Экзамен для Принцессы - Катя Киринина

Молча его слушаю и пытаюсь найти смысл в его словах. Он прав. Пусть не во всем, но по большей части – он прав. Я сама себе все придумала, теперь же страдаю ерундой. Совершаю ошибки, за которые мне потом будет еще более стыдно, чем сейчас. Как бы я хотела, чтобы кто-то мне сказал, что делать дальше. Как бы я хотела, чтобы мы вообще никогда с ним не встречались и просто продолжали жить своей жизнью. Но увы, мы встретились. И я влюбилась. И этого уже не изменить. Моя уязвленная гордость катится кубарем вниз и я ничего не могу с этим поделать, так откровенно навязываться, чтобы в итоге не добиться желаемого результата? Боже как стыдно. Но я все равно ему не верю, не может человек так натурально лгать.

-Получается, ты просто развлекаешься?

-Катя, - он смотрит на меня укоризненно, будто обвиняя в собственном безрассудстве. - Мы немного заигрались, я заигрался, но скажу тебе так: ты молодая и очень хорошая, примерная девочка. Я не за себя думаю, а за тебя. Мне хочется, чтобы у тебя было все так, как должно быть, а сегодня не тот день, да и я могу оказаться не тем. Это временно все, тебе это лишь кажется. У тебя не было отношений, и мой простой мужской интерес к тебе как к девушке, перепутала с… - он запнулся, но я прекрасно поняла о чем речь. - В общем, я твой преподаватель и не имею права быть с тобой, целовать тебя и уж тем более спать с тобой. Прости. Это моя вина, я действительно повел себя как мудак, больше не буду.

-Ты боишься, что у нас будут проблемы в университете? - обреченно спрашиваю я.

- Я не держусь за это место, и если меня уволят - не расстроюсь, но рушить твою жизнь и твое будущее - не стану, - Иван достает из кармана пачку сигарет и поддев пальцами одну, прикуривает. - Не нужно было переходить черту, но сейчас уже поздно об этом думать, все уже произошло, но заходить дальше - глупо. Но, Кать, еще не поздно взять себя в руки и включить голову, чтобы не стало все только хуже.

-Я хочу, чтобы это был ты, - капризно надуваю губы, для еще большей убедительности, не хватает топнуть ножкой.

-Прости малыш, так будет лучше, - безапелляционно отвечает он. - Я не могу тебя так подставлять, твоя жизнь только начинается, тебе не нужно это пятно на репутации, а оно будет, если ты свяжешься со мной.

В груди разрастается какая-то черная дыра, кругом одна пустота. Как он так может, ведь все же было хорошо, мы были на одной волне, нас тянет друг к другу, ведь он сам это говорил, что же за какую-то секунду изменилось?

-Зачем ты всю эту дружбу затеял? - горячие слезы катятся по моему лицу, понимаю, что выгляжу жалкой, но мне все равно.

-Хотел узнать тебя получше, - выдыхает он, стряхивая пепел в открытое окно. - Знаю, что нельзя нам быть вместе, но не мог тебя совсем отпустить. Сейчас понимаю, что это было неправильно.

Все это какой-то кошмар, вот правда. У меня нет больше слов, нет сил приводить какие-то аргументы, по сути он же прав, я тоже думала раньше, что это все неправильно, а потом влюбилась так быстро и так сильно, что теперь дыра в груди начинает засасывать все хорошее, что было до него в жизни.

-Отвези меня домой, - обнимаю себя за плечи и тихо плачу.

- Конечно, - Колесников выбрасывает окурок в окно и выключив аварийку, начинает движение.

На протяжении оставшегося пути до моего дома, никто из нас не произносит и слова. Это становилось уже привычным делом: мы ругались, мы выясняли отношения, мы просто молчали. В голове до мелочей  прокручиваю все наши встречи, и пытаюсь убедить себя, что в них ничего не было особенного. Да, мы целовались и не один раз, но это ни о чем еще не говорит, чтобы поцеловаться не нужны чувства. Или нужны? Мне раньше, казалось, это важным, а сейчас все то, что я считала важным обесценивалось. И это была лишь моя вина. Я позволила ему все это сделать.  Мне больше некого винить, кроме себя самой.

Припарковавшись у наших ворот, Иван посмотрел на дом. В окнах не горит свет, как и снаружи не включена подсветка. Это означает только то, что дома никого нет. Как всегда. Дом пустой и безжизненный, как и мое тело. Мне хочется просто свернуться калачиком и плакать, может даже и хорошо, что никого из домашних нет, никто не будет сегодня задавать вопросы, а завтра мне обязательно станет легче. Надеюсь.

- Дома никого нет? –  Иван еще раз посмотрел  на темные окна.

- Не знаю, скорее всего нет, – даже не сразу узнаю свой голос, он охрип. Видимо моя невысказанная боль, расцарапала горло. – Спасибо, что подвез. Я пойду.

- Подожди, – Колесников дотрагивается до моего плеча, и я непроизвольно дергаюсь. – Я не хочу оставлять тебя одну сейчас.

- Все нормально, у нас часто такое бывает. Скоро придет мама, – мне должна быть приятна его забота, но с учетом всего вышесказанного, это не производит должного эффекта, поэтому я медленно выхожу на улицу и нащупывая на ходу ключи, оборачиваюсь.

Мы смотрим друг на друга, немного дольше, чем должны, и никто из нас не знает, что делать дальше. Вроде уже все сказано и сделано. Добавить нечего.

Мне больно. И пустота в моем сердце становится еще больше, чем  прежде. Почему все получилось именно так? Неужели в жизни не бывает хэппи-эндов? Неужели будет всегда так больно? Зачем людям вообще нужна любовь, если она оставляет такую рану после себя. Зачем действительно люди в это сознательно ввязываются? Даже на какой-то процент поняла Ивана и его глубокие мысли по поводу любви.

Одно я знаю точно: так как прежде уже не будет, да и не может быть. Сам того не зная, и не подозревая Ваня открыл перед мной какой-то другой мир. Мир, где нет места уже детским переживаниям. Мир, где ты сам принимаешь решение, или по крайней мере, делаешь выбор принять ли вообще это самое решение.

В доме действительно пусто и темно, поэтому я сразу бреду в свою комнату и ложусь на кровать. Мои мысли витают как мухи, хаотично и беспорядочно. Еще пару часов назад, была решительно настроена внести изменения в наше общение, а сейчас я хочу все забыть. Не знаю, сколько времени так лежу, но неожиданно, мой телефон запиликал. Не хочу смотреть, что там, ничего нового он мне не скажет, а в том, что это Колесников, даже не сомневаюсь. Никому другому не придет в голову мне писать посреди ночи.

«Мне очень жаль», - высвечивается на экране.

Больше ни слова не смог добавить. Жаль ему. А мне как жаль, что хочется застрелиться.

Сначала хочу ответить, мол все нормально, с кем не бывает. Но поборов резкий порыв, решаю просто удалить это сообщение и его номер разом. Если ставить точку, то начинать нужно именно сейчас. Отложив телефон на тумбочку, я встаю и иду в душ, пытаясь смыть с себя запах мужчины, который в попытке не сделать мне больно, однозначно меня уничтожил.