Мама на Рождество - Екатерина Орлова

— Любить было красивее.

Кил кивает, сворачивая с главной дороги на второстепенную, по которой быстрее всего можно доехать к нему домой.

— Тебе не кажется, что события развиваются слишком быстро?

— Кажется. И я, откровенно говоря, в шоке, от того, насколько все стремительно происходит между нами. Но в то же время мне это нравится. Разве это не Рождественское чудо, что мы с тобой встретились?

— Ох, ты еще не знаешь, во что ввязываешься, — качаю головой.

— Тем интереснее, — он подмигивает мне, а потом сворачивает на свою подъездную дорожку. Останавливается, пока ждет, чтобы ворота гаража открылись.

— Но почему ты не дал мне поехать на своей машине? В твой гараж помещается две.

— Чтобы ты не могла сбежать. Я хочу, чтобы эту метель мы переждали втроем. Такой себе социальный эксперимент, как мы уживемся.

— Может, я не хочу в нем участвовать.

— Не обманывай саму себя. Нам хорошо вместе, — говорит он спокойно, загоняя машину в гараж и нажимая на кнопку, чтобы ворота опустились за нами.

— Да, в постели.

— Ну почему только в постели? Нам нравятся похожие фильмы, еда, с тобой интересно играть в настольные игры.

— Особенно обманывать меня во время игры, — бурчу я, открывая свою дверцу.

— Честно играть неинтересно, — говорит Кил, обходя машину.

Я забрасываю на плечо свою сумку. А он берет меня за руку и ведет к двери в дом. Но перед ней останавливается, заключает мое лицо в ладони и целует в нос.

— Мне давно не было так хорошо рядом с женщиной, — говорит приглушенным голосом. — Впервые за долгое время я расслабился и не думаю о том, что сказать и как поступить. Такое я могу себе позволить только с родителями, и, поверь мне, это ощущение дорогого стоит. Кстати, ты стала первой женщиной, которую я привел в этот дом.

— Может, поэтому ты на меня запал? — подкалываю его. — Возможно, тебе стоило приводить каждую, и тогда гораздо больше женщин прошли бы твой строгий отбор?

— Ох, и договоришься ты сегодня, Эрика Коулман, — он с улыбкой качает головой. — Идем, надо отпустить миссис Торн.

Киллиан открывает дверь и входит в дом, а я следую за ним.

— Но что, если я облажаюсь?

— Наверняка я тоже облажаюсь, и не раз. В этом и заключаются отношения, разве нет?

— Лажать?

— Несмотря на то, что облажался, попытаться все исправить. Ну, и стараться не лажать.

— Мама, — негромко зовет Милли еще до того, как мы выходим из-за угла. Как она нас услышала или увидела? А потом я слышу это: — Я не люблю кроликов.

— Но они же такие милые, — слышу женский голос и хмурюсь. Панда и миссис Торн уже называет мамой. Бедный ребенок.

Шаги Киллиана ускоряются, и я спешу за ним. Едва он входит в гостиную, я слышу, как сильно меняется его голос, когда он буквально громыхает:

— Ты какого черта здесь делаешь?

— Приехала повидаться с дочерью, — отвечает женский голос, и я резко торможу, чтобы даже не показываться в гостиной. — Я отпустила миссис Торн, чтобы она не попала в метель.

— Алекса, выметайся, — рычит Киллиан.

— То, что мы теперь в разводе, не говорит о том, что я лишена родительских прав.

Я делаю шаг назад, потом еще один и еще. Хочу сбежать отсюда. Не знаю, как буду без машины добираться до дома, но зато точно знаю, что не хочу быть свидетелем семейной драмы. Хочется отругать Кила и его бывшую жену за то, что ссорятся при ребенке, но прикусываю язык, потому что это не мое дело. Еще шаг, а потом меня к месту пригвождает суровый голос Кила:

— Эрика, стой, где стоишь!

Я зажмуриваюсь. Прямо сейчас хочу испариться, потому что Алекса наверняка теперь заинтересуется той, которую Кил привел в свой дом. Вот черт! Ненавижу скандалы и выяснения отношений.

Глава 23

Киллиан

Я смотрю на Алексу и борюсь с желанием прибить ее на месте и тут же заменить другой, стоящей за моей спиной. Как бы Эрика не врала о том, что не любит детей, я вижу, как она общается с Милли. У моей девушки — задерживаюсь на этой мысли, в который раз смакуя на языке ее новый статус, — с моей дочерью полное взаимопонимание. Мне даже кажется, что она лучше понимает Панду, чем мать ребенка. Тут дверь в гараж за моей спиной хлопает, и я сжимаю челюсти, на секунду зажмурившись. Ткнув пальцем в сторону Алексы, ментально пригвождаю ее к месту, а сам разворачиваюсь и быстрыми шагами преодолеваю расстояние от кухни до гаража.

— Эрика! — рявкаю, распахнув дверь и захлопнув ее за собой.

Эрика резко разворачивается лицом ко мне и выставляет руки так, как будто я собираюсь ее атаковать. Это немного отрезвляет, и я останавливаюсь, глядя на нее.

— Слушай, я не хочу участвовать во всем этом, — говорит она, кивая на дверь в дом. — Вам с женой… бывшей женой… нужно выяснить отношения, а я в это встревать не хочу. Пожалуйста, не втягивай меня в ваши дрязги.

— Эрика, — делаю шаг к ней, но она отступает назад. Я хмуро смотрю на нее. — Алекса попала сюда случайно. В смысле, без моего на то согласия. Неужели ты думаешь, что я бы привел тебя домой, зная, что она здесь?

— При чем здесь это? — всплескивает она руками. — Разве я тебя в этом обвинила?

Снимаю шапку и провожу рукой по волосам. В голове такой бардак, что я уже не понимаю, кто и в чем меня обвиняет. Я просто хочу, чтобы Алекса свалила из моего дома, уложить дочку спать и наконец почувствовать Эрику в своих руках по-настоящему.

— Вернись, пожалуйста, в дом, — прошу я. — Сейчас я от нее избавлюсь.

— Как, Кил? На улице начинается метель.

— Я успею. Только вернись в дом, пожалуйста. Забери Милли в ее комнату, а я все решу. Пожалуйста, доверяй мне.

Эрика еще пару секунд колеблется, а потом обходит меня и, сбросив вещи в прихожей, идет в гостиную.

— Милли, крошка, пойдем в твою комнату? — слышу голос Эрики. — Покажешь мне свои игрушки.

— Эй, дамочка, отойдите от моего