Опасная любовь - Бренда Джойс

Девушка дышала с трудом. Как только она выйдет из кареты и отпустит кучера, дороги назад не будет. Но в ее намерения не входило отступать. Она хотела двигаться только вперед – к Эмилиану.

Широко распахнув дверцу экипажа, она выбралась наружу, трепеща всем телом. Несмотря на всю свою решимость, никогда в жизни девушка не испытывала столь сильной нервозности и беспокойства. Слишком высоки были ставки.

Она рассеянно улыбнулась кучеру, так как внимание ее было целиком приковано к кострам, горящим по периметру цыганского лагеря. Он был где-то поблизости, и он ждал ее . Ариэлла решилась.

– Благодарю вас, – сказала она.

Поклонившись, он спросил:

– Подождать вас, мисс?

Она намеренно не сообщила этому человеку своего имени. Ариэлла не сомневалась, что, будучи неглупым человеком, кучер и сам догадается, кто она такая, но все же надеялась, что он сочтет ее приехавшей с визитом гостьей. Если же кучер узнает ее, то ее репутация – или то, что от нее осталось, – будет навсегда загублена, потому что есть лишь одна причина, по которой леди решится тайком покинуть свой дом в столь неурочный час. Саму ее это не особо заботило, но вот родители пришли бы в ужас, случись им узнать о ее похождениях.

Но об этом она станет беспокоиться позже. Она качнула головой, отпуская экипаж.

Кучер ухмыльнулся и натянул поводья. Вскоре карета растворилась в ночи.

Сердце Ариэллы неистово колотилось в груди, и, почувствовав на коже капельки пота, она сняла плащ. Тело ее, казалось, вибрировало от напряжения. Едва смея дышать, она направилась по подъездной аллее, оступаясь в своих узеньких туфельках на каблуках, но не обращая на это внимания.

Постепенно она прибавила шагу, затем пустилась бегом, направляясь через поле к стоящим крэгом кибиткам. По мере приближения пламя костров становилось ярче, освещая ей путь.

Непривязанные лошади свободно бродили по округе. Она миновала первую кибитку и поспешила дальше, ближе к кострам – у Ариэллы и в мыслях не было прятаться. Резко остановившись и с трудом восстанавливая дыхание, она заметила около полудюжины танцующих цыган. Эмилиана среди них не было.

Музыка показалась девушке более экзотичной, приглушенной и чувственной, чем накануне, темп ее был замедленным – будто давние любовники неспешно касаются и ласкают друг друга, разыгрывая прелюдию к неминуемо последующей за этим буре страсти.

В этот момент Ариэлла заметила Эмилиана. Он смотрел на нее с противоположного края площадки.

Она поняла, что он ждал ее.

Глаза его, серебристые и сияющие, встретились с ее глазами.

Девушка забыла, что нужно дышать. Эмилиан двинулся к ней, оставив лагерь позади.

Казалось, музыка прекратилась. Шаги его были намеренно широкими, но неторопливыми. На губах его появилась соблазнительная улыбка, о которой Ариэлла так мечтала. Сколько в ней было чувственного обещания!

Наконец Ариэлла сумела сделать вдох. Она принялась рассматривать Эмилиана. Он был облачен в красную рубашку с длинными рукавами, подпоясанную черным кушаком, и черные узкие брюки. У ворота рубашки имелись веревочки, но они не были завязаны и разлетались при ходьбе, обнажая ключицы.

Ариэлла ощутила невообразимое возбуждение. Кожа ее пылала огнем, лоно увлажнилось, но это больше ее не пугало.

Эмилиан остановился перед ней, и она почувствовала исходящий от него запах: смесь мускуса, виски и цитруса. Хотя тела их не соприкасались, она также ощущала жар его тела, распространяющийся волнообразно во все стороны. Опустив свои густые длинные ресницы, он произнес:

– Итак, ты проглотила наживку.

Ариэлла не в силах была выдавить из себя ни слова.

– Я очень боялась, что… ты можешь уйти… утром, – наконец молвила она.

Ресницы его взлетели вверх, и ее ожег презрительный взгляд.

– Ты не приняла во внимание моих предостережений, милая? – Он провел рукой по ее щеке.

Наслаждение перескакивало, подобно искрам, от его пальцев к ее коже, спускаясь с шеи на грудь. Соски ее напряглись. Ариэлла не могла ничего сказать.

Эмилиан и без того все знал. Он провел пальцем по шее Ариэллы, чувствуя, как от его прикосновения учащается ее пульс.

– Я хотел, чтобы ты пришла, – прошептал он.

Ариэлла нервно облизнула губы.

– Я не могу позволить тебе уйти.

– Сегодня ночью я никуда не пойду без тебя.

Не такого ответа она ожидала, но это не имело значения.

– Ты знал, что я приеду к тебе сегодня.

Эмилиан продолжал гладить ее щеку.

– Да.

Она задержала его руку и поцеловала ладонь.

– Ты такая красивая, – прошептал он, – такая храбрая… отважная.

Она прикрыла глаза, ощущая на языке солоноватый вкус его ладони и чувствуя легкое головокружение. Желание было таким огромным, что полностью подчинило ее себе. Ариэлла была не в состоянии ни думать, ни говорить.

– Я никогда прежде не поступала столь опрометчиво.

Она наблюдала за тем, как он отнял руку, но лишь для того, чтобы положить ее ей на шею и ключицу.

– Знаю, – сказал Эмилиан, игриво касаясь ее пальцами. – Дозволено ли мне научить тебя особому виду храбрости, пока ночь не подойдет к концу?

– Ты можешь научить меня всему, чему захочешь, – чуть слышно сказала девушка.

Его глаза засияли особым светом, а на губах снова появилась улыбка. Он взял ее руку и, поднеся ко рту, принялся слегка покусывать кончики пальцев, даря ей изысканное наслаждение.

– Такое приглашение я никогда не смогу отклонить.

Ариэлла замерла, когда он стал тереться губами о ее ладонь. Потом Эмилиан медленно выпрямился и притянул ее к себе, одной рукой обняв за талию, а другой лаская грудь через ткань платья. Его скользящее прикосновение было подобно пламени. Пальцы его переместились ей на шею, и Ариэлла судорожно сглотнула. Улыбнувшись ей, Эмилиан вынул из ее волос сначала одну шпильку, затем еще одну.

Постепенно он распускал ей волосы, заставляя трепетать всем телом, и наконец отбросил шпильки прочь.

– Я могу так много сделать за одну ночь, – пробормотал он, даря ей улыбку, в которой были заключены неведомые ей секреты. – Я научу тебя тому, что умею сам. Надеюсь, ты готова к бесконечному наслаждению. – Он запустил руки ей в волосы.

Ариэлла сдалась на милость своему всепоглощающему желанию. Большие ладони Эмилиана порхали в ее волосах, распуская тугие кудри, и всякий раз, когда он проводил руками по ее голове, лицу, плечам, напряжение лишь усиливалось. Плоть ее трепетала и томилась. Колени Ариэллы подогнулись, и она упала бы, не подхвати ее Эмилиан.

– Тогда одной ночи будет недостаточно, – прошептала она, ощущая прикосновение его рук к своим ягодицам.