Пустой - Мария Берсенева

– Как ты?

– Никак.

– Я звонила Эле, – сказала Ася про девочку, у которой мы брали вес, – она не виновата.

– Я всё понимаю.

– Поехали домой. Я попросила нам с тобой выходные на завтра.

– Отлично.

Мы собрались и потащились к метро. Всё ужасно: метро, переходы, электричка. В электричке мы сидели молча и

общались лишь в сообщениях. Мы обе знали, как нам дерьмово. Смотрели друг другу в стеклянные глаза и каждая из нас молча и по своему умирала.

Мы вышли из электрички. Наконец-то, мы вышли из чёртовой электрички. Я чувствовала нереальную слабость в ногах. Мне казалось, что вот-вот мои кости сломаются и я упаду на асфальт. Внутри меня было особо странное чувство тем утром.

– Ась, я хочу зайти в магазин, чтобы после сна поужинать, вроде у нас ничего не осталось из еды.

– Да, давай зайдём, – отвечает она.

Мы подошли ко входу в магазин, дернули дверь, но она оказалась закрытой. Странно, ведь этот магазин работает даже ночью.

– Ну ладно, – говорю я, – пойдём быстрее спать. Сил нет.

От станции до дома мы шли молча, потому что у обеих было ужасное состояние. Мы почти уже подошли к дому. И тут…

Я останавливаюсь в нескольких метрах от подъезда, рядом в стопор встаёт Ася и смотрит на меня. Я не ожидала всякое, но не это.

– Мам? – испуганно попятилась я назад.

С одной стороны я была рада видеть её спустя такое долгое время, но с другой – я понимала, зачем они с папой здесь.

– Доченька, – заплакала она и подошла поближе, чтобы меня обнять.

Я обняла маму и через её плечо увидела сначала папу, а рядом с ним появился Саша. Внутри меня появилось зло на него. Я сразу поняла, что это его рук дело, он позвонил моим родителям, он дал мой адрес, он пришёл с ними. Я возненавидела его в эту секунду и хотела убить, клянусь, убить!

– Доченька, мы приехали за тобой, – сказала мама сквозь слёзы.

– Нет… – шепнула я, – Я не могу уехать, простите.

– Маш, давай поднимемся к тебе в квартиру, – предложил папа.

Сначала зашла я, дрожащими руками открывая дверь ключом, затем Ася, которая не могла вымолвить ни слова от удивления, потом мои родители и следом за ними – Саша.

– Что ж, – выдыхаю я, – проходите.

– Доченька, мы приехали за тобой и без тебя не уедем, – твёрдо сказал папа.

– Нет! – вскрикнула я, – Я останусь здесь, вы хотите лишить меня всего этого?

– Лишить чего?! У тебя ничего здесь нет, Маша. Давай поговорим.

Моё состояние на отходняке было самым ужасным состоянием, которое я когда-либо терпела в своей жизни. У меня не было сил разговаривать много.

– Сначала я схожу в душ, – сухо сказала я, в надежде, что душ хоть немного приведёт меня в себя.

Я посадила родителей на кухне с Асей, а сама направилась в ванную комнату.

Я стояла под холодной струёй воды двадцать минут и через вентиляцию слушала разговор моей мамы и Насти:

– Будете кофе, тёть Оль? – спросила моя подруга.

– Да, пожалуй.

– С сахаром?

– Да. Две ложки.

– Хорошо.

Сквозь стену я чувствовала напряжение на кухне. И тогда Настя расплакалась:

– Тёть Оль, прошу вас, не забирайте её! Я без неё не смогу.

– Настя! Во что вы превратились? – повысила тон моя мама, – вы не понимаете, что это дно. Вы портите себе всю жизнь, две дурочки!

– Я знаю, знаю, но пожалуйста… Прошу вас, не забирайте её у меня.

– Зачем вам нужно было всё это? Расскажи, наркотики у вас сейчас с собой?

– Нет, нет! Маша ничего не употребляла две недели.

– Я не верю, – отказалась мама, – Мы приехали за ней и без неё не уедем. Мы оставили все свои дела, потратили деньги и время на эту поездку и уехать назад одним? Нет уж. Я советую тебе тоже вернуться к родителям на некоторое время, если ты хочешь спасти свою жизнь.

Я поспешила выйти из душа, чтобы остановить этот разговор:

– Мама, у меня есть шоколадка. Будешь? – предложила я.

– Нет, спасибо, – ответила мама, посмотрев на отца, который заглянул в холодильник и на его лице было написано: «Мышь повесилась», как обычно это говорят про пустые холодильники.

– Как вы живёте вообще? – удивился он, – У вас из еды только молоко!

– Да нормально всё, – отвечает Настя, – мы покупаем еду каждый день. Просто одноразово.

Мама снова посмотрела на меня грустными глазами:

– Тебе нужно собрать все вещи, Маш. А мы поможем.

И тут мне в голову пришла мысль. Я знаю, что они не уедут без меня и отказываться от поездки было бы глупо. Глупо тратить время на спор, который ты не выиграешь. Тем более, что рядом был папа. Если бы мама была одна, я смогла бы настоять на своём, не будь я в состоянии овоща.

– Поехали, – сдалась я.

Я увидела, как Настя вытаращила на меня глаза и заревела. Она ничего больше не смогла сказать, она лишь плакала.

Я направилась в комнату, где сидел Саша. В тот день я увидела в нем самого злейшего врага. Я начала орать на всю квартиру и смотреть в его глаза. Глаза, наполненные болью и как-будто местью.

– Я тебя ненавижу! Зачем ты это сделал?! – кричала я, смахивая рукой содержимое на полках в пакет.

Я бы тоже заплакала, если бы могла. Но увы, внутри меня до сих пор оставалась пустота. Но моя наигранная ненависть всё равно лезла наружу:

– Ты испортил мою жизнь!

– Я помог тебе, – спокойно отвечал Саша.

– Ты предать! – Кричала я, невзирая на его слова, – Я ненавижу тебя, вали отсюда к чёртовой матери!

Саша продолжал сидеть на диване, оставаясь совершенно спокойным. Тем временем в комнату зашёл папа.

– Маш, мы и сами хотели приехать за тобой, просто Саша подтолкнул нас сделать это быстрее, – объяснил он.

– Ненавижу!!! – захлёбываясь слезами кричала я.

– Ты мне ещё скажешь «спасибо», – тем же спокойным тоном ответил Саша.

Внутри меня всё кипело, из-за слез я плохо видела, что собираю в чемодан. Я кидала туда всё, что попадётся под руку.

– Уходи, – чуть успокоившись, но всё ещё со злостью я указала Саше на дверь.

Он встал с дивана, попрощался с моими родителями и, подойдя к входной двери, посмотрел на меня:

– Будь счастлива, Машка.

Затем за ним захлопнулась дверь, а я смотрела на неё пару минут. В душе