Несовместимость - Илана Л

– Держи, там небольшой тебе подарочек, – она протянула мне подарочный пакет, – мы так шикааарно отдохнули, – потрепала рукой по волосам.

– Ещё бы, больше месяца вас не было, – а меня прямо зависть заела. Ну почему у меня всё не так? С этим пузом из дома стыдно выйти, не то что по заграницам мотаться. За то после родов оттянусь по полной.  – Пошли на веранду. Посидим, отметим, поболтаем.

Я сидела в плетёном кресле на веранде, положив ноги на подставку, стоящую около меня. Жанна умостилась рядом, эмоционально рассказывая о поездки с мужем в Швейцарию. То и дело бросала взгляды на ее обручальное кольцо. Моё, естественно, не было хуже, но не смогла не думать о том, что Рома так свое кольцо и не надел. Отделывался глупой фразой:" Где-то потерял ".

Очень хотелось пойти и купить самой ему кольцо, но заранее знала, что эта выходка будет иметь последствия.

Видела, что Рома бесился и ссоры я сама провоцировала, но не могла держать себя в руках. Как собаке бросил в лицо:" Возвращаюсь из-за ребёнка ". Ну, уж нет, дорогой, я ещё не отыграла свой последний раунд. Посмотрим, как твой ребёнок перевесит чашу весов.

А я потерплю. Не гордая. К тому же, выигрыш того стоит.

– Рассказывай, – долетело до моего уха.

– Что? – уставилась на Жанку в полном недоумении. Мысли об этой " сладкой парочке " совсем лишили меня покоя.

– Ты со мной? – подруга пощелкала пальцами перед моим носом, - Ау, - смеялась она.

– Да, тут, да тут, – криво усмехнулась я в ответ.

– Ты, о чем думаешь? Часом не о муженьке?

Слова, сказанные явно в сарказменном ключе, затопили меня бешенством. Но я виду не показала. Вот не дождется. Не всем же везёт, как ей: и богатый, и красивый, да ещё любит.

– Вот и не угадала, – безразлично бросила я и потянулась к бутылке с вином.

– Эй, Ань, ты беременна... – Жанка попыталась перехватить мою руку. Какая заботливая!

– Да помню я, помню. Немного можно для здоровья, врачи даже рекомендуют.

Жанна с сомнением уставилась на бутылку.

– Аня, не играй с огнём. Может, от одного раза ничего не будет. Но зачем рисковать?

– Ты будешь? – насмешливо бросила я, игнорируя её поучительный тон.

– Давай, только чуть-чуть.

Я разлила вино по бокалам и немного пригубила.

– Вкусное.

– Десять лет выдержки, – протянула она, тяжело вздохнув. И тоже сделала глоток.  – Так что там у тебя? Как ты себя чувствуешь?

" Паршиво я себя чувствую. Не могу представить себя в роли матери. Каждый день одно и тоже: плач, пелёнки, подгузники. И вечно всем недовольный Рома, –от представленной мысленно картины аж скулы свело".

Но вслух я сказала:

– Хорошо. Как видишь – растём.

– Молодец. А с Ромой как?

Ну не говорить же ей "раньше мы хоть как-то создавали видимость семьи, но теперь и этого нет. О твари своей всё время думает. И не спит со мной.  Вечно сижу дома, с собой не берёт. Брезгует. Бешенный ходит. И наше общение ограничилось " привет – как дела ".

Задвинула свои отрицательные мысли подальше. Подружке знать необязательно чего мне стоило вернуть его домой.

Не могла не вспоминать какими побитыми глазами смотрела на меня эта стерва, когда я бросила снимки УЗИ. Уела её. Она о таком может только мечтать.

– Налаживается, – абстрактно бросила я.

И не cмогла не улыбнуться. Прямо бальзам на душу, когда вспоминаю тот день.

Одно было страшно: нажалуется Роме, что я приходила, – потревожила её, такую несчастную, и пиши–пропало. Пришлось доктора искать. Но всё обошлось как нельзя лучше. Ромины квохтанья надо мной очень умиляли.

Жанна недоверчиво изогнула бровь.

– Да? – протянула она, – а я думала тебе придется попотеть. Видимо, так любил эту Дашу.

– Тоже скажешь. Она мне не соперница.

– Но он же бросил тебя, ушёл к ней, – напомнила она и подлила масла в огонь. – Ты же знаешь, что она работает с моим Игорем? – не замечая моего замешательства, продолжала щебетать Жанна.

Как не знать. Именно благодаря этому факту я могла хоть какие-то подробности выведать o жизни Ромы.

– Расскажи, какая она, – неожиданно спрашиваю ее, – ты, ведь, ее хорошо знаешь. Вы же общались, когда она жила с тем придурком, который за ней вечно таскался?

– Да не особо мы и общались, – пожала она плечами, – Даша – закрытый человек. Но мой Игорь о ней хорошо отзывается. Кстати, этот придурок, как ты его назвала, замуж ее позвал.

– Серьёзно? – от радости чуть не выронила бокал из рук, – и? Она согласилась?

– Вроде, да.

От Жанкиных слов у меня закружилась голова. Облегчение заполнило каждую клеточку тела. Ох, пусть выходит замуж, и уезжает в Германию!

А Рома свыкнется. Вот рожу ребенка - и начнётся новая жизнь. Другая. Он ещё рассыпeтся в благодарностях за то, что родила. Да и не я его бросала, а его шлюха. Вот теперь поймет кому он дорог.

Эта идиотка очень быстро сломалась, даже не боролась.

А мне и на руку. Просто так мне взять и отказаться от красивой жизни? Ни за что!

Даша

Настойчивый звук мобильного телефона вынуждал проснуться, вырывал из объятий Морфея. Я размахивала руками, укрылась с головой в одеяло и не собиралась возвращаться в суровую реальность. Мне снилась девочка. С огромными серыми глазами и медовыми длинными волосами. Настоящий ангелочек. Она всегда мне улыбалась и приветливо махала маленькой ручкой. Я во сне никак с ней не взаимодействовала, просто со стороны наблюдала как эта улыбчивая крошка поднимает вверх ручку и с любовью посылает мне " привет ", а затем мягкий воздушный поцелуй. После таких снов я всегда просыпалась воодушевленной, могла горы свернуть. Не могла объяснить своей реакции, но этот ангел подзаряжал меня энергией, дарил неземное счастье, переполнял радостью. Хоть я и знала, что она –  сон и в жизни её не существует, но с огромной надеждой ждала повторения видения. И оно повторялось! Не каждую ночь. Но повторялось! И я снова подскакивала с постели бодрая, весёлая, счастливая.

Телефонная трель не унималась, заставляла вынырнуть из своего видения, " прогнать " девочку. Я сопротивлялась. Нет! С девочкой мне тепло, уютно, по-домашнему! Но звук не умолкал...

Я с трудом открыла глаза, от былого тепла не осталось и следа. Чувствовала себя разбитой. Глянув на дисплей, даже не удивилась, увидев имя звонившего. Лёша.  Он всегда делал вид, что не помнит просьб оставить меня в покое, не вспоминал моих грубых слов и недовольных взглядов, холодности, отчуждённости. Я прекрасно осознавала – мы не друзья, он просто надеется, что однажды я передумаю, вернусь. Вернусь... И мы заживем как прежде...От этой бредовой мысли появлялся горький привкус во рту. Никогда уже не будет как прежде. Боль стихнет, но в памяти останется печаль, которая срастется в тонкий рубец горестных воспоминаний.   Я знала, что Рому надо отпустить. Время справится. Но из памяти стереть его не получалось, наглухо остался там – не уничтожить, не выжечь.