Дикая птица - Елена Кондрацкая

Радомир раскинулся на белых простынях, похрапывая. Его нельзя было назвать стариком, нет. Он всё ещё был широкоплеч и силён, а проседь в тёмных волосах и бороде скорее подчёркивала его высокий статус, играя на руку образу мудрого правителя. Он. Именно он — её цель. И Рогнеда зашла слишком далеко, чтобы отступать сейчас.

Неважно, куда этот путь приведёт. Она не позволит сомнениям и зелёным глазам царевича ей помешать.

Рогнеда скинула платье и нежно коснулась седой груди царя.

— Радомир?

Царь открыл глаза и посмотрел на неё затуманенным взглядом.

— Рогнеда? — прошептал он, а она накрыла его губы поцелуем.

По-медвежьи сильные руки сгребли её и утащили в постель.

***

— Я не устаю благодарить богов, что повстречал тебя, луна моя, — Радомир гладил Рогнеда по разгорячённой щеке. — Как сейчас помню ту ночь, год назад, когда впервые увидел тебя. Едва ты вошла в ворота, я уже был у твоих ног. В ту же минуту я возжелал сделать тебя своею.

— И сделал, — улыбнулась Рогнеда.

— Я же царь, — Радомир поцеловал её в лоб. — Царю свойственно получать то, чего он желает.

Они лежали в постели друг напротив друга под влажными простынями. Рогнеда тяжело дышала в лихорадке, но царь не замечал этого, возможно, принимая её состояние на свой счёт. Радомир после близости любил вспоминать прошлое, особенно их первую ночь. Он возвращался к этой истории снова и снова. Он гордился собой, своей силой, властью и могуществом. И непременно хотел, чтобы Рогнеда помнила об этом. Она же мечтала о той ночи забыть.

***

Отец остался у кареты заметать следы, а Рогнеда с Войко брели по лесу в сторону города. Стояла глубокая летняя ночь, и от того дорога была совершенно пустой. Размеренно стрекотали кузнечики, равнодушно шумела листва. Ничего не говорило о страшном побоище, всего за две версты отсюда.

Чужие туфли натирали пятки, а узкое, не по размеру платье мешало нормально дышать. Рогнеду всё ещё мутило, колени подрагивали, а в памяти то и дело всплывали пустые глаза княгини. Приходилось прилагать усилия, чтобы отгонять видение и думать о деле.

Нужно было найти помощь и попасть в царский терем. Рогнеда проверила наличие царской грамоты в рукаве. С ней должны были пропустить. Рогнеда медленно выдохнула, стараясь успокоиться. Всё получится. Вон, уже видны городские стены — она почти у цели.

Они с Войко вышли из леса на поляну, посреди которой росла одинокая ива.

— Кажется, там человек, — прошептал Войко, приглядываясь.

— Где?

— У ивы, госпожа.

Рогнеда прищурилась, и правда, вроде, какая-то тень. Пойти дальше или попробовать попросить помощи? Городская стена сразу за поляной. Ладно, в конце концов она должна быть убедительной.

— Держи нож наготове, — шепнула она Войко и побежала сторону ивы. — Помогите! Прошу! На помощь!

Тень под ивой всколыхнулась и вскочила на ноги. Рогнеда ускорилась. Спотыкаясь и падая, она неслась навстречу человеку и молила о помощи. Тень бросилась навстречу, оказавшись юношей. Интересно, что он делает тут посреди ночи? И не захочет ли ей навредить?

— Что случилось? — Юноша подхватил Рогнеду под руки, а она обессиленно рухнула на траву и вцепилась в его кафтан. Очень добротный, дорогой кафтан.

— Разбойники! Напали на нас! Прошу, помоги!

— Разбойники? Здесь? У стен Даргорода?

— Они всех убили! — Рогнеда испуганно заглянула юноше в глаза. — Я чудом спаслась, мой слуга помог мне сбежать.

— Всё будет, хорошо. — Юноша погладил её по спине. — Теперь ты в безопасности. Как тебя зовут?

Она всхлипнула.

— Рогнеда. Рогнеда Чароградская. Царь… царь пригласил меня на пир, и я… О, боги, что мне теперь делать!

— Княгиня Чароградская? Очень жаль, что мы встретились при таких ужасный обстоятельствах. Я царевич Дарен, и, боюсь, твоё горе — отчасти моя вина. Но я сделаю всё возможное, чтобы тебе помочь.

От удивления Рогнеда даже перестала плакать. Просто уставилась на юношу, хлопая глазами. Неужели правда? Вот так удачное совпадение.

— А-а. — Рогнеда захлопала себя по платью. — У меня тут где-то была царская грамота, чтобы ты убедился...

— Не нужно, я тебе верю, — Дарен потянул её, помогая подняться. — Пойдём. Здесь неподалёку мой конь. Я отвезу тебя в Царские Палаты, и мы во всём разберёмся.

Дарен уверенно вёл Рогнеду за руку сквозь высокую траву, а она смотрела ему в спину и не верила своей удаче. Могло ли так повезти? Царский сын, посреди ночи совершенно один за пределами города.

— Не ожидала столкнуться с царевичем вот так. Ночью, в поле, — осторожно сказала она.

Дарен засмеялся.

— Сегодня в царском тереме пир, — бросил он через плечо. — И я, признаюсь честно, всегда сбегаю под эту иву. Это… особое место.

— Особое?

— Мы с подругой часто сбегали сюда в детстве. Стража искала нас по всему городу, а мы прятались в траве. Смотрели на облака и пытались угадать в них существ. У меня получалось не очень, и подруга смеялась, что это оттого, что воображение у меня, как у деревянной ложки. Дома от отца, конечно, влетало, но я никогда не жалел о содеянном и сбегал снова. С тех пор прихожу сюда каждый раз, когда хочу спрятаться.

Дарен оглянулся и улыбнулся, наклонив голову подобно дружелюбному псу. Он не врал, Рогнеда чувствовала это. Он был обескураживающе искренен. Дарен что-то разглядел в её взгляде и поспешил оправдаться:

— Прошу прощения, я думал, что моя болтовня поможет отвлечься. Если тебя это смутило…

— Нет. — Рогнеда улыбнулась в ответ. — Всё в порядке. Спасибо за заботу.

Дарен не обманул. В Царских Палатах, и правда, пиршествовали. Двор горел огнями факелов, освещавших длинные столы, полные яств. За столами шумели гости. Все плясали, пили и веселились. Мёд лился рекой, музыка заглушала голоса. Бояре размахивали длинными рукавами платьев, водили хороводы и бросали монеты, которые тут же подбирали с земли и прятали по карманам слуги.

Во главе центрального стола стоял трон. А на троне сидел царь. Он смотрел на гостей устало, подперев голову рукой и покачивая золотым кубком.

Дарен вёл Рогнеду за руку сквозь веселящуюся толпу. Гости, завидев их, прекращали пляску и оборачивались, должно быть, ошарашенные внешним видом Рогнеды: изорванное платье и разбитая скула никак