Огненный подарочек в академии - Елена Шмидт

— И что ты предлагаешь?

— Если капнуть на ладошку одну каплю и слизнуть, то голос станет более…

— Писклявый, — добавила я.

— Примерно, — кивнула она, — так что это уже будет не твой голос, и он тебя точно не узнает.

— Спасибо, — поблагодарила я и, зажав пузырёк, отправилась на полигон. Стоило мне покинуть здание общежития, как в кармане завозились.

— Брь, — выскочил фамильяр и взобрался ко мне на плечо.

— Переживаешь? — спросила у него.

— Брь, брь, — ответил он мне. Странно, но я буквально ощущала идущие от него волны позитива. Маленькое существо старалось приободрить меня.

— Прорвёмся, — вздохнула я, шагая по аллее, — впервые, что ли.

Не доходя метров сто, когда до меня уже стали доноситься крики выплёскивающих силу боевиков, остановилась и посмотрела на пузырёк. Открутила крышечку и капнула одну каплю. Слизала.

— А-а-а… — попробовала голос. Вроде ничего не изменилось. Может, старые? Решила капнуть ещё одну. Снова лизнула. — А-а-а… — опять ничего. Капнула третью. Снова попробовала. Показалось, что голос, и правда, стал выше. Вздохнула с облегчением и пошла дальше.

— А Лейгар! — увидел меня Валль Ино. — Пришла?

— Да, — пискнула я, словно зажатая котом мышь. Голос неожиданно стал очень высоким и резким. Правая бровь мужчины удивлённо ползла вверх, а мои глаза округлились. Хорошо он их не видел, очки тщательно скрывали мои эмоции.

— Лейгар? С вами всё в порядке? — Я кивнула, лихорадочно соображая, что ему ответить. — Что у вас с голосом?

— Не знаю, может, воды напилась холодной, — пищала я. Голос теперь резал по ушам, и я видела, как морщится Тони, слушая меня. — Не обращайте внимания, всё нормально.

— Уверены? — он разглядывал меня словно диковинную зверюшку, случайно встретившуюся ему, и молчал.

ГЛАВА 6. Энтони Валль Ино.

Как только я прилетел на Геликос, то сразу отправился в Мириамскую академию магических искусств. Портал строить не стал, так как планета тщательно охранялась от постороннего влияния, и я не захотел лишний раз нарушать поле. Здесь всеми силами старались сохранить магию, что всё реже и реже стала встречаться в сопредельных мирах.

Место, выбранное для Академии, мне сразу понравилось. Недалеко от города, но рядом, что очень важно для таких мест, никто не проживает. Огромное каменное плато тянулось с одной стороны к горизонту, севернее от него виднелся смешанный лес. Высокие стены тщательно охраняли учащихся от любопытных глаз. Старинное строение дышало многовековыми тайнами и загадками, что сразу напомнило мне о годах моей учёбы.

Первым делом навестил ректора. Приятный мужчина средних лет — Оливер Лаун, постарался сразу ввести меня в курс дела. Обучающихся огневиков у них пока было немного, из женщин такой магией владела лишь одна. Я усмехнулся про себя. На уровне подсознания я всё ещё не терял надежды, что встречу где-нибудь Айрин. Всё же мне хотелось заглянуть ещё хоть раз в глаза, где живёт пламя, чтобы узнать, счастлива ли она. Интересно, знала ли она тогда, что огонь её стихия? И проявился ли он у неё сейчас? Где-то внутри тлела слабая надежда встретить девушку здесь. «Не потому ли я согласился?» — спрашивал сам себя.

Корпус, где проживали преподаватели, был одноэтажным и стоял отдельно от основных зданий. К нему вели три дорожки, выложенные каменной брусчаткой. Вокруг было много тщательно ухоженной зелени, здание буквально утопало в пышных кустах. У меня даже закралось подозрение, что кто-то специально подпитывает растения магией, настолько яркими и пышными они были.

У каждого проживающего здесь профессора был свой отдельный вход, по краям дорожек, что вели к дверям, росли ухоженные кусты декоративной дидерики, скрывая гостей и посетителей от чужих глаз. И это очень мне понравилось. Я не был сторонником тесных знакомств, а потому отдал должное тем, кто строил это гостевое здание.

Внутреннее помещение состояло из трёх комнат: небольшая гостиная, спальня и кухня. Добротная мебель, дорогие шторы, мягкий ковёр под ногами — всё создавало атмосферу уюта. Я разложил вещи и отправился прогуляться по территории, посмотреть, что, где находится. По всей видимости, занятия недавно закончились, и моя персона тут же вызвала у всех интерес. Я старался не замечать жаркие взгляды молодых адепток, очень надеясь, что скоро все ко мне привыкнут. А когда узнают, что мне никто не нужен, оставят попытки со мной сблизиться.

Зашёл на кафедру боевого отделения познакомился с несколькими преподавателями — мужчинами. День прошёл незаметно, к вечеру сходил в столовую. Поужинал за отдельными столиками для профессорского состава. Уже почти стемнело, когда я решил прогуляться до местного полигона, местоположение которого выведал у профессора Гетса, который на радостях, что я заберу у него огневиков, чуть не полез ко мне обниматься.

Подходя, увидел, что ночное небо заливает отсвет полыхающего огня. Вначале мелькнула мысль, что кто-то занимается, но потом что-то насторожило меня, и я, прибавив шаг, почти добежал до полигона. Стройная фигурка со всклоченными волосами буквально исходила пламенем. Он летел с её рук мощным потоком, бился в стену и, отскакивая от неё, рассыпался то искрами, то языками горячего пламени, которые почти лизали девушку. Я бросился к ней, подскочил, накрывая руками её ладони и рисуя в воздухе руну подчинения.

— Дыши! — закричал я ей, почти уверенный, что она не в курсе, как справиться с разбушевавшийся стихией. — Пятую руну помнишь?

— Да, — пролепетала едва слышно она. — Быстро рисуй в памяти! — скомандовал ей. — Дальше руна — «Сила Земли», и наконец, руна «Подчинения Света». Ты что, простого не знаешь? — Я был в шоке, девчонка могла выгореть в два счёта. Что преподавал им этот Гетс, если она простого не знает?

— Нет, нам про это не говорили, — пробормотала девушка, по всей видимости, стараясь сделать всё, что я велел. И у неё получалось. Я видел, как огонь медленно иссякает.

— Вот и всё, — с облегчением выдохнул и отпустил её. — Можешь открывать глаза, — разрешил, думая, что она боится. Но она продолжала стоять, не двигаясь, и молчала. Вот хотелось бы мне знать, какого лешего она с таким уровнем и подготовкой делает ночью на полигоне?

— Назовите свою фамилию, адептка. Почему вы занимаетесь одна? — решил внести ясность.