Милые развлечения - Стелла Камерон

Прежде, чем Перис подняла трубку, телефон на столике рядом с ней успел звякнуть четыре раза.

– Да? – В комнате стало почти совсем темно. Должно быть, она уже долго сидит в своем любимом кресле-качалке.

– Перис?

– Да.

– У тебя голос чужой.

Перис продолжала смотреть туда же, куда смотрела с того самого момента, как опустилась в кресло – на дверь.

– Перис!

Она подпрыгнула:

– Да!

– Не вешай трубку. Это Тобиас. Послушай меня.

Она так крепко прижала трубку к уху, что ей стало больно. Ее нездоровое желание – чтобы Тобиас сейчас оказался рядом с ней – вызвало у нее смешок.

– Что смешного?

– Ничего. – Неужели она рассмеялась вслух?

– Послушай, Плакса. Я просто хотел убедиться, что с тобой все в порядке.

– Да.

– Раньше…

– Я прекрасно себя чувствую, Тобиас. Просто великолепно. Никогда себя лучше не чувствовала. Еще немного – и я бы летала.

Он замолчал. Еще немного, и он бы пустился в дальнейшие рассуждения о том, какое значение имеют женские груди для каждого отдельно взятого мужчины и где ее место в этой картине мироздания.

– Что-то случилось?

– Случилось? – Перис медленно откинулась на высокие перекладины кресла из красного дерева. – А почему ты об этом спрашиваешь?

Он помолчал и сказал:

– Я беспокоюсь.

Предпринимаются шаги, чтобы спровоцировать ее на какое-либо действие.

– Постарайся выразиться яснее, – сказала она. Кто-то хочет, чтобы она попросила помощи. Да, помощи.

– У тебя такой голос, словно ты чем-то расстроена.

В ее дом кто-то вторгся, но никаких доказательств у нее нет.

– Что значит чем-то расстроена?

– То и значит. Ты сама себя не слышишь? Ты так обычно не разговариваешь. У тебя агрессивный тон.

– Агрессивный?

Опять молчание.

Где-то в городе какой-то человек или люди ждали от нее ответных действий.

– Перис, как твоя голова?

– А что? – Как раз сейчас, кто бы ни рассматривал ее новые изделия, он ожидает, что она начнет действовать. – Почему ты об этом спрашиваешь?

– Ты одна?

– Да. То есть… Думаю, это совсем не твое дело.

– Не мое. Но, судя по голосу, с тобой что-то не в порядке, и я просто хотел узнать, есть ли кто-нибудь, кто бы позаботился о тебе.

– Я уже не ребенок.

Было слышно, как он вздохнул.

– Я этого и не говорил. То, что произошло сегодня днем, – очередное недоразумение.

– Спасибо, что позвонил, Тобиас.

– Не вешай трубку!

Место на верстаке расчистили, чтобы положить бумагу и сделать набросок с моих работ.

– Головная боль… И вообще ты выглядела усталой. Это ведь из-за меня?

Альдонза играла с бумажкой – Перис, оказывается, имела все основания вызвать полицию. Она потерла висок.

– Послушай, Перис. Прости меня, ладно? Почему мы не можем общаться, как цивилизованные люди?

– Мне надо…

– Работать? – Он рассмеялся. – Ты же знаешь поговорку насчет работы.

– Моя работа чуть не убежала. Я совсем отупела.

– Ну уж. Мне так не кажется.

Наверное, именно поэтому все годы он баловал ее вниманием.

– Сегодня, – сказал он своим гипнотическим голосом, – я неправильно повел себя и все испортил. Но ты не та женщина, которая дает мужчине другой шанс. Мне трудно это сказать, но, я думаю, мы можем понадобиться друг другу. Мы могли бы встретиться и все обсудить?

Он думает, что она в нем нуждается. Может быть, просто потому, что он знал истинные причины ее проблем с коллекцией украшений и предвидел, что ее ждут гораздо более серьезные проблемы, чем она думает?