Любимая ученица. Книга 4 - Диана Морьентес

Женя ехидно кивала головой, всем своим видомпоказывая, что не верит. Макс только рассмеялся в ответ, мило пожав плечами.

- У Вас очаровательная улыбка, Максим! - сказалаЖеня по-доброму безо всякого умысла.

- У меня очаровательная теща! - возразил пареньи протянул ей руку. - Пойдемте.

С годами он стал умнее, или хитрее. Да и втораятеща, действительно, лучше, чем предыдущая. Еще бы, ведь Женя старше него всегона десять лет - почти подруга. Они бродили по пустому, гулкому залу будущейдискотеки, по небольшой комнатке будущей кухни, где пока из отштукатуренныхстен только торчат трубы водопровода и газа, по будущему директорскому кабинету- потенциальному месту обитания Макса. Максим легко представлял, как эти серыенеприметные стены и полы, пыльные от строительного мусора, будут выглядетьпосле отделки, а у Евгении с фантазией большие проблемы.

- Какой ужас! - причитала она. - Осталось четыренедели до открытия, а у нас ничего не готово!

- Спокойно, Женя! Мы все успеваем!

- Вы пригласите на открытие своих друзей? -начала женщина с непонятным Максиму смущением.

- Да, конечно, - ответил он простодушно.

- Скажите, Максим... А у Наташи в школе... Ой,да в смысле, у Вас в школе... - мямлила она, - мужчина один... охранникомработал... Такой высокий. Он, вроде, тоже Ваш знакомый?

- Андрей? - переспросил Макс догадливо.

- Я у Наташи фотографии видела, - продолжалаЖеня, - вы там у кого-то дома что-то отмечали... Это еще было, когда Наташаклассе в девятом училась. Потом, когда она к Вам жить ушла, я в ее комнате этифотографии нашла... Этот мужчина тоже там был. Большой такой, крупный. Андрейего зовут?

Макс кивнул и, не отвлекаясь, ждал продолжения.

- Он придет?

- Очень на это рассчитываю, - подтвердил пареньи, снова за руку ведя Женю в будущий зал, спросил с намеком: - Почему Вам такхочется, чтобы он был?

Женя растерялась. Она ожидала вопроса, почемуона спрашивает, не знакома ли она с Андреем, еще какого угодно вопроса, но нетакого конкретного. Нравственные принципы, привитые мамой с самого детства, непозволяли ей, замужней женщине, расспрашивать о других мужчинах. Но Женя такхочет быть современной!

- Вы знаете, он мне нравится, - призналась она,и ее голос чуть не сорвался от собственной смелости. - Еще с тех пор, как я народительские собрания в школу ходила...

- А как же Леша? - спросил Максимдоброжелательно, без обвинений и унижений.

- Леше все равно, - вздохнула женщина. - Мы сним уже много лет просто соседи по квартире. Расскажите про Андрея! Что он зачеловек? Ему можно доверять?

- Он хороший человек, - улыбался Макс, и егоголос эхом разлетался под четырехметровым потолком с выведенными на обзоркривыми проводками электричества. - Только не знаю, насколько он Вам пара. Ноэто уже Вам решать. Андрей очень простой, Вы сами сделаете выводы, и неошибетесь. Могу только сказать, он совершенно не целеустремленный. Это меня внем просто бесит! Зарабатывает копейки, живет с братом и его семьей. И носитсвитера десятилетней давности.

- Ну, постоянство - это хорошо! - пошутилаЕвгения, слегка покраснев.

Ей явно было непривычно вести подобныеразговоры, и Макс не стал навязываться. Хотя эта новая сплетня еще долго недавала ему покоя. Но, раз уж между ними возникла такая раскованность,откровенность, то и Макс решил поднять вопрос, который волновал и его.

- А Вы знаете имя Наташиной настоящей матери? -поинтересовался он у своей тещи.

- Не знаю, - огрызнулась та. Похоже, это больнаятема.

- Не Лидия, случайно? - подступился мужчинаробко.

- Я не знаю!

- Скажите, Женя... А... Наташа родилась второгомая? Или двадцатого, как написано в ее паспорте?

На Женины глаза набежали слезы: она четкоосознала, что ход этой истории уже необратим. Только смотрела Максиму в глаза,изредка отворачиваясь вздохнуть и набраться сил, и снова поднимала на неговзгляд. В этом зале нет окон, и все освещение только от переносного прожекторастроителей, который валяется на полу и ярко слепит Женино лицо. Освещениеснизу, как правило, не украшает людей. Женя повернулась спиной к лампе и кМаксиму.

- Мы добавили нолик. Дату надо было поменять,иначе соседи бы все поняли. И мы просто добавили нолик... - она укусила себя загубу, чтобы не расплакаться: все поняла. Но спросила: - Откуда Вы это знаете?

- Лидия учится со мной в аспирантуре, на той жеспециальности, на том же курсе, - объяснил Макс. - Мы подружились, а однаждыразговорились под вино, и она рассказала мне историю, очень похожую на ту,которую Вы мне рассказывали о Наташином рождении. Да, кстати, она называла своюброшенную дочку Эвелинкой, и у меня сомнений не осталось. Сочи - маленькийгород.

Женя повернула к нему голову, терпеливо, нотихо, едва различимо, спросила:

- Наташа уже знает?

- Нет, - спокойно покачал Максим головой.

- Я всегда этого так боялась! - воскликнулаженщина. - Бросили ребенка в Сочи, в Сочи удочерили... Чего еще было ожидать? -тут же принялась рыться дрожащими руками в сумочке и вскоре все же выудилаоттуда носовой платочек. Протерла слегка поплывшую тушь. Макс подошел иутешающее приобнял ее за плечи, и женщина тут же простонала: - Максим, неотбирайте у меня дочь! Это все, что у меня есть!

Слезы хлынули уже совсем неудержимо, и Женязарылась в его объятия, не дожидаясь взаимности.

- Мне шестнадцать лет понадобилось, чтобыполюбить ее! - выла Женя, пытаясь прервать рыдания, чтобы высказаться. - Онасамый близкий мой человечек! Несмотря ни на что! Я ей все простила! - ссылаласьЖеня на что-то, чего Максим еще не знает. - Это мой ребенок, Максим, понимаете?Вы же знаете, что такое ребенок! Не отбирайте у меня Наташу!

- Успокойтесь! - просил Максим тихо. Такжевсегда успокаивает Катюшку: голосом и нежными поглаживаниями. - Я Вам не враг.Успокойтесь. Я не собираюсь ей об этом рассказывать.

- Тогда зачем Вы вообще лезете в эту историю? -не сдержалась Евгения.

Да, действительно, - зачем? Зачем выпытал этопризнание у Лидии? Зачем рассказал сейчас Евгении? Зачем он причиняет больдругим людям? Зачем делает то, что ему хочется, наплевав на остальных? Затем,что эгоист, всегда таким был и навсегда таким останется.

- Я люблю Вашу дочь, - говорил он Жене тихо наухо, и его шепот, разбавленный строительной акустикой, звучал просто магически.- Я ее люблю, Женя. И мне интересно все, что ее касается. Я хочу узнать все: еепроисхождение, ее характер, судьбы ее родителей, даже если их больше двух.Понимаете, Женя? Это касается моей девушки, и мне интересна любая мелочь, а ужтакие детали - тем более. И я стремлюсь просто знать. Я не хочу вмешиваться! Яне буду вмешиваться. Успокойтесь. Доверяйте мне.