поэтому обратно на Манхэттен мы решаем ехать на лимузине. Оливия засыпает на моем плече еще на полпути. Когда мы добираемся до города, уже слишком поздно – или слишком рано, кому как. Нам нет смысла возвращаться в номер, поэтому я прошу Логана ехать прямо к квартире Оливии.

Хорошо, что она спит по дороге домой – не думаю, что сегодня ей еще удастся поспать. Потому что снаружи кафе ждут сотни людей.

Меня. А теперь и ее.

Судя по камерам, фото и плакатам – это микс из фанатов, охотников за автографами и фотографов. Можно с уверенностью сказать, что личность Оливии, ее адрес и профессия раскрыты.

– Матерь божья, – Оливия моргает, рассматривая толпу через окно автомобиля.

– Добро пожаловать в мой мир, – хмыкаю я.

– Эй, Ло, когда прибудут дополнительные люди? – спрашивает Джеймс с пассажирского сиденья.

– Завтра, – отвечает Логан.

– Как раз вовремя, парни, – замечает Томми. – Потому что, как говорят американцы, я думаю, нам понадобится лодка побольше.